Случай на Ганимеде

Да, опасность! Ведь победа — это преодоление беды. Так заглушит ли гул восторга потребность анализа глубинных причин, которые вызвали беду? Промахов и ошибок, которые её усугубили? Поступков, которые можно толковать и так и эдак? Или мы решим, что правила, годные сегодня, годятся на века? Победа укрепляет веру, что методы, которыми она подготовлена и достигнута, Образцовы, а потому неприкосновенны. Меж тем диалектика властвует и здесь.
Случай на Ганимеде должен нам об этом напомнить!”
Стоя в углу на нижней палубе, Анджей мог видеть переход к шлюзу главного причала. До старта корабля на Землю оставалось менее часа, и следовало бы уже пройти в шлюз, как это сделали другие, но Анджей медлил.
Боялся ли он встречи или желал её? Анджей не мог в этом разобраться.
Что его мучило больше всего, так это то, что он до сих пор не мог определить, кто больше прав в том жизненном споре, который решался у него на глазах. Он сам понимал, что от этой умственной неразберихи пострадали его репортажи, потому что в них не было его позиции, а так, поклоны в обе стороны. А от позиции в тот момент зависел не только блеск репортажа… Что это, бескрылая боязнь крайностей? Или неподготовленность ума к глубокой оценке событий и мнений? А может, просто леность, которая все перелагает на жизнь, авось та вынесет приговор и все снова станет простым и ясным? Будто жизнь так уж часто решает окончательно и бесповоротно…
“Рефлексия, — решил Анджей. — Глупая и ненужная рефлексия, поскольку от меня все равно ничего не зависит. Информация, моё дело только информация, тут я знаю и умею”.
Так он подумал и не двинулся с места.
Послышались шаги, но не те, которых он ждал. Санитарный инспектор, выпятив живот, прогуливался по палубе, но выражение лица у него было величественное, словно он выполнял миссию, и глаза привычно шарили по закоулкам, как бы проверяя, все ли так, как положено, во вверенном ему стерильном мире.
— А, это вы… — Инспектор остановился. — Улетаете?
— Улетаю. А вы остаётесь?
— Приходится. И рад бы, а куда денешься: работа, долг…
Оба помолчали.
— Вчера закончила работу комиссия, — внезапно сказал инспектор.
— Да? — без выражения спросил Анджей.
— Никаких нарушений в соблюдении санитарных правил не обнаружено. Сами правила, конечно, будут ужесточены.
— Что ж, поздравляю.
— Да, никаких нарушений… Желаю счастливого полёта и всех благ.
— Спасибо.
Инспектор протянул руку, и Анджей пожал её. Кивнув напоследок, инспектор удалился.
Минуту спустя Анджей увидел Ликантера. Он было рванулся к нему, но Ликантер то ли не заметил, то ли не хотел его замечать.
Анджей проводил его долгим взглядом. Наклонив голову, Ликантер шёл своим резким, как бы рассекающим пространство шагом. В руке у него был чемоданчик.
Его никто не провожал, как и Анджея.
Вздохнув, Анджей поплёлся за ним следом.