Папой будешь? Катюша против всех!

Ей нужно знать правду здесь и сейчас!
 
 
Глава 14
Захар
Спонтанные подарки поднимали настроение всем его знакомым женщинам, но на Саше Зиминой система сломалась. Вместо благодарности он получил допрос, к которому оказался совершенно не готов. И не потому что боялся последствий, нет.  Просто подъезжая к дому Захар заметил знакомую до боли ламбарджини.
Телефон в кармане вжикнул уже дважды, подтверждая, что случилось нечто экстраординарное. Иначе Серов бы сюда не сунулся.
Не говорить же ей: “Я люблю тебя и, возможно, я отец твоего ребенка. Но сейчас мне пора,  завтра поговорим!”
План был простой — Сашу и телефон отправить домой, притом очень быстро, а все объяснения в очередной раз отложить. Хотя бы до завтра.
— Не заговаривай мне зубы.
Нет, он все может вытерпеть, но ни когда женщина встает в позу и начинает его давить аки бульдозер. С ним этот номер не пройдет. Выскочил из машины прямо под моросящий дождь и, оббежав машину, рывком открыл пассажирскую дверь.
— Захар? — в глазах Саши мелькнул неподдельный страх.
— Я сказал домой. Значит, домой.
Громкий визг Саши утонул в шуме колес проезжающего мимо авто. Он легко вытащил брыкающуюся женщину из машины. Хотел закинуть на плечо, но решил по осторожничать и просто взял её на руки, крепко прижав к себе.
— Ты что делаешь?! Отпусти меня сейчас же! Мы не договорили!
— Договорим завтра, — отрезал он, топая прямо по лужам ко входу в их общий подъезд. Шел быстро, еще не хватало, чтобы она замерзла или сильно промокла.
Пару метров спустя Саша странно притихла, даже ногами дрыгать перестала. Прижалась и затихла как мышка, от неожиданности он чуть не споткнулся о первую ступеньку лестницы, но вовремя собрался. Этот бесценный груз ронять нельзя.
Женщина обвила рукой его шею, теплое дыхание коснулось кожи, заставляя мурашки пробежать вдоль позвоночника. В голове и других частях тела тут же возникло малодушное желание забить на Серова и вероломно утащить Сашу к себе домой. На днях ему как раз привезли отличную кровать.
“Троицкий. Милана. Работа” — одернул сам себя. Если он поддастся чувствам и потеряет все, то ничем не сможет помочь Саше, не сможет стать для неё и Кати фундаментом для нерушимого, безоговорочного семейного счастья.
Легко преодолел все пять ступеней лестницы, осторожно поставил Сашу на ноги и совершил ошибку. Он смотрел на неё и не мог отвести взгляд. На растрепавшихся светлых волосах мелкой россыпью блестели капли дождя, они же на ресницах и парочка задержалась на кончике носа.
Такая хрупкая и сильная одновременно, она все еще держалась руками за его шею. Так близко, маняще тепло и доверчиво.
Он не знал, кто из них подался вперед первым. Губы к губам. Дыхание к дыханию. Словно два невидимых магнита, которые притянули их друг к другу тогда в клубе, снова включились. Противостоять им было невозможно, не нужно, но…
— Завтра, Саша, — он коснулся её лба своим и горячо выдохнул в прохладный воздух. — Я тебе обещаю. Мы обо всем поговорим завтра.
Телефон стоял на беззвуке, но так активно жужжал в кармане, что стало понятно — дело дрянь. Очень не вовремя. Впрочем, как обычно.
— Можешь ничего не говорить, — внезапно холодно отрезала Саша. — Вот я дура, — буркнула себе под нос и, резко его оттолкнув, скрылась в подъезде.
Все, что ему оставалось, это смотреть на захлопнувшуюся дверь и гадать, что это вообще было? То она сопротивляется, то сама обнимает и прижимается, то собирается его поцеловать, то называет дурой и убегает. Обычно Захар легко мог раскусить любую, но и тут Саша Зимина всё сломала. Черти что, а не женщина! Любимая до головокружения.
— Ромео, у нас проблемы. Хватит тупить в дверь! — раздался рядом голос Серова.
— Десять минут. Ты не мог подождать десять минут со своими проблемами? — выдохнул Захар и обернулся.
— Не мог. Их слишком много и сразу.
— Излагай.
Илья Серов медленно поднялся по ступеням на крыльцо и облокотился на тонкие перила.  
— Тебе с какой начать, с плохой, очень плохой или мерзкой?
— На твой вкус.
— Мои вкусы специфичны, — хмыкнул Илюха, но тут же стал серьезным. — Начну с того, что тебя ищут, Захар.
— Меня десять лет ищут, тоже мне новость.
Если все неприятности, которые принес с собой Серов такого уровня, то он честно прямо сейчас заедет ему по роже и отправится решать настоящие проблемы с одной беременной особой.
— Нет, Захар. На этот раз все серьезно. За твою голову, считай, объявили награду. Кто найдет — получит очень крупную сумму. Возбудились все: частные детективы, хакеры, бандиты. Они носом роют землю и рано или поздно тебя найдут. Понимаешь, что это значит?
Оглянулся и посмотрел на Захара в упор. Мужчина и хотел бы впечатлиться, но так устал, что не разделял сильного волнения друга. В отличие от Илюхи он видел два варианта развития событий:
— Либо Троицкий готов действовать, либо он испугался. Я ставлю на второе. Его прижимают со всех сторон.
— Загнанная в угол крыса кусается больнее всего.
— Ничего. Я к этому готов. Что еще? Завязывай с мхатовскими паузами, Илюх, иначе я захраплю прямо здесь.
Захар подпирал спиной влажную стену и старался не зевать. Он не знал какая это новость по критериям Серова: плохая, очень плохая или мерзкая. Для него она была предсказуемой. Лучше бы с Сашей сейчас целовался, ей-богу.
— Милана приходила в компанию. Видимо, тоже ищет тебя.
— Вот так пришла, топнула ногой и заорала: “Где Захар Креспо?” — от сарказма не удержался.
— Хуже. Вырядилась в рыжий парик, огромные очки и попыталась пройти собеседование на должность моей секретарши.
— Стоп, а куда делась старая?
Захара мало волновала трудовая жизнь секретарши Серова, но врожденная паранойя требовал узнать всё.
— В декрет собирается, — Илья обернулся и поймал его красноречивый взгляд. — Да вы издеваетесь! От мужа она беременна, от му-жа. Я не сплю с секретаршами. Задолбали эти подозрения.
Ого. Впервые на его памяти Серов так злился из-за простой шутки (а он ее даже вслух не сказал!), видимо, кто-то его хорошо допек с этой темой. Да так, что за живое задело.
— Ладно-ладно, давай сюда нашу третью большую проблему.
— Твою мать… — невпопад выдал Илюха.
Захар проследил за его взглядом и выругался еще крепче, потому что с нижней ступеньки крыльца на них зло смотрела Стейш. Вид она имела самый, что ни на есть воинственный: волосы промокли и растрепались, светлый плащ, как и короткое черное платье украшали характерные пятна грязи, а на тонких чулках красовалась приличного размера стрелка. Под дождем макияж потек, превращая симпатичную суровую женщину в персонажа фильма ужасов.