Я стираю свою тень - 4 (СИ)
— Давай, поднимемся на тот холм и оглядимся, — предложил я Айрис.
— Это не холм, это отвал кратера, просто так выглядит отсюда. Интересно, реально здесь дождаться ночи? — Она оценивающе посмотрела на край солнечного диска, поднявшийся совсем чуть-чуть за час с лишним поездки.
— Если мне не изменяет память это две земных недели, — вспомнил я кое-какие факты из своего кругозора.
— Чёооорт! Давай, правь к этому гребню.
Я двинул джойстиком. Луноход послушно изменил направление. Однако, писк участился. Меня это немного пугало, будто я играл в «Сапера», только на настоящем минном поле.
— Наша машина, Гордей, и то намного умнее этой рухляди, — Айрис взволнованно прислушивалась к писку.
Вдруг перед нами протянулась длинная тонкая полоса света, буквально в ста метрах впереди. Ее выхватило из тьмы поднявшееся над горизонтом солнце.
— Это похоже на…
— Обрыв, — закончила мою мысль Айрис. — Тормози!
Я дернул джойстик на себя, но вездеход не послушался команды, понесся вперед, как с горы, подпрыгнул несколько раз и полетел. Нас покидало по салону. Мы с Айрис ударились несколько раз друг о друга, о панель, о потолок и кресла. Благо, невысокая гравитация способствовала тому, что удары не были опасными. Луноход ударился в последний раз и заскрежетал верхней частью кабины как по щебню и вскоре остановился.
— Мы свалились в расщелину, — озвучила Айрис то, что и мне и так было ясно.
Тьма снаружи была абсолютной. А мы лежали на потолке.
— Приехали, — произнес я трагическим тоном, пытаясь приподняться. — Ты как?
— Без повреждений. А ты?
— Вроде тоже. Отключай фильтр, может лучше станет видно?
— Вряд ли. Сюда солнце не попадает.
— Попробовать надо.
Айрис, с вздохами и охами, нашла удобное положение и снова полезла в меню. Отключила фильтр. Ничего не поменялось. Затем она нашла включение внутренней подсветки. Яркий свет ударил по глазам. Я посмотрел на супругу. У неё красовался фингал на правом глазе, и была рассечена кожа на левой скуле. У меня, как оказалось, носом пошла кровь, а я этого не чувствовал, будучи в легком шоке. Мы занялись друг другом, утирая кровь.
— Что будем делать? — спросил я у Айрис, надеясь, что ее смекалка поможет найти способ дать знать о себе.
— Пока не знаю. Было бы здорово, чтобы существовала какая-нибудь мониторящая поверхность спутника служба, которая увидит следы от лунохода, заканчивающиеся в расщелине. Только это весьма малый шанс на спасение.
— Выбраться отсюда мы не сможем, придется сидеть и ждать, — заключил я печально. — А тут ни туалета, ни еды.
— Гордей, держи хвост бодрей, — Айрис протянула пятерню, чтобы ухватить меня за поврежденный нос.
Я успел увернуться.
— Не трогай его, только кровь остановилась.
— Прости. Не расклеивайся. Не в первый раз же.
— И не в последний, смею тебя уверить.
— Звучит оптимистично, хотя похоже на намек, что все проблемы в нашей жизни происходят благодаря мне?
— Вот такого размера проблемы, как сейчас, как правило, да, это твоя заслуга.
— Какая личность, такие и проблемы. У маленьких людей и проблемки маленькие. — Айрис записклявила, чтобы красноречивее изобразить маленького человечка, которым, видимо, являлся я.
— Мне просто для счастья многого не надо.
— Ладно, прости. Ты точно не виноват, в том, что мы сюда свалились, хоть и рулил этой штукой.
— И ты меня прости, не время собачиться. Выберемся, поскандалим, как следует, с мордобитием, как во всех нормальных семьях.
—У тебя нет шансов однорукий бандит, — усмехнулась Айрис с чувством явного превосходства.
— Да я тебя одной левой.
— Правильнее сказать, без меня ты одной левой.
— Зараза. — Айрис умела морально пикироваться и одерживала надо мной верх. — Ой, кажется, мамин ужин переработался, и проситься наружу. — Я сделал испуганные глаза.
— Гордей, нет. У нас слишком маленькое помещение, чтобы справлять нужду.
— Ладно, я пошутил. Давай уже, включай мысль, продемонстрируй нам преимущество генетического отбора.
— А ты не мешай мне думать.
— Хорошо, я буду молчать.
В салоне лунохода повисла почти гробовая тишина. Слышно было только электродвигатель, работающий над нашей головой. Луняне, похоже, ленились поменять подшипники. Айрис закрыла глаза и смотрела в одну точку, как йог на медитации. От нечего делать я решил развлечь себя изучением органов управления луноходом. Было бы здорово, если бы на кнопках имелись подписи, а не символы, которые мне ни о чем не говорили. Я начал парочку подозрительных, на панели загорелись дополнительные лампочки, но ничего заметного не произошло.
Иногда раздавался писк, но я был уверен, что так внедорожник пытался предупредить нас о своем необычном положении, вверх колесами. Исследуя кнопки, я ударился о джойстик управления. Машина дернулась из-за инерции повернувшихся колес. Я повертел его еще несколько раз и машина начала раскачиваться на покатой крыше.
— Ого, я точно также из сугроба выбирался.
Мне показалось, что в раскачку я смогу задать такую амплитуду, что машина встанет на борт, а дальше мы с Айрис попробуем навалиться на одну сторону и поставить ее на колеса. Я вращал колесами целую минуту, но амплитуда не увеличивалась. Еще через минуту понял, что этот способ нам не годится.
— Продолжай думать, — посоветовал я Айрис, отвлекшейся на мои эксперименты.
Неожиданно я увидел на рукоятке джойстика крышку, прикрывающую под собой несколько кнопок. Она так незаметно сливалась с корпусом, что не ощущалась пальцами. Я откинул ее и внимательно изучил символы на кнопках, подсвечивая телефоном. На одной был нанесен рисунок, изображающий солнечный круг с лучами. Я решил, что это либо раскрытие солнечных батарей, либо подсветка салона. Нажал, не предупредив Айрис. Яркий свет ударил перед лобовым стеклом. Оказывается, здесь были обыкновенные фары, как у обычного земного автомобиля, а мы искали каких-то необыкновенных технологических новшеств.
Свет, сам по себе нам уже не был особенно нужен. Он никак не решал проблему перевернутого автомобиля и не помогал выбраться из расщелины. Однако, он открыл одну необычную вещь, выхватил из темноты встроенную в стену огромную дверь с барельефными рисунками, напоминающими те, что мы уже видели внутри лунных помещений, оставшихся от древних исчезнувших цивилизаций.
— Ни себе хрена, — я уткнулся в стекло вездехода, завороженный необычным артефактом. — Вот это размерчики.
— Как ты включил свет?
— Тут кнопка на джойстике. Ты ее не заметила.
— Может потому что кто-то держал его в руке?
— Может. Здесь еще две.
— Дай гляну. — Айрис вырвала у меня из рук телефон и осветила ими рукоять джойстика.
Она сразу полезла их наживать.
— Осторожнее!
Поздно, она уже нажала. В недрах вездехода что-то зашумело и зашевелилось.
— Катапультируемся прямо в землю, — выдавил я из себя со страхом.
На экране панели загорелся контур вездехода, перевернутый вверх ногами и значение его положения относительно горизонтальной нормали в градусах. Значение было отрицательным. Нам было невидно, что происходило в стороне багажника. Громко зашумел оборотами старого подшипника мотор, корпус дрогнул и начал переворачиваться. Машина встала набок, замерла, а через несколько секунд продолжила движение и мягко приземлилась на колеса.
Я выдохнул, поняв, что во время процесса переворачивания не дышал.
— Что это было? — спросил я у Айрис.
— Манипулятор. Им пользуются для сбора минералов и в качестве домкрата, как в нашем случае.
— Ты поняла это по символу на кнопке?
— Нет, прочитала на экране, когда он включился.
— Молодец, что дальше?
— Не придумала еще.
Я посмотрел на гигантскую дверь.
— Интересно, у этих людей все было так просто, может, они и ручки делали снаружи для открывания двери?
Мне захотелось подъехать чуть ближе, двинул джойстик, но машина не тронулась с места, зато перед ней махнул своим щупальцем манипулятор.