Ненавижу тебя
Блин.
— Ага. Там у меня тональник в кармане, — вру я, разворачиваюсь и быстренько убегаю в сторону санузла. Теперь бы еще улизнуть незаметно! Хорошо, что он сидит к туалетам и ко входу спиной. Шанс есть, если меня не остановят администратор или охрана.
Я захожу в большой красивый санузел, кидаю куртку на белый кожаный диванчик напротив раковин, и открываю воду, поплескав себе на лицо, чтобы немного остыть и привести мысли в порядок. Даша, блин. Если бы этот звонок был по работе — он явно извинился бы и ответил. Бедная Даша не в курсе, что ее молодой человек тем временем жрет в ресторане с бывшей подругой детства!
Я яростно тру ладонью губы, будто пытаясь смыть наш поцелуй. Достаю телефон из кармана и набираю номер такси.
— Такси «Спринтер», здравствуйте! — приветствует голос оператора.
— Девушка, я хотела бы заказать машину. Будет хорошо, если она подъедет как можно быстрее.
— Пожалуйста, назовите адрес. Я постараюсь найти водителя, который поблизости от вас.
— Конечно, — я вздыхаю, кончиком пальца стираю немного размазавшуюся тушь, и отворачиваюсь от зеркала, — улица….
Слова застревают в горле комом, и я беспомощно открываю рот. Потому что в дверях санузла стоит Элиас, подпирая плечом косяк двери, сложив руки на груди и ехидно ухмыляется.
Черт, черт, черт!
— Девушка? Простите, вас не слышно. Алло?…
— Это женский туалет, Элиас, — выдавливаю я, когда он делает шаг и закрывает за спиной дверь. На замок. Он поднимает на меня взгляд и я нервно сглатываю. В серых глазах горит плохо скрываемая злость.
— Никольская… ты про десерт забыла.
— Про какой десерт? — растерянно произношу я, а он медленно приближается ко мне. Я пячусь назад, упираюсь спиной в холодную раковину из гранита. Сердце испуганно стучит в груди, я поднимаю руки, останавливая его, и ладонь упирается в твердую грудь. Он смотрит секунду на мою руку. И усмехается.
— Про меня ты забыла, Настя.
— Я чужой десерт не ем, — фыркаю громко я.
— Ты про что, женщина?
— Про Дашу, Элиас. Некрасиво пудрить девушке мозги и крутить шашни в этот момент с другой.
Он закатывает глаза, а потом рассматривает меня с плохо скрываемой иронией.
— Никольская, это моя бывшая. Которая поклялась добиться, чтобы мы снова воссоединились. Еще есть какие-нибудь подозрения, что я нечист на руку?
— Нет, — растерянно отвечаю я, а он внезапно обхватывает мою талию руками и сажает задницей на край раковины, вклиниваясь между ног, — Элиас!!!
Он так близко, что я могу рассмотреть хорошенько его чертовы длинные ресницы и красивые губы. Убедить мозг, который кричит в панике «нет, я не верю в такое преображение!!!», что да, иногда веселые толстяки через много лет становятся самыми настоящими демонами-искусителями.
— Ты… что творишь-то? — вырывается у меня сдавленный писк.
— Пришел попробовать свой едва не сбежавший десерт, — шепчет эта сексуальная скотина. Медленно наклоняется к моим губам и внезапно облизывает их, вернув мне такой взгляд, будто мы должны сыграть лучшую роль для ПорноОскара… Прямо здесь.
Его ладони забираются мне под футболку, а я пораженно открываю рот.
Эпизод 24. Элиас— Настя, ты дико вкусно пахнешь, — шепчу я практически в рот этому хомяку с оленьими испуганными глазами, — хочешь я съем тебя прямо тут?
Она реально пахнет чертовски офигенно. Через тот дурацкий запах шампуня я чую запах ее горячей кожи, которую сейчас глажу пальцами.
— Элиас, я еще не настолько низко пала, — она пытается сказать это возмущенно, но в голосе проскакивают взволнованные нотки, — мы в общественном туалете!
— Мы в ресторане, сладкая пироженка, а ты — мой десерт. Я хочу тебя… сожрать.
— Ты хочешь мне отомстить и показать, что я потеряла пятнадцать лет назад, когда поссорилась с тобой на выпускном! — яростно шепчет мне эта дикая хомячиха, и я усмехаюсь, скользя губами по ее лицу вниз, к шее. Это очень приятно. Она закрывает глаза, не в силах возмущаться дальше и немного запрокидыаает голову.
Я правда могу получить свой десерт прямо здесь, еще немного дожав…я желаю этого настолько, что дышать тяжело, и она медленно, но уверенно поддается. Но когда я представляю, как она потом будет рыдать в подушку, считая, что я грязно ей воспользовался — и в душе что-то протестует против такого развития событий. Нет, я буду немного последовательнее.
— Нет, Настя, за это я не хочу отомстить.
— Нда? Это с чего бы? Передумал?
Да блин. Я поднимаю голову и смотрю в ее немного затуманенные глаза.
— Передумал, — отвечаю я. Она приподнимает бровь, смотрит секунду на мои губы и нервно прикусывает свои. Издевается? В груди от этого будто ворочается раскаленный шар, поджигая в венах кровь.
— Да ты что? — издевательски тянет она.
— Я прочитал твои смски, Никольская. Нашел старый телефон у родителей.
Она тихо и пораженно выдыхает.
— Боже, Элиас, тебя это реально настолько парило? — она елозит внутренней частью бедер по мне. Вдох, который я делаю, чтобы загнать дурное желание и мысли подальше, кажется бесконечным, — я на полном серьезе тебе рекомендовала бы сгонять к психологу…
Почти нихрена не поменялось. Я по-прежнему пускаю слюни на эту маленькую стерву, а она по-прежнему старательно игнорирует меня. Вот как сейчас. Я до нее просто откровенно домогаюсь, а она мне льет в уши про психологов.
— Нет, мне было просто интересно, Настя, — поясняю я спокойно, — ты действительно много раз звонила мне, писала смс с извинениями, где рассказывала, что не думала, что до такого все дойдет и хотела заехать ко мне в больницу.
— Да. Я правда о тебе беспокоилась.
— Однако, это не отменяет факта, что я бегал за тобой, как идиот все старшие классы, а ты мечтала о том белобрысом.
—'О-о-о! — рычит она, закатив глаза, — Бергман, ты придурочный. Поэтому ты решил зажать меня в туалете и в отместку показать, в какого горячего мачо ты превратился?! Ты хорош, Элиас! Бесспорно! Только фиг я тебе поддамся.
— Теперь это дело принципа, Настя, — усмехаюсь я ей, пока она пытается прожечь во мне дыру взглядом.
— Брысь от меня. Сейчас такси подъедет!
— Врушка. Ты его не успела вызвать. Поцелуй меня. И я отвалю… подвезу тебя до дома.
— Хрен тебе, Бергман, а не поцелуй!
— Тогда ты отсюда не выйдешь, сладкая пироженка, — я смотрю на плечо, с которого немного сползла футболка, оголяя его. Наклоняюсь и прикасаюсь поцелуем. По коже Насти пробегают мурашки, а как стучит сердце — я слышу даже отсюда.
Телефон в кармане внезапно начинает вибрировать. Скотина, как невовремя. Нехотя лезу рукой в карман, достаю смартфон, и… да мать твою. Даша, ты не хочешь познакомиться с моим черным списком?