Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг
Весной 1709 г. Запорожское войско во главе с атаманами К. Гордиенко и П. Сорочинским после нескольких месяцев неопределенности вслед за Мазепой перешло на сторону Карла XII. «Запорожцы пристали к противной стороне и стоят по крайним городам от Днепра в Кереберде и в Переволочнеи, в иных городах и прельщают народ», – сообщалось в марте [1358]. Российскому правительству необходимо было срочно нейтрализовать измену, так как Запорожье граничило с районом боевых действий, а также с Крымским ханством, которое могло выступить на стороне запорожцев и шведов. Из Киева на судах вниз по Днепру был отправлен отряд войск под командой полковника Петра Ивановича Яковлева с заданием принудить запорожцев принести повинную. Царская грамота к гетману Скоропадскому и всему украинскому народу, изданная 26 мая 1709 г., напоминала «о всегдашних своеволствах и шатостях и непослушаниях непостоянных и непокоривых запорожцов» и разъясняла причины разгрома Запорожской Сечи [1359].
Первой пала занятая запорожцами крепость Переволочна; реляция об этом бое была напечатана в единственной русской газете «Ведомости»: «Камандированной полковник Яковлев, пришед в Запорожье с тремя полками и увидя запорожцев противных, которые, собравшись, в местечке Переволочне засели, где их, запорожцев, было с 3000 человек и с ними полковник запорожской Зилнец. И апреля 18-го дня учинили с нашими бой, почали стрелять ис пушек и потом наши к ним приступили и почали оную крепость штормовать. И по двучасном многом огню, милостию Божиею и его царского величества счастием, переволочинский замок взяли и их на месте болши 1000 человек порубили, кроме тех, что по куреням побито и позжено. А достальные, бежав, топились в реках – в Днепре и в Ворскле. В том замке взято: 3 пушки, знамя, 4 значка казачьих и двенатцать человек воров первых, понеже живых их брали мало, но всех рубили и тот замок совсем разорили» [1360]. Б. П. Шереметев в письме царю от 24 апреля 1709 г. подтверждал, что «варовских запорожцов и жителей вырубили, а иные, убоясь, розбежались и потонули в Ворсклу. И Переволочну, также и Кереберду выжгли» [1361]. Разорение Переволочны и уничтожение большого запаса лодок впоследствии оказало решающее значение при сдаче шведской армии, прижатой после Полтавского сражения к Днепру и оказавшейся без средств к переправе [1362]. Русское командование понимало необходимость контроля над переправой. Еще 7 апреля Меншиков писал царю об отправке партии «дабы все суды и поромы разорить и переправы перестерегать против Переволочны» [1363]. Результат соответствовал поставленным задачам: «А которые суды были, также и млины [мельницы] на судах все позжены. И признавает он, Волконской, ежели б неприятель и имел намерение к переходу, то ему не бес тягости» [1364], – доносил Шереметев Петру 26 апреля.
В царской грамоте, в частности, упоминалось, что запорожцы в свое время просили у шведов и у Мазепы «помощных войск» для разорения крепости Каменный Затон. Эта крепость была заложена в 1701 г. на левом берегу Днепра напротив Сечи и позволяла русским войскам контролировать прилежащие земли и саму Сечь (по словам графа Ф. А. Головина, «оная ради воровства унятия от запорожцов учинена», «не для чего иного, токмо для своеволных плутов запорожцов») [1365]. Наличие русского гарнизона нервировало как запорожцев, так и их соседей татар. Сохранились донесения каменнозатонского воеводы Ильи Чирикова за февраль – апрель 1709 г., из которых видно, как поначалу подозрительные действия запорожцев вылились в открытые враждебные действия и нападения на отряды русских солдат, выходивших из крепости [1366]. Атака объединенных сил запорожцев и шведов на крепость описана Крекшиным, правда, без ссылок на источники: «Изменники Запорожские казаки 4000, имея при себе 400 шведских солдат, учинили атаку Каменному Затону, в котором войска Царского Величества были два пехотных полка, а оная крепость стоит против городка Сечи Запорожской, на другой стороне Днепра, как реченные бунтовщики начали работу шанцев, один пехотный полк вышед из Каменного Затона наступил на ведущих шанцы, и по жестоком бою сбив неприятеля гнал и рубил; в шанцах порублено 367, в городе до 200; от войска Царского Величества убито 43, ранено 51» [1367]
Центром Запорожского войска было укрепленное селение Сечь. Поскольку за свою историю запорожцы не раз меняли положение столицы, в историографии Сечь, существовавшая к 1709 г., называется Чортомлыцкой, по реке Чортомлык, впадавшей в том месте в Днепр по правому берегу [1368]. Прибыв 11 мая к Сечи, полковник Яковлев сначала «искал всяким добрым способом чрез писма и пересылки» склонить запорожцев на свою сторону. Сечевики в то время ожидали своего гетмана Петра Сорочинского, который должен был привести с собой союзников – татарскую орду из Крыма. Поэтому им было выгодно затягивание переговоров. По той же причине время не ждало Яковлева, и он дал распоряжения к штурму: строить шанцы и приступать к городу на лодках. Сечь из-за весеннего паводка оказалась со всех сторон окружена водой, и это затрудняло штурм «сухим путем». Первый приступ оказался неудачным: «При таком жестоком приступе сперва не пощастилося [не посчастливилось] и наших около 200 или 300 при той всей потребе убито, меж которыми и полковник Урн убит и многих офицеров ранено, а которых живьем они, изменники, побрали и тех також страмно и тирански рубили». Затем военное счастье переменилось – к крепости подходила какая-то конница, и запорожцы понадеялись, что это сикурс от крымских татар пришел к ним на выручку. Навстречу сикурсу из крепости отправили вылазку. И тут оказалось, что пришедшая конница – это подмога Яковлеву – драгуны генерал-майора Волконского с казачьим полковником И. И. Галаганом. «И вышли они, воры, на выласку, но, увидя, что помянутой сикурс с нашими войски совокупился, зачали меж собою мешатися, на которых наши вновь набежали и городом щастливо овладели и многих купно с кошевым побили, тако что малое число разве от них ушло». Все эти подробности изложены в письме А. Д. Меншикова царю от 19 мая 1709 года [1369]. Со ссылкой на журнал Якова Брюса Крекшин дает такую трактовку взятия Сечи: «В Запорогах к сечинской крепости начаты работою апроши для знаку, яко бы оная крепость штурмована вскоре не будет, пока не сделаны будут апроши; тогда ж изготовлены суда, на которых из Каменного Затона 1000, а 3000 с сухого пути приступ учинить; и вдруг оную крепость штурмовали, и сей жестокий штурм чрез три часа продолжался» [1370]. По преданию, Чигиринский полковник Игнат Иванович Галаган во время штурма призывал запорожцев сложить оружие, обещал пощаду и даже давал в том клятву, поверив которой сечевики покорились; но затем последовали казни и преследования [1371]. Известна жалоба запорожцев, в которой они описывали злодеяния Галагана по отношению к ним, но из текста сложно понять, какова была его роль во взятии Сечи [1372].