Решение первокурсницы
– Нет, – прошептала я и увидела стоящего на одном колене Мэрдока и точно такой же нож у его горла, только держал его барон Эсток. – Все, что угодно! Все, что вы хотите, только не убивайте его… их.
– Мы уже вели подобный разговор, леди Астер, – грустно сказал князь.
– И вам было что-то нужно от меня? – В безумной надежде я уцепилась за это воспоминание. – Вы хотели от меня незаполненный вексель, хотели, чтобы я сказала «да»…
– Да, было нужно. Видишь ли, я скучал по силе змея. Ну, что ты так смотришь? Да, тогда твоего легендарного предка взял именно я. До сих пор помню ощущение танцующего в пальцах огня. С ним ничто не сравнится, даже металл. Вижу, что ты понимаешь, о чем я. Поэтому, – он усмехнулся, – я так хотел тебя. Твою силу. Хотел, чтобы ты пришла и сказала «да»… Но теперь твое согласие уже не имеет значения. И сила змея мне не достанется. Муньер умрет. Вам нечего предложить мне, леди Астер.
Мистер Миэр подхватил на руки лежащую на полу рыжую, передал ее наемнику, тот сразу отступил к двери. Битва действительно была проиграна, и не нужно быть стратегом, чтобы это понимать. И все же отец Гэли не ушел, он поднял клинок и сделал шаг к Крису. Но из-за колонн тут же вышли двое одержимых и очень красноречиво преградили ему дорогу.
Мэри всхлипнула, оторвала руки от светящегося пола.
– Нет!
– Можешь повторять это сколько вам угодно, моего решения это не изменит. Муньер умрет. Не хочешь поговорить об остальных? Нет? А я хочу. Они отправятся в тюрьму, в ссылку, замуж или на плаху.
– Я не выйду за вас замуж, предпочитаю плаху.
– Уверена? А что скажешь, если плаха будет ждать не тебя, а, скажем, графа Астера? Или твоего брата? Матушку? Кажется, ты уже давала богиням обещание выйти замуж за нелюбимого в обмен на жизни родных? Что ты так смотришь, словно у меня выросла вторая голова? Удивляешься осведомленности? Знаешь, это было так забавно, слушать все то, что ты рассказывала Йену Виттерну. Забавно и немного утомительно, какие только глупости не волнуют молодое поколение.
– Демоны ничем не лучше.
– Поясни.
– От вопроса закрытия Разлома мы перешли к обсуждению замужества.
– О последнем ты, Ивидель, знаешь чуть больше, чем о закрытия Разлома. Или думаешь, что знаешь, не так ли?
«Так, – хотелось ответить мне. – Именно так».
Мы ничего не знали о закрытии Разлома и о том, какой ритуал не завершили предки. Но кое-кто знал. Например, тот, в чьи черные глаза я сейчас смотрела. И тот, кто был пленником этой черноты. Вот если бы могли спросить…
Пораженная внезапной мыслью я вгляделась во тьму и заговорила, но не с демоном, а с тем, чье тело он надел. Когда Гэли закричала: «Мама», ее услышали. Возможно, есть шанс и у меня. У всех нас.
– Мы не знаем, но знаете вы. – Я оперлась о каменную голову змея. – Помогите нам, государь, – попросила я. – Помогите пока не поздно. – Я бросила взгляд на дыру в потолке, луны все еще были там. Пока были.
– Видит тьма, я пытался сохранить им жизнь. – Князь встал и схватил меня за плечо. – Никто не сможет сказать, что я немилостив.
«Он предусмотрителен и не более», – сказал как-то кузен о затворнике. И оказался прав.
– Арирх!
– Государь? – тут же откликнулся одержимый, у его ног неподвижно лежала жрица.
– Не разговаривай с этой тварью, Ивидель! – закричал Альберт.
Я повернула голову и увидела, что кузен и герцогиня тоже проиграли свой бой. Железнорукий лежал на полу, его держали сразу двое одержимых. А тот, что походил на писаря, прижимал к себе Дженнет, нарочито грубо прижимал, не давая вырваться, чему немало способствовал нож у ее бока.
– Я никуда не сбегу, – процедила герцогиня.
– Позвольте вам не поверить, – ответил одержимый в фуражке.
Демоны действительно перестали играть с нами. И пусть многие из них сбежали, осталось еще достаточно, чтобы научить уму разуму нескольких учеников.
– Чересчур правильного орла в каземат, железнорукого и волка убить, с остальными поступайте по своему усмотрению, – отдал приказ затворник.
– А леди Астер? – Арирх перевел взгляд на меня.
– А леди Астер отправится в мои покои. Завтра я торжественно «верну» ее родным и как ее спаситель попрошу руки.
– Позволено ли мне будет узнать о судьбе мисс Цецилии? – Еще один краткий взгляд, на этот раз на степнячку.
– А мисс Цецилию вышвырни вон, убей, возьми себе. Мне без разницы, лишь донеси до нее мысль, что она больше никогда не увидит своего Северина. – Имя правителя демон произнес с нескрываемой насмешкой. И пусть он говорил одержимому, но предназначались эти слова степнячке.
– Конечно, ты же нашел себе новую жертву, – проговорила целительница, когда Арирх шагнул к ней. – Пусть так, я уйду, но сперва… Северин, – позвала она, и государь едва заметно дернулся, – поцелуй меня на прощанье, – закончила женщина, шагнула к трону и повторила просьбу: – Один поцелуй. – А потом закрыла лицо руками.
Я едва слышно вскрикнула, потому что затворник с такой силой сжал мне предплечье, словно хотел сломать.
– Не в моих правилах отказывать в последнем желании, – проговорил затворник равнодушно. Цецилия опустила руки и сделала еще один шаг, оказываясь почти вплотную к нам. Ко мне. И пусть она смотрела только на князя и пусть в ее глазах смешивались отчаяние и надежда. Но руки… Ее ледяные пальцы коснулись моих. Я ощутила гладкость стеклянного пузырька и сжала ладонь.
– Осторожнее! – скорее по привычке, нежели по необходимости, выкрикнул Арирх. Уверена, он повторил это предупреждение мысленно, но ведь так трудно удержаться, будучи человеком. Люди были пленниками демонов, но и демоны были пленниками людей. – Она передала Астер какую-то склянку!
Князь дернул меня за руку и отшвырнул в сторону. Я едва смогла устоять на ногах. Арирх тут же бросился вперед. У меня был миг до того, как одержимый вывернул мне кисть и заставил разжать пальцы. Пузырек упал мужчине на ладонь.
– Что там? – спросил затворник.
– Какая-то гадость, – ответил Арирх, выдернув пробку и понюхав горлышко.
– Средство для чистки серебра, – честно ответила я.
– Неважно, – потеряв интерес к пузырьку, демон швырнул его в сторону. Раздался звон стекла, и светлая жидкость разлилась неподалеку от неподвижной руки Вьера.
– Хотела отравить меня? – деловито поинтересовался затворник без всякой злости, а скорее с каким-то одобрительным интересом.
Цецилия не ответила.
– Хорошая попытка. А все хорошее обычно принято вознаграждать. Ты просила поцелуй? – Князь схватил степнячку за руку и притянул к себе. – Что ж, ты его получишь.
Он обхватил затылок целительницы рукой и прижался к губам молодой женщины.