Супер «горничная»
– Екатерина Андреевна, – бодро отозвался я.
– Ну да, читать мы все умеем, – проследила Алиса за моим взглядом, усмехнулась и смело распахнула дверь. – Здравствуйте, Екатерина Андреевна! – шагнула она первая в кабинет, мне же ничего не осталось, как последовать за ней.
Директриса оказалась улыбчивой и пышнотелой женщиной лет сорока пяти. Я даже удивился, что моему довольно щуплому дяде нравятся женщины чуть ли не вдвое больше него. Природа любит контрасты? Кажется, именно так и есть. Впрочем, Екатерина Андреевна сразу располагала к себе. А уж как она обрадовалась подаркам – и себе, и детям, словами не передать. Сразу же засуетилась, пригласила нас в актовый зал, дав секретарше задание поставить цветы в вазу. И началось… Много благодарных речей, импровизированный детский концерт в нашу с Алисой честь…
Я все это время наблюдал за Алисой, как она всему радовалась, всем улыбалась. Как здорово у нее получалось общаться с детьми. Для каждого находила ласковое слово. Всех обнимала и целовала. Сегодня эта удивительная девушка открывалась мне с другой стороны. И ее любовь к детям вызывала в душе что-то очень теплое. Моя же любовь к ней, кажется, возросла в разы. Да куда уж больше! Я и так уже практически задыхался от этой любви. И как же мне хотелось, чтобы толика ее тепла и внимания распространилась и на меня! Но, кажется, про меня она и вовсе забыла.
После концерта нам пригласили пообедать, но я отказался, сославшись на несуществующие дела. И после теплого и снова продолжительного прощания мы, наконец-то, покинули детдом.
– Слушай, я такой голодный, что рискую потерять сознание, – признался я Алисе, когда садились в машину. Она продолжала улыбаться, по всей видимости, теперь воспоминаниям. – Давай заедем куда-нибудь и пообедаем?
– А чего же ты отказался разделить трапезу с детишками? – удивленно посмотрела она на меня.
– Не хотел объедать их, – невольно усмехнулся, представив, как набрасываюсь на еду в их столовой. – Я слишком голоден!
И сейчас я говорил обо всех проявлениях собственного голода, не только пищевого, снова разглядывая немного заостренные, но безумно привлекательные, женские коленки.
– Все с тобой ясно! – рассмеялась Алиса. – Поехали уже, тем более что за мной должок числится.
***
Какие же они все замечательные! Умненькие, внимательные и такие серьезные не по возрасту, даже когда шалят. Никогда не думала, что смогу получить настолько полное удовольствие от общения с детишками. И не просто детишками, а теми, кто по разным причинам лишен родительской заботы и любви. Особенно любви, которая очень важна. Ведь воспитатели детского дома заботятся о детях, учат их всяким жизненным премудростям, но вряд ли любят. Потому они так и радуются каждому новому взрослому, что попадает в их среду обитания.
Я бы не уходила оттуда, о времени напрочь забыла. Хорошо, Савелий вовремя увел меня. Кстати, он мне показался несколько зажатым. Даже непривычно было видеть его таким молчаливым и задумчивым. Нет, он, конечно, тоже улыбался детишкам, потому что им невозможно не улыбаться. Но делал это словно через силу. Не привык общаться с детьми? Или он в принципе так ведет себя на публике и только наедине со мной смелый и не в меру болтливый? Ой, да и бог с ним! Не мне его перевоспитывать точно.
А вот перекусить, если честно, я тоже была не прочь. Аппетитные запахи еды, витающие в детском доме, раздразнили аппетит дальше некуда. Да и не ела я сегодня почти ничего, а время медленно но уверенно приближалось к обеду.
– Есть какие-то предпочтения? – поинтересовался Савелий, отъехав от старенького двухэтажного здания.
– Я всеядна.
– Так уж и всеядна! – хохотнул он. – Даже мозг обезьяны съела бы?
– Чего?! – вытаращилась я на него.
Нет, ну я, конечно, слышала, что где-то там люди едят мясо акулы и даже шашлык из скорпионов делают. Но про мозг обезьяны!..
– Ты не ослышалась, – пуще прежнего развеселился Савелий. – Мозг живой обезьяны. В Гонконге этим промышляют, правда незаконно, потому что официально это запрещено. Любители экзотики, а по мне так настоящие извращенцы, поедают мозг обезьяны прямо из черепной коробки. Саму обезьяну перед этим накачивают алкоголем…
– Фу-фу-фу! Хватит! – невольно закричала я, борясь с гадливостью.
Воображение у меня было развито отлично, и все, что сейчас рассказывал мне Савелий, я себе отлично представляла. Аж замутило от того, на какое вероломство и даже кощунство способен человек ради наживы. Да и какой нормальный человек согласится ЭТО есть!
– Ну это я так, к слову. Ты же сказала, что всеядна, – неожиданно смутился Савелий и даже извинился. – Надеюсь, аппетит я тебе не испортил?
– Я тоже на это надеюсь, – пробормотала я, а перед глазами все еще стояла та бедная воображаемая обезьяна-мученица.
В итоге мы сошлись на том, что место обеда выбирает Савелий. Мне, если честно, было все равно, где набивать желудок.
– Была тут? – поинтересовался он, когда мы подъехали к небольшому кирпичному строению с самым обычным деревенским крыльцом и вывеской над ним, гласившей «Закусочная у дяди Степы».
– Тут точно не была.
Обычно, с друзьями мы предпочитали итальянские рестораны или пиццерии. Реже забредали на суши. И еще реже в «Синнабон», потому как все заботились о фигурах.
– Думаю, тебе понравится, – загадочно улыбнулся мне Савелий.
После сегодняшнего утра и того, как он вел себя, я его не узнавала. И пока еще не понимала, нравится ли мне такой Савелий хоть чуточку больше. Одно могла сказать с уверенностью, что сейчас он меня хотя бы не раздражал.
Поторопилась я с выводами насчет Савелия, точно. Стоило нам только войти в полумрак закусочной, как он повел себя традиционно бесцеремонно – обхватил меня сзади за талию, прижал к своей могучей груди и смачно поцеловал в шею.
– Блин! Ты что творишь?! – отпихнула я его смеющегося от себя.
Возмущена была до крайности. Так со мной еще никто себя не вел!
– Извини, не смог сдержаться – слишком уж ты обворожительна сегодня, – сделал он сомнительный комплимент и как ни в чем не бывало направился к свободному столику.
Мне же ничего не оставалось, как последовать за этим нахалом. А он все продолжал посмеиваться, тогда как мне хотелось поколотить его. А на шее я все еще ощущала прикосновение его горячих губ.
Надо отметить, что пахло в закусочной чем-то очень вкусным и домашним. И интерьер под деревенскую избу мне понравился – повсюду царило дерево, вязанки хвороста и пучки трав. Очень уютное местечко, странно, что я про него раньше не узнала.
– Как ты относишься к щам из кислой капусты? – поинтересовался Савелий, раскрыв меню.
Я в свое еще даже заглянуть не успела.
– Никак, – пожала я плечами. – Если я и ела такие, то в институтской столовке, разве что.