Бедная Персефона

— Вы издеваетесь?
— Нисколечко. Программирую Вас на хорошие изменения.
— Вот Вы смеетесь надо мной, а я… Я подумал, что возможно…
— Для Вас Тимофей всё возможно, но без меня.
— Вы вызовите моих родителей?
— Зачем? Мы с Вами, по-моему, всё сами решили.
— Это из-за Вашего мужа?
— Практически всё из-за моего мужа, — попыталась я шутить снова.
— И Вы не сердитесь на меня за это письмо?
— Ну что Вы, мне даже было приятно.
— Спасибо Вам, — и парень меня обнял, так просто, по-ребячески.
Я не оттолкнула его, но когда он меня отпустил сказала:
— Ступайте, Тимофей, Вам еще нужно подготовиться к следующему уроку.
И когда парень скрылся за дверью, я наконец выдохнула. Тяжело-то как!
После 4 урока я направилась в учительскую, чтобы сопроводить Ростислава на обед. Головастик увлечено читал что-то в телефоне:
— Вы посмотрите, Алёнушка, что пишут! Нашел очень интересного автора. Ник тоже ничего "Афродита", стильно. А истории у нее, хоть женские романы не приемлю, прямо зачитался. Отлично пишет и эмоции такие живые, и описания сочные, эротику правда пропускаю, это для меня чересчур.
У меня прям смешок вырвался. Афродита? Серьезно? Написала-таки… Надо прочесть на досуге. Вот в самолете и почитаю.
— Ростик, — я позволила себе фривольность сократить его имя, — а пойдемте-ка есть! Я очень голодна, еще укушу кого-нибудь.
— Ой, Алёнушка, да Вы — страшная женщина, меня только не кусайте, сейчас быстренько поправим ситуацию.
Еще один день пролетел. И сегодня он был совсем неплохим. Но осталось еще 2! Я очень быстро добралась до дома, но тут меня ждал не самый приятный сюрприз в виде, вставшего на моем пути, Матвея Кузнецова.
— Слушай, ты — маньяк? Да когда ж ты от меня отстанешь, — я начала злиться.
— Ты такая красивая, когда злишься, — приблизился он.
— Я больше так не играю и вызываю полицию.
— Ален, послушай, поехали со мной, не упирайся!
Я закатила глаза:
— Да тебе лечится нужно! Еще раз повторяю, я замужем! Даже если бы не была, все равно с тобой бы никуда не поехала. Я тебя не люблю и уходи!
— Ты такая жестокая, — он наступал, — давай поговорим нормально.
— Не хочу ни разговаривать, ни видеть тебя, — пятилась я.
И тут увидела машину Аполлонова, которая заезжала во двор. И вот уже Лёня шел в мою сторону.
Я со всей силы кинулась ему на шею:
— Ванечка, дорогой, как хорошо, что ты приехал!
И пусть меня простит Страхов, буквально впечаталась в губы Леонида. От чего Юлька, которая сидела в его машине моментально оттуда выпрыгнула. Я ей подмигнула, не отпуская ошарашенного Аполлонова. А когда отпустила, он испугано прошептал:
— Ты Алена, что-то попутала, ты в своем уме?
Я прошептала в ответ:
— Лёня, подыграй мне, речь идет о жизни и смерти.
Юля села обратно в машину. Вот умница же!
Я взяла Аполлонова под руку и повела к опешившему от театра Матвею:
— Знакомься, Кузнецов, это мой муж — Иван Васильевич Страхов!
— Ты ж сказала, он заграницей?! — не понял Кузнецов.
— А он вот сегодня и вернулся! — не унималась я, — познакомься, Ванечка, а это мой знакомый Матвей Кузнецов.
Матвей протянул руку, но спасибо Леониду, он своей руки не подал.
— Вы что-то хотели, товарищ? — Лёня прямо вжился в роль Страхова, — или мы с моей супругой можем наконец пойти домой?
— Ну раз с супругой, то можете, — проговорил Кузнецов сквозь зубы и обратился ко мне, — до новых встреч, Алена, счастливо оставаться!
Его лицо было недовольным. Но он пошел к своей машине, а мы так и остались стоять.
— Что это, Михаловна? Ты тут совсем без Страхова двинулась?
К нам направилась Юля.
— Алена, что это за представление на публику?
— Мне нужно было отделаться от бывшего, который наседал, и спасибо, Лёнечка, ты очень помог, прости, Юлечка, что нагло использовала твоего молодого человека. Надеюсь подействует.
— Мы, собственно, чего приехали. Тебе Страхов передал подарочек!
— А чего не прямо мне послал и ничего не сказал?
— Наверное, хотел тебе, неблагодарной, сделать сюрприз!
И Лёня вручил мне небольшую коробочку. Я с интересом на нее посмотрела. Но пока открывать не стала. Сделаю это уже дома.
— Вы зайдёте? — спросила я друзей.
— Нет, — Юля ответила первой, — мы идем сейчас на спектакль «Ифигения в Таврде» и уже опаздываем.
Я обняла обоих и пошла к себе.
Дома первым делом открыла коробочку — там был кулон в виде нарцисса на цепочке и записка «Моей Персефоне!».
Я быстро открыла ноут и начала писать:
Алена: Ванечка, спасибо тебе за подарок, но лучше бы отдал его мне лично при встрече!
Иван: Тебе не понравилось?
Алена: Очень красивый, но лучше бы из твоих рук.
Иван: Из моих рук ты получишь другие подарки, это только начало.
Алена: Ты с ума сошел, не надо…
Иван: Не останавливай меня, всё равно не сможешь.
Алена: Всего два денька, и мы будем вместе…
Иван: Два длинных скучных дня без тебя.
Алена: Два коротеньких денёчка, любимый!
 
42.
Иван
23 декабря
В голове крутится: «Вот наконец настал тот час…». У меня настоящая эйфория: в башке — музыка, в сердце — радость, тело предвкушает желанную близость, а мозг отказывается работать.
— Иван, что с тобой? — удивленный Тот заглянул мне в лицо, — ты весь день что-то напеваешь себе под нос и глупая улыбка — совсем на тебя не похоже. О, понял, — мужчина ударил себя по лбу, — сегодня?
Я только кивнул.
— Она приезжает на все праздники?
— Она приезжает на 3 дня, к сожалению! Просто потом нет обратных билетов из-за Нового года.
Три счастливых дня было у меня… Иван, ты весь ретро-репертуар вспомнишь?
— Так чего ж ты копаешься! Едь встречай свою жену. А то смотрю, все равно от тебя толку мало.
— Спасибо, дружище, — потрепал Тота по черным волосам. И вышел в коридор.
— Куда собрался? — на встречу выплыла Фрейя, — да еще и так быстро, еще и шести нет!