Просветительские идеи и революционный процесс в Северной Америке

Зато теоретики начала XVIII в. подробно разработали данную проблему. Для Болингброка постоянная армия была явлением того же порядка, что бедность народа и коррупция. Содержание такой армии — «порочная политика» [304]. Джонатан Свифт рассматривал проблему постоянных армий в 20-м номере «Examiner». Он противопоставлял современности пример греческих полисов и республиканского Рима: «Армии этих государств состояли из их собственных граждан, которые не брали платы, потому что война непосредственно их затрагивала… и не отличались от прочего люда» [305]. Происхождение наемных армий Свифт возводил к двум источникам. Первый из них: наемники были механизмом узурпации власти для различных тиранов в греческих и итальянских республиках. Второй: крупные государства использовали наемников для покорения отдаленных земель. Следовательно, наемные армии были опасны для политической свободы. Писатель особо подчеркивал необходимость абсолютного подчинения военной власти гражданским властям [306]. Показательно, что в Бробдингнеге, во многом воплотившем представления автора об идеальном государстве, постоянной армии не было. Зато имелось ополчение, состоявшее из купцов в городах и из фермеров в сельской местности [307].
Обращались к данной теме и французские просветители. Монтескье неодобрительно упоминал «многочисленные постоянные армии, которые содержатся даже тогда, когда они совсем бесполезны и служат лишь удовлетворению тщеславия» [308]. Писал на данную тему и Вольтер. В «Кандиде» (1759) солдаты-наемники предстают как устрашающая и губительная сила. Они мучают, убивают, насилуют — словом, ведут себя именно так, как вели себя солдаты английского гарнизона согласно вигскому дискурсу [309].
Итак, в просвещенческой политической мысли существовал определенный консенсус по вопросу о постоянных армиях. В рамках сложившейся парадигмы американские виги и восприняли появление в колониях английских регулярных войск.
Первые сведения об их скором прибытии относились к 1767 г. и носили довольно спокойный характер. В «Boston Gazette» печаталось сообщение из Лондона, в котором расквартирование войск в Америке представлялось пустяком, всего лишь заменой некоторых гарнизонов, давно уже служащих в Америке. Подчеркивалось, что расквартированию подчинились без возражений все американские колонии, кроме Массачусетса и Нью-Йорка [310]. Однако с течением времени перспектива прибытия солдат воспринималась как все более угрожающая. Уже в августе 1767 г. «Boston Gazette» сообщала о бесчинствах британских офицеров, имевших место в Элизабеттауне (Нью-Джерси). Поводом к конфликту было требование колонистов к офицерам заплатить долги. Оскорбленные офицеры разбили окна в молельном доме, здании суда, а затем пытались вломиться в тюрьму [311]. В октябре того же года газета писала о попытке насильственной вербовки моряков в Виргинии. Некий капитан Морган высадился с этой целью в г. Норфолк и начал хватать всех встречных. Его планам воспрепятствовали горожане под водительством магистрата Пола Лойала [312]. Данная история была, вполне возможно, вымышлена. Обращают на себя внимание «говорящие» имена действующих лиц: злобный капитан, видимо, не случайно носит фамилию знаменитого пирата, а его антагонист назван Loyal (верный, лояльный). Тем не менее, насильственная вербовка была действительно обыденной практикой в британском флоте, и американцы об этом знали.
Когда же английский гарнизон в самом деле разместился в Бостоне, виги решили, что все их опасения оправдались. (Хотя солдаты не заняли бостонскую ратушу, как предрекал С. Адамс [313].)
В бостонских газетах появилась постоянная рубрика «Дневник времен» (Journal of Times), посвященная бесчинствам солдат. В качестве основного автора «Дневника времен» обычно называют Сэмюэля Адамса; возможно, в публикациях участвовали также городской клерк Уильям Купер, будущий генерал Континентальной армии Генри Нокс; редакторы Бенджамин Идес, Уильям Гринлиф, Исайя Томас. Вероятно, Джон Адамс или Джосайя Куинси помогали авторам юридическими консультациями [314]. Сообщения распространялись с редкой по тем временам оперативностью. В понедельник очередной выпуск «Дневника времен» появлялся в бостонских газетах, прежде всего в «Boston Evening Post», в четверг его перепечатывала «New York Journal», в субботу — «Pennsylvania Chronicle». Сама по себе публикация была инновационной. Профессиональных репортеров в то время не существовало, как не было и постоянных рубрик в колониальных газетах. Непрерывная серия репортажей на одну тему должна была создавать у читателей цельный образ города, оккупированного враждебной армией.
Поведение солдат подвергалось критике по нескольким направлениям. Чаще всего упоминалось о нарушениях принятых в колониях норм поведения. Для американцев XVIII–XIX вв. чрезвычайно значимым было соблюдение «дня субботнего» (в их традиции соответствующим словом — Sabbath — обозначалось воскресенье). Соответственно, одна из претензий к солдатам — военные парады по воскресеньям [315]. Они также обвинялись в нарушении общественного порядка в обычные дни недели. В одном из сообщений говорилось о том, что солдаты помешали заседанию верховного суда колонии своими флейтами и барабанами. Верховного судью Т. Хатчинсона осуждали за то, что он не пресек «неподобающий шум» [316].
Продолжали публиковаться материалы о насильственной вербовке. «Boston Evening Post» рассказывала трагическую историю. Молодой человек, который был насильственно завербован в королевский флот с корабля капитана Халма, пытался вплавь сбежать с военного судна в феврале 1769 г. Однако холодная вода и необходимость пробираться через льдины оказались для него непосильными испытаниями. Его мертвое тело нашли в бостонской гавани на следующее утро [317].