12 улыбок Моны Лизы

Все было хорошо, Айгулек. Забота была, финансовая поддержка, правильное общение с моими мальчишками и, конечно, была огромная страсть!
– Он был хорош?
– Он был Мужчиной с большой буквы! И Любовником тоже с большой буквы! И вообще, все было большим!
Мы обе расхохотались спонтанной шутке Валентины Ивановны.
Близость для нас была ритуалом. Он приходил в 12:30 с пакетами, наполненными продуктами. Его ждал обед, обязательно включающий в себя рыбу с овощами. Когда он ел, я докладывала ему о прожитом вчерашнем вечере и сегодняшнем утре. Все это было обязательно под звучащую пластинку песен Муслима Магомаева. И вот когда начинала звучать его любимая «О, море, море…», Игореша молча вставал, прижимал меня к себе и, в общем, у нас начиналось. «Ты мое море», – шептал он мне… А потом в обязательном порядке я сажала его в кресло и, не изменяя выбранной композиции и ракурсу, фотографировала его. Так было каждую нашу встречу. «Ты не можешь быть со мной всегда, Игореша, а твои фотографии со мной круглосуточно». Он молча соглашался и с неизменным выражением лица смотрел в объектив.
Так и встречались 33 года…
– Валентина Ивановна, простите за вопрос, но вы знали что-нибудь о его жене, семье? Вы говорили на эти темы?
– Айгулек, милая моя. Ты думаешь, эта история о генерале и его пылкой любовнице Валентине? Нет, эта история о другом. О любви его жены.
– В смысле?
– Игореша тяжело заболел, умирал в муках, рак был у него. Наша общая знакомая, которая жила по соседству с ним, мне рассказывала, как каждый вечер его супруга бережно, под руку, тихими и мелкими шагами выгуливает его вокруг дома. Он уже перестал узнавать людей, болезнь прогрессировала. Иногда я приезжала вечером, парковала машину возле его дома и ждала, когда они выйдут на прогулку. В одно и то же время медленно, под руку они ходили вокруг дома. А я сидела, плакала и видела, сколько в походке его жены непоколебимого достоинства! Я понимала, что физически он приехать ко мне уже не сможет, но самый страшный вопрос, который я боялась задать себе: а помнит ли он меня?
Он умер. На похороны я не пошла, лишь на следующий день мы с сыновьями пришли возложить ему цветы. А через некоторое время мальчишки оцифровали более 10 тысяч кадров его портрета, сделанных мною, и собрали в пятиминутный ролик, на протяжении которого лицо 38-летнего Игореши за пять минут превращается в 68-летнего Игоря Станиславовича. Как он красиво старел, Айгулек…
Через 40 дней раздался звонок в дверь! Пришла она, его жена. Катерина. Красивая, статная, спокойная. Молча вошла, села на кухне и поставила на стол коньяк. Я также молча достала две рюмки, нарезала лимон, сделала бутерброды.
– Валентина, спасибо вам, что вы были в нашей жизни. Спасибо, что благодаря вам у Игоря Станиславовича горели глаза. Спасибо, что всякий раз, улавливая на нем ваши духи, я искала себе максимально контрастный аромат, ухаживала за своей внешностью, занималась спортом, находила себе хобби, развивалась и двигалась вперед. Спасибо, что вечера он все же проводил дома. Спасибо, что не старались разрушить нашу семью и вдохновляли его. Спасибо, что были той, кем не смогла стать ему я.
Мы с ней залпом, не чокаясь, выпили и навзрыд обе разревелись. А потом весь вечер знакомили друг друга с нашим генералом: она меня с Игорем Станиславовичем, а я ее – с Игорешей. Мы то смеялись, то плакали, то обнимались. В один вечер мы почувствовали себя так, будто всю жизнь знали о существовании близкого родного человека, но не могли ни разу встретиться, и наконец долгожданная встреча произошла. Я показала Екатерине ролик, и она изменилась в лице.
«Валя, можно задать тебе щепетильный вопрос?», – спросила меня Катя. Я положительно кивнула. Она продолжила: «Вот скажи, Валя, а Игорь Станиславович пукал при тебе?» Мне сначала захотелось расхохотаться, но взгляд Кати выражал совершенно другую эмоцию, будто сейчас должно решиться что-то важное. «Нет, ни разу», – честно ответила я. «А при мне пукал и говорил: «Эх, Катюша, не понимаешь ты ничего! Когда мужик пердит перед женщиной, значит с ней он чувствует себя в безопасности!», – и Катя облегченно засмеялась.
Я лишь, Айгулек, через силу улыбнулась, потому что в этот момент Катя мне отомстила…
Знаешь, мы с Катей очень близко общаемся. Мы стали друг другу родными людьми, обе растим внуков, ходим на курсы живописи, в театр, кино, вот в Сочи тоже вместе летим. Люблю я ее, хороший она человек.
Валентина Ивановна замолчала на несколько секунд, пристально посмотрела на меня и произнесла:
– Айгулек, я хочу подарить Катюше подарочный сертификат на твои услуги стилиста. Я думаю, что женщина, рядом с которой генерал чувствовал себя в безопасности, должна быть самой стильной генеральшей. И она улыбнулась…
 
Улыбка 5
Имя: Алла.
Возраст: 27 лет.
Данные: рост 170 см, вес 57 кг, 90-65-95, рыжеволосая, с небрежно уложенными кудрями.
Деятельность: ведущая центрального канала TV, журналист, блогер.
Статус: не замужем.
Техническое задание: «Как всегда что-то стильное…».
С Аллочкой мы знакомы более 10 лет. Можно сказать, мы вместе начинали свой профессиональный путь, она – в масс-медиа, будучи самым молодым корреспондентом новостей, а я – стилистом, пишущим о трендах и тенденциях на страницах глянцевого журнала. Именно она была в числе моих первых клиенток, на которых я набивала свою руку. А она, в свою очередь, помогала мне в ораторском искусстве, когда я вела свои первые мастер-классы. Наше взаимовыгодное сотрудничество весьма органично перетекло в крепкую дружбу. Я очень ценю в ней способность говорить правду человеку в лицо, а также ее безупречное умение выстраивать личные границы. Она легко говорила «нет» и не менее легко объясняла почему «нет». И я с ней всегда чувствую полноту общения, свежесть мыслей, вдохновение и восхищение! У нас с Аллой есть негласная преамбула, состоящая всего из двух фраз: «Прости за правду» – что означает начало конструктивной критики в мой адрес, либо «Я хочу признаться» – это значит, что сейчас последует информация, за которую она осуждает себя, либо испытывает чувство вины. В свою очередь я тоже пользуюсь этой преамбулой в ее адрес.
И в настоящее время, когда практически ежедневно я наблюдаю Аллу с экрана телевизора или компьютера, я горжусь, что каждый ее образ – мое творчество.
Так как мы обе дико заняты работой, мы встречаемся раз в полгода, обновляем гардероб и, как правило, ужинаем за бокалом вина. Это у нас традиция. И всякий раз она мне рассказывает фантастические истории о своих бесконечных романах. В числе ее воздыхателей и звезды шоу-бизнеса, и солисты Большого, и чиновники, и бизнесмены и даже доктора наук. И у всех этих историй фантастический интимный шлейф! Иногда мне кажется, что все ее мужчины – пришельцы с других планет, с высоким уровнем эмоционального интеллекта и сексуальной грамотности!