Год Ветра

На затоптанном полу появились белые кроссовки с разноцветными яркими шнурками, по подошве бегали мерцающие огоньки. Ножки пританцовывали. Значит, сдала. Чулочки, короткая юбка, кофточка на пуговках.
Красавица, обожал её.
Я протянул руки и уткнулся лицом в её живот. Прижал к себе.
Страшно потерять. Ужасно испортить свои отношения и стать с родной чужими. Её пальцы чесали мою шевелюру. И я прибалдел, слабел перед ней. Хотелось облизать с ног до головы.
— Какие планы? — продолжала танцевать, и я её в своих руках, как мотылька, держал очень нежно, боясь поранить.
— Это сюрприз, — я поднялся, поцеловал её в губы.
Моя.
Я никому не дам обидеть, даже себе.
*****
Пришлось подъехать на машине. За школой строили новый район, остался частный сектор в стороне. Вот там, среди простых деревянных домов когда-то жил я. И обычно ничто не дёргалось в душе, когда ходил по этому месту, где родился и где вырос. Но в этот раз почувствовал отвращение, как чужбина с плохими воспоминаниями.
— А я была здесь, — сказала Дана разглядывая вид за окном. — Я поняла! На катере? Илюша?!
— Да, — усмехнулся я. — Обещал же свозить искупаться.
— Ура! — она включила музыку и продолжила танцевать, радуя меня.
Стоял лес за частным сектором, Весь берег усыпан пристанями и постройками: гаражами для лодок, банями и сараями. Старые постройки, некоторые сгнили, другие уже заброшены, а были такие, что хоть живи. Мы оставили машину на дороге и с набором для пикника направились искать гараж Ершова.
— Начало июня, середина недели, до обеда, точно никого не будет, — сказал я Дане.
— Ты взял мой купальник?
— Он у тебя есть? — усмехнулся я.
— Нет, — не унывала девчонка, скакала впереди меня. Она знала куда идти, если честно то я бы мог заблудиться, и не вспомнить, эти лабиринты всё время менялись. Но Дана иначе ориентировалась. Для неё оказалась приметой река и другой берег, а не трущобы.
Я не перестану удивляться складу её странного ума.
— Голой не буду купаться, — предупредила она, остановившись действительно у нужного гаража.
Вот такая она необычная. Была, есть и останется.
— Я твой белый сарафан взял.
— О-о-о, — восхищённо округлила глазёнки и ротик. — Это так романтично! Купаться в глухой лагуне у леса в сарафане.
Я открыл гараж. Там плескалась вода об брёвна, на которых покоился катер. Снял обувь, закатал джинсы по колено. Скинул куртку и остался в одной футболке.
Дана располагалась внутри катера, рассматривала тент.
— Сегодня жарко, давай не будем закрываться.
— Давай, — согласился я и открыл ворота.
Отцепил крюк и, навалившись на нос катера, скатил его по брёвнам в воду, запрыгнул в последний момент на лодку, она покачнулась. Я был рад, потому что была рада Дана.
Загудел мотор, и я направил катер в сторону тайги. Сияло яркое солнце, его мягкие лучи играли в пепельных волосах девушки, делая их золотистыми. Отражался янтарными искорками в её добрых красивых глазах. На щеках появлялся румянец, Дана становилась ещё краше, какой-то нереальной. И я грустно усмехнувшись, отвернулся от неё, потому что любил слишком сильно.
Бывало раньше размышлял, как поступлю в той или иной ситуации, а теперь не мог даже думать, что будет, если она заболеет… Что случится со мной, если жену потеряю. И это уже на влюблённость мало походило. Одержимость какая-то. Мне самому к врачу нужно. Потому что по сравнению со мной Дана вполне нормальная.
Мышонок подсела ближе и обняла меня.
Надо сейчас ловить кайф. Приобнял супругу. У меня любимая жена, осталось детей завести.
Мы уплыли далеко от жилищ. Под сияющим голубым небом шумел на ветру высокий хвойный лес, наполняя воздух невероятными ароматами.
— Вот! — закричала Дана, вскочив на ноги, указала мне на плакучие ивы, что мели поверхность реки своими длинными ветвями.
Было в хвойном лесу такое местечко. Просто сказочное!
Я снизил скорость, нужно не проскочить скрытый кустами проток. Метко попал, зелень скользила по бортам, мы аккуратно просочились между деревьев в небольшую заводь.
Лес обступил настоящую купальню. С берега не подойти, там болотце и рос рогоз, а вот на лодке самое оно. Никого не было. На реке ветер поднимал волны, здесь невероятно тихо и жарко. От спокойствия воды можно было посмотреть, что на дне. Никаких коряг.
— А это относиться к тихому омуту? — спросила Мышонок, перевалилась через борт, чтобы потрогать воду. Попу свою аппетитную выставила напоказ. Меня даже торкнуло.
— Здесь очень глубоко, до дна не так просто достать.
Ездили в прошлом году сюда купаться с Егором. Дана лежала в больнице в это время и умирала, а я, изъеденный совестью, нырял с катера в воду, получая удовольствие.
— Егор не с Полиной, — сказал я, кинув на сиденье белый сарафан. — Мы поедем в Питер, не говори о Потёмкиной ничего и не спрашивай ничего. Это будет нетактично, и сделаешь Егору больно.
— А почему они расстались?
— Я постараюсь узнать, чтобы ему не было плохо, потом тебе расскажу. Дана, — позвал её строго. — Пообещай, что не спросишь.
— Мне надо с Кристиной встретиться.
— Встретимся.
Меньше всего хотелось встречаться с дебилками, но раз это наша подружка, то можно ненадолго.
Я снял джинсы, стянул с себя футболку и наткнулся на заинтересованный взгляд девчонки. Она стала раздеваться и наблюдать, как у меня встаёт на неё член.
Стянула кроссовки, расстегнула кофточку, и не снимая юбку, расстегнула лифчик, и я, как пёс сторожевой, ещё раз оглядел берег заводи. Никто не покушается косым взглядом на моего Мышонка?
— Хочу секса, — прошептала она.
— В воде, — тут же ответил ей и нырнул.
Пока не научился ей отказывать, хотя с этими экзаменами уже не тянули по три раза подряд. А несколько дней вообще ничего не было.
Я погрузился в прохладную воду. Пыл прошёл, и вынырнул я уже далеко не возбуждённым, а немного замёрзшим.
— Дан! Холодная вода, — предупредил я.
Она уже стояла в белом сарафане и медленно перекидывала ногу через борт, потом забавно вторую. Не удержалась и с визгом упала, плюхнувшись в омут с головой. Я рассмеялся, поплыл спасать своего Мышонка.
 
7 ГЛАВА ГОД ВЕТРА
— Во Тёма-Горынычи дают, — шептал Цветков, но я сквозь приятную тихую мелодию, что играла в машине, слышал его. Он не знал, что они расстались.
Выехали очень рано, пилили теперь до Санкт-Петербурга втроём. Мы с Лёнькой впереди сидели, Даночка сзади спала.