Скованная тьмой

Провожу рукой по своим спутанным волосам.
– Честно говоря, было время, когда я и правда задумывалась, а не схожу ли я с ума на самом деле?
Я заканчиваю говорить, и единственное, что можно услышать в комнате, – звук воды, выходящей за края бассейна. Я концентрируюсь на ряби, идущей по водной глади, а не на парне рядом со мной. От внезапного наплыва эмоций мне становится очень жарко и лицо краснеет. Зачем я вообще рассказала все это?
Такое ощущение, что проходит целая вечность, прежде чем низкий тембр Стила эхом отражается по всей комнате.
– То, что случилось с тобой – несправедливо.
Я фыркаю.
– Не нужна мне твоя жалость. Жизнь вообще редко бывает справедливой.
Снова воцаряется тишина, и я украдкой бросаю на него взгляд.
– Я не жалею тебя, – черты его лица становятся жестче, но он злится не на меня. Он злится из-за меня. – Ты должна была расти в любящей, полноценной семье, которая помогла бы тебе понять наш мир. Никто не заслуживает такой участи, которая досталась тебе, – говорит он, явно читая между строк все, что я озвучила и о чем умолчала.
Уголки моих глаз начинает щипать. В груди разливается приятное тепло и что-то сжимается. Я снова смотрю на Стила, понятия не имея, что чувствую в данной момент. Эти ощущения просто разрывают меня изнутри. Прекращая наш зрительный контакт, я ищу путь отступления.
Кто сказал, что от проблем не убежать?
Мои глаза находят красную табличку с надписью «Выход» над дверью у другого конца бассейна. Я уже собираюсь удрать, как вдруг что-то щекочет мое предплечье.
Парень ведет кончиками пальцев вниз по моей руке. От его прикосновений по коже бегут колючие мурашки. Он доходит до запястья и накрывает мою ладонь своей.
– Вперед. Пора научиться плавать.
Опускаясь в бассейн на несколько футов [4], Дюран тянет меня за собой, и я соскальзываю с края, позволяя ему увести меня на глубину. Я оказываюсь по плечи в воде, и меня начинает трясти. Почти все тело немеет. Я понимаю, что этот страх не обоснован, но легче от этого не становится.
Это было плохой идеей.
Пульс и дыхание учащаются, а инстинкт самосохранения берет надо мной верх. Логическое мышление становится чем-то невероятно далеким.
Вода не холодная, но по всему телу пробегают мурашки, а волосы на макушке моментально становятся влажными.
В нос ударяет запах химикатов. Кажется, мне не хватает воздуха.
Передо мной начинают взрываться голубые и розовые всполохи света, но переход в спектральный мир кажется сейчас наименьшей из моих проблем.
Я потихоньку отхожу назад в надежде почувствовать, как плечи упираются в шершавый край бассейна, но этого не происходит.
– Эй, смотри на меня, – раздается низкий голос в звенящей тишине. – Со мной с тобой не случится ничего плохого.
Я хочу поверить ему, но страх очень забавная штука. Я могу в одиночку храбро сражаться с Отрекшимся, а какого-то крошечного бассейна боюсь до смерти.
Такие пироги.
Парень сжимает мою руку в своей. Другой поднимает подбородок, заставляя меня отвлечься от голубоватой водной глади на бирюзово-голубой омут его глаз, который с каждой секундой все ближе.
– Глубокий вдох. И выдох. Ты справишься.
Он пытается успокоить меня, и я это понимаю, но чем меньше расстояние между нами, тем сильнее колотится мое сердце.
Я пытаюсь глубоко дышать, как и советует Стил, но всполохи цвета усиливаются и завладевают всем моим вниманием. В кровь выбрасывается адреналин. Остановить переход уже невозможно, так что я просто сдаюсь и перехожу в фазу.
 
Глава 9
Все происходит как обычно. От одной вспышки к другой я переместилась из мира смертных в спектральный. Резкий запах хлора в воздухе сменился приятными цветочными нотами. Вода сверкала, будто хрустальная люстра, скрывая мою белую сверкающую ауру от всех врагов.
За это я благодарна. Но на этом все.
Чувствую учащенный пульс и снова начинаю паниковать. Я нахожусь в воде дольше, чем предполагала, и хотя до ближайшего края бассейна всего пара шагов, сейчас это расстояние кажется мне бесконечным. Поворачиваюсь, и что-то на дне тянет меня вниз.
Мои ослабшие колени подгибаются, и я падаю, заглатывая воду. Резко всплываю и откашливаюсь. С каждым новым сокращением тело рефлекторно сгибается, и в итоге я снова начинаю тонуть.
Вокруг моего туловища и колен обвиваются щупальца, и я откидываюсь назад. Пытаюсь освободиться из хватки неизвестного чудовища, барахтаясь и разбрызгивая воду во все стороны.
Вода вокруг кажется жидкими брильянтами, ослепляя своим сиянием.
Хватка становится крепче, не позволяя хоть как-то двигаться.
Как только рот «чудовища» оказывается у моего уха, я чувствую рядом с собой запах Стила, осознаю, что никакой это не монстр. Это Дюран держит меня.
Перестаю сопротивляться, пространство вокруг нас заполняет звук моего дыхания. Достаточно громкий, чтобы отдаваться эхом в воздухе спектрального мира, который дрожит при каждом выдохе. Парень все еще прижимает меня к своей груди.
Руками я держусь за его шею почти что в удушающем захвате. Колени были согнуты, так что я почти свернулась калачиком. Лицом я утыкаюсь ему в шею, кончики его волос щекочут мне лоб.
Паника потихоньку отступает, но заставить себя расслабиться и опустить руки пока не получается.
Что я там говорила про табун мурашек по коже? Теперь я вся буквально горю.
– Я могу тебя отпустить?
Вместо ответа издаю какой-то писк и буквально приклеиваюсь к нему, не оставляя даже миллиметра свободного пространства между нашими телами.
Грудь Стила вибрирует от едва слышного смеха.
– Пожалуй, побудем так еще какое-то время.
Боже, как стыдно. Спасибо, вселенная, что нас сейчас никто не видит.
Поправка, я рада, что нас не видит Стерлинг. Даже знать не хочу, чем бы это все кончилось.
Через несколько минут я окончательно прихожу в себя и тело расслабляется. Руки и ноги трясутся от долгого нахождения в напряжении. Откашлявшись, я отпускаю шею брюнета. Наши щеки соприкасаются, когда я отстраняюсь от него и отрываюсь от его груди.
Его руки все еще крепко держат меня за поясницу и чуть ниже колен.
– Ты можешь… ну… отпустить меня?
Пока он опускает меня, я смотрю на сверкающую водную гладь передо мной. Снова подступает паника, и опять прижимаюсь к нему всем телом, пытаясь вскарабкаться на него, как на дерево.
– Нет, нет, лучше не отпускай. Просто… может, держи меня как-нибудь по-другому?