Бегущая во сне

— Таша, что за грохот? Ты упала? — сморщив лоб, спросила заспанная мать, набрасывая на себя халат. Было еще так рано, что даже она была не при полном параде, без макияжа и укладки. Увидеть Веру в таком виде было чем-то из ряда вон выходящим, и Таша снова засомневалась, сон это или реальность.
— Мама, смотри…
Девушка оперлась о подлокотники кресла и встала на ноги. Вера не сразу поняла, что только что произошло, и никак не отреагировала, продолжая завязывать халат.
Таша сделала шаг навстречу матери, и тут до нее дошло. Вера округлила глаза и пыталась что-то сказать, но слова были какими-то несвязными. Таша осторожно ступила еще раз, аккуратно переставляя дрожащие под тяжестью тела колени, и лавировала руками, словно искала в воздухе опору.
Вера бросилась к дочке и стала обнимать ее. Рыдания, смешанные со смехом, мешали дышать. У Таши из глаз тоже полились слезы.
— Это не сон, мама! Я не сплю!
— Конечно, не спишь! У тебя получилось!
Мама и дочка рыдали от счастья, обнимались и ликовали. Вера тут же принялась звонить Евсею, несмотря на такую рань, и Мирославу, и докторам! И хоть было очень рано, такие новости стоили того, чтобы разбудить полгорода.
Таша, до сих пор не веря случившемуся, то и дело смотрела на часы, проверяя, не перескочило ли время. Но все было по-прежнему. А потом она разбудила Женю…
— Прости, что так рано, но ты должен срочно приехать! — выпалила она сквозь слезы.
— Таша, что-то случилось? — сонным голосом ответил он.
— Ты должен это увидеть.
— Уже еду! — без лишних вопросов донеслось из трубки, и через пятнадцать минут молодой человек с очаровательными ямочками на щеках уже стоял на пороге квартиры Малининых. Его встречало пустующее инвалидное кресло в прихожей, а навстречу ему из гостиной вышла счастливая Таша…