Сердце люксума. Принцесса достойна смерти
Девушка говорила быстро, как трещотка, и без умолку, при этом, пока я просто стояла столбом, Жозефа еще умудрялась, суетясь, перемещаться по комнате.
– А вот тут я гребень достала, выменяла на три грамма люксума, когда вылазка в Центрум была. На рынке сказали, что он из бивня громула. Вот смотрите, Ваше Высочество, – и она продемонстрировала мне резную расческу из светлого материала. – Буду заплетать вам волосы и косы. Вы ведь такая красавица!!! Все мужчины будут ваши, аж завидно!
Очередной ряд благоговейных вздохов, которые меня уже начали напрягать. Я с сомнением посмотрела на девушку. Либо она и вправду такая восторженная дурочка, либо притупляла мое внимание. Поэтому я решила подыгрывать.
– Спасибо за комплименты, Жозефа. Ты такая милая и заботливая, – проблеяла, глядя на нее, и тут же добавила, скромно потупив взор: – Ну, какие мужчины, скажешь тоже… на меня-то и в моем мире никто не смотрел.
Девушка всплеснула руками.
– Глупостей не говорите, Ваше Высочество. Вот посмотрите, наши за вас передерутся. У меня ушки на макушке, я разное слыхивала, – она снизила голос до полушепота и заговорщически подмигнула. – Побаивались, что вы толстенькая окажетесь. Тогда прокормить сложно будет. А вы настоящая красавица! Фигурка ладная, стройная. Зубы здоровые. Драться за вас будут мужчины, чтобы под крыло взять. Вот увидите.
– Драться?! – я округлила глаза.
– Конечно, – Жозефа зачем-то принялась поправлять на мне злосчастную шубу. – Но вы не бойтесь. Все равно Вендинг победит. Он вас никому не отдаст, я уверена. Вы будете такой прекрасной парой, а уж в этой шубке… Вот у нас таких нет. А это чей мех?
Внутри зазвенел колокольчик предчувствия. Нехорошего. Какой еще парой?
Я молча захлопала глазами. Жозефа же продолжала трещать дальше о том, что, будь у нее такая шуба, за нее бы тоже мужчины дрались. И что грудь у меня высокая, волосы длинные. А еще корсет на меху она для меня где-то найдет и юбку по-последней моде, талию подчеркнуть.
– Мне за вами хорошо надо присматривать, чтобы вы всегда довольны были, Ваше Высочество, тогда и меня мужчины рядом с вами заметят.
– И тоже драться будут? – догадалась я.
– Нет, за меня не будут, – грустно отозвалась она. – Я рожей не вышла, мне бы хоть одного, но толкового, – Жозефа тягостно вздохнула…
Я еще раз смерила девушку взглядом и с сомнением переспросила:
– А сколько тебе лет? Не рановато ли?
Она рассмеялась.
– Скажете тоже. Поздновато уже. Двадцать пятый год пошел в прошлом месяце, пора бы уже и замуж. Так не берет никто, думают, раз толстая – ем много. А я почти не ем, мне много не надо… А знаете, как папенька упрашивал Вендинга взять меня на это место. Ух как упрашивал! Но ничего, вот щас меня точно рядом с вами заметят. Я уверена. Может, и вправду даже подерутся.
Колокольчик превратился в набат и теперь гремел так, что при всем желании я не могла его игнорировать.
– Подожди, Жозефа. А причем тут ”замуж” и “подерутся”?
Озвучивать то, что считаю подобное неприемлемым, не стала, просто ждала ответа Жозефы.
Та нахмурилась, озадачилась, и после тяжелого мыслительного процесса на лице хлопнула себя рукой по лбу и выдала:
– А, ну точно же. Я ж забыла, в королевском роду так не поступали. У вас там какие-то ди-нас-ти-чес-ки-е браки были, – чуть ли не по слогам вымолвила она. – Но драться Вендингу за вас все равно придется. Хотя бы символически, чтобы заявить права на вашу руку и сердце.
– А если я не хочу замуж? – осторожно спросила я.
– Это вы сейчас не хотите, Ваше Высочество. А потом захотите. За Вендинга все хотят, – Жозефа мечтательно вздохнула. – Будете за ним как с люксумом за пазухой, а другого женщине и не надо. Да и трон вам только Вендинг вернет и за семью отомстит.
Я вымученно улыбнулась.
Как там говорят в моем мире: болтун находка для шпиона? Так вот, в моем случае Жозефа была именно той самой находкой. Болтушкой, которая почти сходу выдала, зачем меня сюда приволокли.
Замуж – все же логично. Даже странно, что я сама до этого не додумалась.
Очевидно же, лицо революции местным не нужно – у них был этот самый Вендинг.
Я опять вспомнила встречавшего меня огромного костолома. Мощь, сила, уверенность в одном флаконе. Он походил на скалу Дуэйн Джонсона, и местные его обожали. Вот только одного обожания мало, нужны и законные основания для борьбы за трон. И тут на сцене появилась – Я.
Взяв меня в жены, Вендинг обеспечит себе законные притязания на власть уже на правах потенциального короля.
Я бы сказала “изумительно”, если бы не было так “хреново”.
Мысленно я рвала и метала, вслух же не сказала ничего. Замужество в мои планы точно не входило, но заявлять об этом слишком открыто, я пока не собиралась.
Я ничего не знала о новом мире, кроме того, что в нем очень сложно выжить, а значит, самое разумное – помалкивать.
Вскоре Жозефа оставила меня одну в комнате отдыхать, я же, сев на кровать, поняла, что сна нет ни в одном глазу. Мне хотелось говорить хоть с кем-то. С Ведингом, Эшторном, Куртом – ну хоть с кем-нибудь. Выуживать из них информацию по крупицам, и дальше притворяться идиоткой.
Поэтому ничего удивительного, что минут через десять безделья я собралась на выход из комнаты – и не без удивления обнаружила ее запертой.
Начала колотить, дверь тут же открыли.
Незнакомый мужчина лет сорока, с видом ответственным и строгим, при этом смотрящий на меня все так же благоговейно:
– Что-то случилось, Ваше Высочество? – поинтересовался он.
– Да. Случилось. Почему меня заперли?
– Личный приказ ордейна Вединга, ради вашей безопасности. Никого, кроме него и Жозефы, к вам не впускать, а вас без охраны не выпускать.
Я нахмурилась.
– А вы кто? Охрана?
Мужчина кивнул.
– Вот и прекрасно, – хлопнула я в ладони. – Значит, с вами я могу покинуть комнату. Вы знаете, где сейчас находится Вендинг?
– На совете старейшин, – без промедления ответил охранник, и я точно так же без промедления ответила.
– Тогда ведите туда.
Мужчина кивнул, и повел куда-то по ветвистым коридорам, скорее похожим на лабиринт…
Я шла за ним, осматривалась по сторонам, пыталась запомнить дорогу, но выходило плохо. Хотя кое-какие выводы о “местном” зодчестве я все же сделала.
То, что я приняла за дома, когда разглядывала убежище, летя на дирижабле, было скорее верхушкой “айсберга”. Своеобразными чердаками с дверями наружу, потому что основная масса жилых помещений пряталась ниже: Жозефа, едва мы попали в ближайшее здание, сразу спустилась со мной по лестнице на несколько уровней.