Ведун (СИ)
Всё правильно по времени рассчитал: и объяснить Талицкому всё успел, и на нравоучения не нарвался.
— Бестолочи вы, — поднявшись с кресла, пробурчал Андреевич. Шагнув ко мне, крепко обнял и тут оттолкнул… — Надолго не пропадай, мы с Анной будем волноваться, всё же не чужой ты нам человек.
— Ничего обещать не буду, дядь Вань, — подхватив вещи, пожал я неопределённо плечами. — Сам еще не знаю, куда меня занесет: может к морю подамся, а может куда в другое место. Одно обещаю, вернусь я обязательно.
Если бы еще и женщины присутствовали, то прощание наше надолго бы затянулось, а так, пожелав мне удачи, Андреевич провел меня за двор, пожали друг другу руки, он еще раз меня обнял и подтолкнул к машине. Езжай мол.
В этот раз меня не пацаненок, а взрослый мужик вез: у меня настроения болтать не было, и он, повезло, тоже неразговорчивым оказался, так что до заставы мы в молчании добрались. Там тоже всё нормально прошло, никто меня задерживать не стал. Так что, поправив рюкзак за плечами, перехватив поудобней СШК, я отправился в путь.
— А ты откуда взялся?
Стоило только заставе скрыться с глаз, как из леса на дорогу молнией выметнулся Тоха. Так я рысь обозвал, когда с ним знакомился. Вообще Тимохой, но для Тимохи он еще слишком молодой, вот и сократил его имя.
Со мной он тогда в город не пошел, остался сидеть на берегу водохранилища, а тут на тебе, нарисовался, как будто специально поджидал здесь.
Глянув на меня коротко, муркнул, как будто поздоровался, и рядом пристроился.
— Тебе делать нечего?
Ур? — снова он муркнул, только уже вопросительно, от леса взгляд отвел, на меня посмотрел. Мол чего надо и вообще, какого мы стоим?
— Ладно, — вздохнул я тяжко, трогаясь в путь. — Можешь присоединяться, месяц-два со мной погулять, пока я свои дела тут не закончу.
Обманул я немного Ивана Андреевича, никуда пока от анклава далеко не собирался удаляться. Не все дела я еще закончил, но для их завершения нужно чтобы обо мне немного подзабыли, поверили, что Александр Мещерский и вправду надолго ушел из этих мест. Так что месяц или два я в лесах перекантуюсь, а вот потом…
Потом меня ждет Радага: целый, не разрушенный апокалипсисом мир, с развитой цивилизацией, в котором я надеюсь найти свое место для жизни.
Конец первой книги.