По ту сторону славы. Как говорить о личном публично
И так по кругу.
А теперь сравните, как ведет себя ребенок, впервые оказавшийся в новом месте. Он настолько сильно взволнован окружающим миром, своими эмоциями и ощущениями, что буквально кожей впитывает информацию, пространство вокруг себя. Часть этого он унесет с собой. Эти воспоминания станут важным звеном в цепочке его знаний, привычек и характера, они помогут сформировать будущую личность. Поэтому тот шестилетний Слава всегда со мной.
Что же случилось, когда мне было шесть? Обязательно расскажу, но сначала давайте разберемся, откуда растут ноги у этой истории.
У нас в семье был совершенно потрясающий уклад – это я сейчас понимаю, а тогда просто жил в нем и воспринимал как должное. У нас было принято ходить в театры, делать театральные постановки дома, на даче в Малаховке. Практически каждые выходные мы что-то такое придумывали с бабушкой, дедушкой и родителями.
И хотя эти театральные постановки меня чрезвычайно занимали, сейчас я понимаю, что самая главная ценность – это наше общение, наш семейный круг и общее дело. Время, когда мы были друг у друга – это и было настоящее счастье. Мы относились к каждому с вниманием и уважением, с любовью, именно так у нас было заведено. Семья была спасительным куполом, ограждающим от многих проблем и переживаний, к счастью, «тепличным» я не вырос.
Отчасти мне повезло и что такое «борьба за себя» я узнал несколько позже, в то время как кто-то сталкивался с проблемами и насилием действительно рано, в том возрасте, когда отличить хорошее от плохого не представлялось возможным без примера перед глазами. У тебя просто не хватает опыта, потому что пока есть только ты и твоя жизнь, а как там у других – ты не знаешь.
Бывает и так, что отстаивать свою позицию приходится уже с ранних лет. И неизвестно как сложится ситуация, может быть, она закалит ваш характер, придаст силы и укрепит внутренний стержень, а может и наоборот – сломает, оставив неизгладимый отпечаток на дальнейшей судьбе и всех решениях, которые вы принимаете.
Потому что для одного это может быть кошмар наяву, с котором он не будет понимать, как справиться, для другого – то самое «нормально», рядовая ситуация, с которой его характеру будет по силам совладать.
Трудные жизненные случаи и то, как вы с ними справляетесь, могут закалить вас, сделать более морально устойчивым к ударам судьбы, вы даже можете привыкнуть к их преодолению и воспринимать это как нечто обыденное, но самое главное – не очерстветь и не терять человечность. Не обижаться на себя, кого-то еще, на то, что случилось – стараться не нести этот негатив с собой дальше по жизни, потому что он будет давить и мешать, завладеет вашим разумом и посеет сомнения, но и отворачиваться, блокировать такой опыт тоже не стоит – проживите его, отрефлексируйте и некогда ваша слабость, больная точка в вашей истории, станет силой и надежной опорой.
– Тебя били?
– Очень сильно. У меня даже нос порван, каблуком зацепили. Повалили на пол и били ногами.
– А за что?
– Одет не так, как все. Можно же было обидеться, но я не обижен. Я сумел противостоять. У меня сложный характер, он у меня сильный, не все так смогут. Проще продавиться, чтобы не сопротивляться этой толпе, потому что толпа везде.
Влад Лисовец в программе «Эмпатия Манучи»
Ваш ребенок – это не вы, это другая личность.
Влад ЛисовецНа интервью Влад говорил об очень важных вещах, многие из которых просты в понимании, но, может быть, из-за нашего менталитета, воспитания или каких-то персональных особенностей, черт характера, их сложно принять и реализовать в жизни, так как это нарушает привычный уклад.
И раз уж мы говорим про детство и этапы становления, то хочу сделать дополнительный акцент на родителях – они должны быть не просто взрослыми, которые несут ответственность, они также должны быть другом своего ребенка.
Мне очень повезло. Мне было 15 лет, мы с мамой ехали на отдых, я тогда вытащил сигареты, положил их в купе на стол и у нас состоялся такой диалог:
– Как ты смеешь? Ты куришь?
– Мам, или я сейчас выхожу из вагона, и ты едешь одна в санаторий отдыхать, или ты молчишь, я еду с тобой, мы прекрасно проводим время. Я взрослый.
– Хорошо, давай не будем так критичны, – согласилась она.
Мы стали друзьями. Вот если родители будут друзьями, то с ребенком на 95 % ничего не случится, потому что он будет спрашивать у мамы хорошо ли поступает его друг, хорошо ли поступила с ним девушка или еще что.
Как этого добиться? Надо разговаривать. Но опять же, мы – советские, у нас запрещено было говорить на какие-то темы, просто нельзя или неприлично обсуждать. Поэтому, молодежь, надо подходить к маме, сказать, что хотите с ней поговорить, потому что у вас возникло такое-то желание, спросить ее мнения, как она считает. У меня было такое.
Даже уважать себя у советской женщины с советским воспитанием я тоже долго просил, года четыре, потому что не научили советских людей хвалить, делать комплименты, говорить «ты у меня красивый» и еще очень благодарить, потому что у нас это советское «спасибо». Тут же еще момент есть, где надо отпустить эго, потому что тебе не нравится серый свитер, а твоему сыну нравится и вот здесь задавить себя, сказать: «Раз тебе нравится серый…». Потому что ваш ребенок – это не вы, это другая личность.
Влад Лисовец в программе «Эмпатия Манучи»
Такие моменты оставляют существенный отпечаток и способствуют формированию личности, укрепляют уверенность в себе и на таком примере учат выстраивать здоровые отношения с окружающими.
Но иногда, если перед вами уверенный, сильный, успешный взрослый человек, то совершенно необязательно, что он избавился от груза собственного прошлого. Ведь оно всегда с нами. Потому что некоторые события оставляют существенный отпечаток и моральные травмы не проходят бесследно, а детская психика слаба и беззащитна перед агрессией взрослых.
У меня была выходка в пять лет: я ушла из садика. Мы переехали из Мирного в Нерюнгри и меня отправили в подготовительную к школе группу. Я там от всех слышала оскорбления: «Э, жирдяйка, мэ». Мне было так мало лет, и я пыталась искренне понять, почему все ко мне так относятся. Я же никому ничего плохого не сделала.
Я подхожу к воспитателю и говорю: «Они меня обижают». Она мне что-то невнятное сказала в ответ. Все это было очень унизительно, пока мы не пошли на улицу. Была такая хорошая погода, я стояла смотрела и думала: «Я не переживу этот тихий час, надо валить».