Любовь, сова и бюрократия

Обязательно скажу…
Земля под моими ногами качнулась, я испуганно дернулась, но опора, удивительно удобная, нашлась совсем рядом, и я прикрыла веки. На секундочку…
— Откат. Очень быстрый. Так не должно быть, — где-то над моим ухом прожужжал менталист. — Хотя … с таким всплеском… в любом случае, я уже вызвал мобиль, скоро будет.
— Повезешь лею Фелицию к вашим медикам? — с беспокойством уточнил Васкес.
Медиков с детства не люблю! Я разлепила свинцовые веки. Богиня! Перед моим носом была белая ткань рубашки, и пахло той самой кабинетной свечой.
— Да. Пусть разбираются с этим уникумом, — мрачно усмехнулся маг.
Осторожно отступив от прокурора, я пригладила волосы. Спокойно, Лици.
— Я никуда с вами не поеду! — заявила я. — Мне домой надо!
К Инес!
— Это не обсуждается, лея, — отмахнулся от меня маг.
— Что значит, не обсуждается? — закипела я. Сонное марево окончательно с меня слетело.
Менталист в ответ только поморщился.
— И … — я даже подавилась от возмущения, — И где моя папка, я вас спрашиваю?!
Маг щелкнул пальцами, фиолетовые искры рассыпались вокруг нас, собираясь в полупрозрачную сияющую пленку.
— Фелиция? — с опаской позвал меня Васкес.
Едва не пыхтя от злости, я повернулась к нему и смутилась — он протягивал мне мои документы.
— Благодарю, — смутилась, не смутилась, но приняла её с достоинством.
— Не злитесь, лея, — улыбнулся прокурор. — А то на ваш зов снова слетятся все совы столицы.
— Вот именно, — поддакнул менталист. — А я еще от прошлой атаки не отошел.
Очень хотелось ответить, что он сам в этой атаке виноват, но я сдержалась по годами выработанной бухгалтерской привычке. Не стоит говорить клиенту всё, что ты думаешь о его ошибках. Пар-то ты, может быть, и спустишь, а вот работы лишишься.
— Вы только что в экстремальных условиях раскрыли дар, Фелиция. Вам нужна помощь, — особенно выделив голосом слово «нужна», сказал лэрд Кристиан. — Вам необходимо хотя бы минимальное обучение, но самое главное — речь идет о вашей безопасности. Мы не знаем, кто отправил вам ментальную ловушку, но знаем, что уже две девушки, скрытые менталисты, стали жертвами преступлений.
Опять жертвы… я сощурилась и, глядя лэрду в глаза, спросила:
— Что вы имеете в виду, когда говорите жертвы?
Васкес тяжело вздохнул.
— Трупы он имеет ввиду, — буркнул менталист. — Вы ведь знаете, почему во времена пустынных войн тела погибших магов никогда не оставляли врагам?
— Знаю, — похолодела я. — Колдуны охотились за их кровью.
Лэрд Кристиан кивнул и добавил:
— Погибшие были обескровлены, лея Фелиция.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Богиня…
— Как обескровлены? — дрожащим голосом переспросила я прокурора. — Что… совсем?
Васкес не ответил, только посмотрел на друга, да так выразительно, будто просил помощи в каком-то очень серьезном вопросе, а не в доведении сведений до не вполне еще адекватной после так называемого прорыва меня.
— Вы уверены, что хотите подробностей, лея? — скептически уточнил у меня менталист.
— Нет… — прохрипела я.
Бедные девушки…
Великая мать, спасибо тебе, что послала на наше дерево сову! Обязательно поблагодарю твою любимицу лично, и обязательно загляну в твой храм, сделаю щедрое подношение на корм всем твоим посланницам!
Выходит, если бы не сбой в ловушке… если бы я была менее настойчива в достижении целей и не попала бы на прием… то, могла стать … следующей жертвой?
И до сих пор могу ею стать?
В горле стоял ком, я потерла шею и откашлялась, оглядываясь по сторонам. Продавец сосисок, сетуя на севший кристалл и отсутствие нормального освещения, собирал лоток. Фонари не работали, и единственным источником света кроме люстр в окнах, служили фиолетовые всполохи вокруг нас троих. Но горожане не видели ни искр, ни сияющих рун, а те, кто проходил мимо, даже не смотрели в нашу сторону, из чего я сделала вывод — менталист скрыл нас от нежелательного внимания.
Богиня-богиня-богиня…
— Мобиль на месте, — сообщил маг то ли мне, то ли Васкесу.
В этот миг из-за угла действительно показался скромный черный «виктор» — гордость нашего королевства, лучшая марка кристалломобилей на континенте, и я занервничала еще сильнее.
Итак, сомнений быть не может — я совершенно точно менталист! А с учетом того, что я менталист свежеиспеченный, то меня … изолируют!
Но я не могу изолироваться… у меня Инэс, у меня диплом… Невидящим взглядом я посмотрела на папку в своих руках. И да… у меня отчеты. Я не могу подвести клиентов, не для того я их с таким трудом нарабатывала!
Не психуем. Всё можно решить! Нужно просто представить, что я выторговываю себе пару дней отсрочки в оплате счета, или … уговариваю особенно въедливого налоговика на первый раз простить малюсенькую оплошность. С выгодой для обеих сторон.
— Уважаемый лэрд маг? — я спокойна, и я очень, ну просто очень вежлива!
— Лэрд Энтони, — равнодушно поправил меня он.
— Лэрд Энтони, может быть, мы с вами придем к соглашению, устраивающему нас обоих?
Он хмыкнул и, окинув меня заинтересованным взглядом, ехидно уточнил:
— Это по какому же вопросу?
Не нервничаем, Лици. Не злимся! Мало ли ты в жизни видала … самодовольных нахалов? Сколько угодно! Да ты научилась от них избавляться раньше, чем начала говорить! Вечно их крутилось вокруг Инэс!
— По вопросу моей будущей изоляции, — пояснила я.
— Какой еще изоляции? — вступил в разговор прокурор и, поворачиваясь к магу, с угрозой спросил: — Тони?
— Это недоразумение, — отряхивая невидимую ворсинку с лацкана пиджака, ответил Васкесу тот.
Я наклонила голову к плечу, оглядывая менталиста. Недоразумение, значит? Выдыхаем, не злимся, Фелиция. Ты же не хочешь быть обескровленным трупом? Не хочешь. Поэтому, улыбаемся. А то, что методы пробуждения дара у старушки и её Тони не самые честные, это вопрос второй. Зато они у них действенные!