Обрученные затмением
– Дай пройти!
Нарочно задев меня плечом, сестра взлетела вверх по лестнице и скрылась в своей комнате.
Глава 6Проснулась я довольно рано, в начале восьмого. Открыла глаза, увидела лилию и подловила себя на том, что улыбаюсь во весь рот. Еще никто и никогда не дарил мне цветов, тем более соотносящихся с моим именем.
Повалявшись около четверти часа, с большой неохотой вылезла из кровати и подошла к окну. Снег перестал идти, но он был повсюду: на дорогах и клумбах, на крышах домов и машин. Голые ветви деревьев клонились под непосильной тяжестью. Землю накрыла огромная белая перина, которая продержится до поздней весны.
Я не представляла, чем займусь сегодня. Для начала неплохо было бы позавтракать.
– Лия, прости, пожалуйста, за вчерашнее, – завела Мия старую песню, едва я вошла в кухню.
Напустив на себя недовольный вид, решила не щадить ее чувств:
– Второй день подряд ты просишь прощения. Я, конечно, не в обиде, но смотри, как бы у тебя не вошло в привычку извиняться по утрам.
– Впредь подобное не повторится. Обещаю, – Мия широко улыбнулась и протянула большую фарфоровую чашку. – В знак примирения с меня горячий шоколад.
– Спасибо, – без особой радости произнесла я, не представляя, как выпью эту гадость.
Даже на расстоянии мне чудился травянистый запах, заставивший передернуть плечами и поморщиться. А еще породил толпу мурашек, которые устроили марафон по коже.
– Как все-таки здорово, что ты вернулась. Я так рада, сестренка!
– Правда? Может, наоборот, огорчена? – сухо справилась у нее, вознамерившись поговорить с Мией по душам.
Меня тяготили возникшие между нами подводные камни и недосказанность, в которых в первую очередь был виноват Деррен Форестер. Так почему бы не прояснить все прямо здесь и сейчас?
– Ты о чем, Лия? – спросила сестра с плохо наигранным недоумением и часто захлопала ресницами.
Мия была уверена, что со мной пройдет хорошо отрепетированный номер. Только просчиталась. Однако стоило мне собраться с мыслями и заготовить вступительную речь, как открылась входная дверь и из прихожей послышался женский голос:
– Тук-тук-тук! Есть кто живой?
Я вышла в коридор и удивленно воскликнула:
– Тетя Саманта?!
– Кто ж еще? Ты мне не рада? – с тенью обиды и каплей возмущения спросила она.
– Конечно, рада. Просто не думала, что мы так скоро увидимся, – виновато произнесла я, в два счета метнулась к ранней гостье и помогла раздеться.
– Я каждый день навещаю Кейт. Что мне делать одной в четырех стенах? Со скуки умереть можно. У вас хоть с кем-то найдется поговорить. Как поживает моя сестрица?
– Без изменений, – отозвалась вставшая у меня за спиной Мия.
– Пойду погляжу на нее, заодно поздороваюсь.
– Давай помогу, – придерживая тетю за локоть, я потихоньку повела ее вверх по лестнице.
– Постоянно говорю Рону, чтобы переместил Кейт на первый этаж и не заставлял меня каждый день взбираться на Эверест. Но твой упертый отец наотрез отказывается. Говорит, так она быстрее поправится, – ворчала тетя Саманта, хватаясь одной рукой за перила, тем временем как другой опиралась на костыль.
Мама с неизменно пустым взглядом смотрела в потолок. Я аккуратно причесала ее, обтерла лицо чистым влажным полотенцем и смочила губы ватным тампоном. Скоро должна была приехать сиделка, которая позаботилась бы о маме, но мне приятно было делать это самой.
– Тетя, прошу, давай поговорим о том дне. Неизвестность изводит меня, – с мольбой обратилась я к родственнице, не проронившей ни слова с тех пор, как мы оказались у маминой постели.
– Хорошо. Только не здесь, – без малейших возражений согласилась она. – Пойдем в гостиную или к тебе. Не стоит лишний раз расстраивать Кейт. Вдруг печальные воспоминания навредят ей.
Я кивнула, дождалась, пока тетя поднимется со стула, после чего следом за ней покинула некогда родительскую спальню. Гостевая комната была ближе всего. Туда мы и направились.
– Как я уже говорила вчера, мне мало что известно о произошедшем, – произнесла она, тяжело опускаясь на постель. – Незадолго до нападения мы с Кейт вернулись из Дулута. Тебя не оказалось дома. Мия около четверти часа не признавалась, куда ты подевалась, но Кейт все же удалось узнать у нее о твоем желании отправиться в секретное место, а также дорогу к нему. Мы немедленно помчались на поиски, боялись опоздать. Сама должна помнить, что предшествовало тому дню…
– Честно говоря, смутно, – я стояла у окна и вертела в руках цветок. Загадочным образом он помогал мне сохранять спокойствие.
– Накануне полукровки подожгли несколько машин манаро, в том числе Рона. Форестер пообещал разобраться с этим делом, но твой отец послал его куда подальше и приказал убираться. В итоге затихшая вражда между кланами вспыхнула с новой силой. Поэтому Рон и сказал тебе сидеть дома. Он опасался за твою жизнь. Очевидно, не зря, – и без того тихий голос тети Саманты снизился на полтона.
– Что произошло в лесу? – поторопила ее с рассказом.
– До дорожного указателя на Аврору мы добрались быстро, а вот найти секретное место оказалось нелегко. Около получаса мы бродили по лесу, звали тебя. Безрезультатно. Тогда Кейт предложила разделиться. Я сразу сказала ей, что это плохая идея, но сестра не послушалась. Она направилась на север, мне велела идти на запад. Поначалу все было тихо и спокойно. Где-то спустя четверть часа до меня донесся пронзительный крик. Я побежала на голос Кейт и вскоре нашла ее… Черный волк возвышался над сестрой. К тому времени она уже не двигалась. Лежала голой на земле и не двигалась, – тетя Саманта судорожно втянула носом воздух и на миг замолчала. Видимо, как и мне, воспоминания давались ей тяжело. Выровняв дыхание, она продолжила: – Я схватила палку и попыталась отогнать от Кейт оборотня. Тогда он кинулся на меня. Силы были неравны. Если твоей матери не удалось совладать со зверем, как мне, простому человеку, было одолеть его. Я лишь уворачивалась от когтей и укусов. В итоге в какой-то момент волк потерял ко мне интерес и бросился в сторону вашего дома. Возможно, хотел догнать тебя… От боли я потеряла сознание, очнулась уже в больнице. Теперь Лия, тебе все известно. Больше мне нечего добавить.
Рассказ тети Саманты, на который я так рассчитывала, не пролил свет на события того летнего вечера. Надежда вновь была лишь на собственную память или волшебное выздоровление матери.
Когда молчание порядком затянулось, мы спустились вниз и бок о бок прошли на кухню. Мия с задумчивым видом потягивала травяной чай. Было очевидно, что она чем-то обеспокоена, но спрашивать не имело смысла. Сестра все равно не призналась бы. С годами она стала ужасно скрытной.
Тетя устроилась за столом. Я собиралась последовать ее примеру, как раздался стук в дверь.