Двуликие. Клетка для наследника
— Шайна… ты слышишь меня?
Я не могла говорить, поэтому кивнула.
— Это я виноват. Пожалуйста, извини. Я не сдержался. Такого больше не повторится.
Норд говорил так твёрдо, чеканя слова… как клятву зачитывал.
Я молчала, и тогда он подошёл и осторожно повернул меня лицом к себе.
Морщинки на лбу Норда были глубже, чем обычно, и глаза сверкали, а губы были сжаты в тонкую ниточку… Но в остальном — прежний Норд.
Интересно, а как выгляжу я? Чувствовала я себя совершенно ужасно. И щёки горели.
Наверное, будь я другим человеком — глупой и наивной девочкой — я бы спросила нечто вроде: «Я вам не нравлюсь?» или «Тебе не понравилось?»
Но я не была ни глупой, ни наивной.
— Ничего страшного, — сказала я, с трудом шевеля губами. — Я понимаю.
Он почему-то улыбнулся и покачал головой.
— Тебе лучше вернуться в академию. Перед занятиями нужно высыпаться, Шани.
Я кивнула и хотела пойти к портальному зеркалу, но не смогла.
Норд просто стоял и смотрел на меня, по-прежнему улыбаясь. И я вынуждена была признать, что совершенно не понимаю, что означает этот его взгляд. Он не был обидным и был совсем не похож на взгляды посетителей борделя. Совсем не похож…
— Приходи в пятницу, хорошо? — спросил вдруг Норд. — Если сможешь, конечно.
А я решила, что он не захочет меня видеть после случившегося…
— Приду, — ответила я тихо. — Обязательно приду.
Позади нас негромко мяукнула Хель. Маленькая серая кошка с девятью жизнями…
55
***
Император Велдон
«Я понимаю».
Он до сих пор не мог перестать улыбаться, вспоминая эти слова Шайны. Конечно, она не понимала. Её растерянное лицо, с красными щеками и блестящими глазами, полными смущения… Конечно, она не понимала.
Как давно он не видел подобной реакции. И как хотелось отпустить себя, позволив больше… Разумеется, Шайне было бы хорошо. Пару часов. А что потом?
Нет, он не станет этого делать. Когда-то он уже разрушил жизнь Триш, хватит, больше никто не должен пострадать. Тем более Шайна.
Велдон закрыл глаза, воскрешая в памяти несколько мгновений, когда он держал её в объятиях. Сильное гибкое тело, свежий цветочный запах волос, тихий стон… Всё это было так недолго.
Но ведь было. И уже за это он должен быть благодарен судьбе.
Велдон вздохнул и взял на руки Хель. Кошка благодарно мурлыкнула, потянулась и продолжила спать. Беспечное существо.
— Про́клятым императорам нужно держаться подальше от юных наивных девочек, правда же, Хель?
Кошка открыла глаза и посмотрела на хозяина то ли укоризненно, то ли насмешливо.
— Да-да, я знаю, дорогая. Зачем я тогда пригласил её прийти в пятницу? — Велдон покачал головой. — Может быть, потому что я человек? А, Хель? Как ты думаешь?
Он вдруг вспомнил, как отец очень давно говорил ему: «Ты не человек, запомни. Ты — наследник!»
А теперь он — император. А поступает как глупый слюнявый мальчишка.
— Мяу! — сказала вдруг Хель, и Велдон кивнул.
— Да, малышка, ты права. Даже императорам порой хочется немного побыть людьми, а не носителями власти. Но я скорее руку себе откушу, чем причиню ей боль. Веришь мне, Хель?
Конечно, она верила.
Хель лучше всех на свете знала, что её хозяин всегда держит своё слово.
***
Наследный принц Дамир
Со всеми вокруг что-то происходит, кроме него. На Даниту совершено покушение, Шайна куда-то шастает по ночам, а Дин встречается с Эваном, который уже и в губы её целует. Гад.
Кстати, о Дин. С вечера среды она начала странно себя вести. И если бы это не было невозможно, Дамир подумал бы, что она догадывается. Дочь ректора поминутно о чём-то задумывалась, присматриваясь к нему, а когда он обращал на неё внимание — отводила взгляд.
Шайна тоже заметила эти странности, но ничего не сказала. Порой она напоминала наследнику дядю Велдона — тот тоже не любил лезть в чужие души без необходимости. И предпочитал не замечать терзаний других людей, пока они не начинали мешать государственным делам.
Утром в четверг, за завтраком, Дамир едва удержался от язвительных комментариев, когда к ним за стол подсел Эван и, приобняв Дин, спросил, как дела. Спасла положение Данита. Плюхнувшись напротив Дамира, она громко заявила:
— Видели объявление в коридоре общежития?
Шайна задумчиво ковырялась в тарелке с кашей, Дин с вежливой улыбкой пыталась отцепить руку Эвана от своего плеча, поэтому отвечать пришлось наследнику.
— Нет. А что там?
— Ну как же, — принцесса всплеснула руками. — Все видели, а вы нет!
— Я видел, — вмешался Эван. — Это ты про бал, что ли?
Шайна уронила ложку в кашу и подняла голову.
— Какой бал? — спросила она с подозрением, глядя то на Даниту, то на третьекурсника.
— Да обыкновенный. В честь Дня открытия академии. Каждый год, в день, когда много лет назад состоялось официальное открытие академии, устраивается праздник, — ответила принцесса. — Занятия отменяются, будет торжественная часть с концертом, а потом угощение и бал.
М-да. Проблема. Танцевать за девочку у него точно не получится.
— И когда это всё намечается? — спросила Шайна с тоской в голосе.
— Через месяц.
Пробормотав что-то неразборчивое, полуэльфийка вернулась к каше, а остальные слушали Даниту, которая увлечённо рассказывала о том, как это здорово — бал в честь Дня открытия академии! На концерт всегда приезжают видные артисты, и даже сам император присутствует, а бал традиционно — маскарад!
— Нас дядя с Дамиром брал один раз на такой праздник, это было так здорово! Я была цветком, а Мир — морским пиратом!
— А император? — с интересом спросила Дин.
Данита слегка поморщилась.
— Дядя не любит веселиться. Он просто надел парадный мундир, и всё. Даже маски не было.
— Император не любит веселиться? — удивлённо спросила Шайна, поднимая голову от тарелки.
— Да, — кивнула принцесса. — Дядя Велдон — самый скучный человек на свете.
