Хроники Ликтора. Том первый

Но почему-то я не двигался. Крутя пальцами в дырке кармана, я думал о том, что найти в этом городе такой раритет, как нитки с иголкой, будет сравни чуду. Просто стоял на сером мраморном крыльце Эфеса и смотрел в небо. Сквозь туман я едва различал солнечные фермы, которые спускались на землю. Это напомнило мне о детстве, когда я любил наблюдать, как огромные конструкции с солнечными батареями наполнялись горячим воздухом и взмывали в небеса. Помню, как сидел на плечах деда, а он рассказывал, сколько калорий энергии способен аккумулировать тот или иной аппарат за двенадцать часов полёта. Как отличить аэростат от стратостата? Какие из установок предназначены для ловли молний или передачи сверхбыстрого ГОЛОНЕТа? А некоторые летающие агрегаты при помощи нагревательных элементов из алюминия и вовсе были способны синтезировать питьевую воду чуть ли не из воздуха! Раньше для топлива таких машин использовались взрывоопасные газы и жидкости, а теперь более «мирные» электрические генераторы, заряжаемые энергией солнца и ветра. Дед всегда рассказывал что-то новое. Возможно, он даже больше разговаривал сам с собой, но мне нравилось слушать его рассуждения и сравнения двух разных миров. Он вырос в эру Илона, в этом городе, когда он только зарождался, но отчего-то очень много знал про мир Древних. Возможно, он единственный, кто говорил без брюзжащей желчи про ту эпоху, в том числе сетуя на малый перечень летательных аппаратов. Он связывал это с развитием безотходного топлива и страхом людей. Ведь до эры Илона множество изобретений были созданы лишь для того, чтобы нести смерть. Смерть не только людям, но и ареалу их обитания. Поэтому «стрекозы» нравились нам обоим. Деду, как он говорил, за простоту воплощенной идеи и боевую недееспособность, а мне – за сверкающие крылья.
За столько лет ничего не поменялось, и я все так же мог заворожённо глазеть на блеск огромных «стрекоз». Изменилось лишь одно. В детстве мне нравилось наблюдать, как они взмывают навстречу солнцу. Сейчас же я ощущал странное удовольствие от вида спускающих воздух аэростатов, медленно тянущихся к земле из-за тяжести заряженных батарей.
Нарастающий звук шагов вырвал меня из пучины мыслей. Если бы я повернулся посмотреть, кто это, то точно перестал бы считать себя Ликтором. Она встала слева от меня, шумно вздохнув носом.
– По крайней мере, они добились своего. – Вырвалось у меня.
– Пусть так. Благодаря вам, девочка со временем, возможно, переедет в «Центральный круг», – тихо произнесла Лина. – Но одна.
– Они знали, что может произойти. В Резолюции всё прозрачно написано. Нужно было думать до того, как получать разрешение на ребёнка.
– Вы правы, но… – кадет явно не хотела продолжать свою мысль, видимо боясь, что я опять сорвусь.
– Нет чувства, что свершила справедливый суд? – я посмотрел ей в глаза.
– Вроде того, – едва кивнула кадет, – странно осознавать, что такая мразь, как Гочи́, стоит вровень с этими запутавшимися людьми.
– Этому способствует масса причин. Поэтому, как я и говорил, если тебе такое не по нраву – эта работа не для тебя.
– Спасибо за беспокойство, но я не откажусь от слов, сказанных в той забегаловке – я стану Ликтором. – Теперь и Лина смотрела прямо мне в глаза.
Упертая, зараза. Я отвел взгляд и вдохнул полной грудью осенний промозглый вечер.
– Завтра с утра я буду допрашивать Гочи́, советую перед этим освежить в памяти увиденное тобой за сегодня. – Секунду я еще смотрел на Лину, не зная, как попрощаться.
– Значит, до завтра, сэр? – первой прервала паузу Лина.
– Пока, кадет. – Девушка еще мгновение смотрела на меня, потом кивнула и направилась в сторону монорельса.
Я стоял у машины, кутаясь в плащ, и провожал её взглядом. Странное чувство вызывала у меня эта Лина Эбберт. Любопытство. Мне отчего-то стало любопытно. Впервые за долгое время.
 
Глава 7. Досье Лины Эбберт
Сидя в кресле и обернувшись пледом с головой, я потягивал из фляги свой «горячий» ужин.
– А чего так холодно-то, а?! – стуча зубами, крикнул я БесСИ.
– Отопление отключили две недели назад. – Не сразу отозвалась система.
– Ну а чего не включила? – недоумевал я.
– Потому что, цитирую: «Смотри сюда! Это чистый виски, тупая ты сука! В жопу твое отопление!» – совсем не похоже на меня спародировала БесСИ.
– Ну, теперь-то можно и включить, верно? – протянул я максимально жалобно.
– А разве это моя обязанность? Я же якобы не работаю, и поэтому испытываю вечный голод. – БесСИ явно обиделась или делала вид. Хрен разберешь этих симботов.
– Прости, прости! Ты самая работящая женщина из всех, что я встречал, – и это было практически правдой. – Теперь можно включить отопление, пожалуйста?
– Если бы ты пришёл на работу вовремя, то тебя бы восстановили в должности Ликтора с утра, а жалование поступило бы на счет вечером, тогда я бы смогла оплатить все счета, и ты бы вернулся в теплый дом. Сам виноват.
– Хочешь сказать, у меня нет даже одного вшивого парткойна?
– Я предупреждала, чтобы ты сделал возврат с больничного счета. Ты сказал не лезть к тебе с этим. Посети Дотационную Службу, и в течение трех суток они вернут вклад на твой счет. Записать тебя на утро?
– Нет, не нужно. Не сейчас. Уже и не так холодно, а завтра отопление включат, верно?
– Верно, Ром. – Уже более ласково пропела БесСИ.
Я, сделав, надеюсь, не последний глоток, крякнул и поставил флягу на стол. В десятый раз, подбив концы пледа под себя, удобней расположился в кресле и снова включил ПАДС, чтобы быстро пробежаться по сухим фактам:
 
Предварительный отчёт
В «Рабочем районе» по адресу «Каменные палатки №15» в 14:00 произошло отключение камер, а в 14:48 поступил сигнал от женщины. Её дочь обнаружила мертвую подругу и трупы родителей на втором этаже квартиры №23. Были направлены стражи, обнаружившие на втором и шестом этажах дотационного Пансиона №1 мёртвые тела. Выявлено, что вмешательство через Сатус концентратом амидотризоата натрия повлекло за собой смерть семи граждан, позднее установленных как члены семьи Валиевых и члены семьи Кох (прилагается отчет сканирования тел). Был присвоен второй уровень опасности. Далее были оперативно направлены Ликтор Ильин и кадет Эбберт.
Анализ места преступления показал, что погибшие семьи связывало то, что родители, в попытке изменить статус своих детей, намеренно нарушали второй пункт Резолюции. (По выявленному Ликтором Ильиным преступлению запущена доследственная проверка). Поступивший в 15:30 сигнал отключения камер по адресу «Сталеваров №81», где находится Пансион №2, позволил в реальном времени связать преступления в серию и выявить маршрут следования преступников. По решению Романа Ильина группа Ликторов была направлена на адрес «Машиностроителей №48» в Пансион №3, чтобы организовать засаду, а в Пансион №2 был отправлен ударный отряд стражей (обнаруженные мертвые тела 14-ти граждан позже были установлены как члены семьи Синцзе, Ворониных, Мазур, Аттах, Тарасовых. Прилагается отчет сканирования тел).