Масоны. Как вольные каменщики сформировали современный мир

Оливия успела написать и опубликовать автобиографию, изданную под названием «Из тела в тело» (From One Body to the Other). Пожалуй, самый трогательный момент этой книги — описание того дня в 2007 году, когда Оливия решила раскрыть свою главную тайну братьям по ложе. Сперва ее слова были встречены лишь потрясенным молчанием, но затем ей выразили поддержку. «Они приняли меня как брата и продолжили принимать как сестру. И им не было дела до того, что, став смешанной ложей, “Великий восток Франции” утратит официальный статус и перестанет считаться законным масонским объединением [в соответствии с собственным законодательством масонов]». Более того, все до единого братья Оливии поклялись встать на ее сторону в разбирательствах, которые непременно начнутся, как только новости о ней дойдут до Совета «Великого востока». В последовавшие три года Оливии и ее «Великому востоку» пришлось продираться через множество проблем. Масонское руководство пыталось уговорить ее перейти в какое-нибудь другое сообщество, которому было разрешено принимать в свои ряды женщин, но она стояла на своем. По закону они обязаны были признать ее новый гражданский статус, никак не затрагивая при этом ее статус в сообществе масонов, и все же они надеялись обойтись малой кровью, выставив Оливию как уникальное исключение, не обязывающее их как-либо изменять масонское законодательство ради нее одной. Оправдаться масонские лидеры пытались тем, что посвящение в орден Оливия проходила в полном соответствии с правилами, да и генетически была мужчиной. Решающий момент этого противостояния наступил в 2010-м, когда братья по ложе решили отправить Оливию на ежегодный съезд «Великого востока» в городе Виши в качестве официального представителя. Поначалу Оливия опасалась агрессии в свой адрес, в том числе и физической, и все же, когда настала ее очередь выступать перед 1200 делегатами, ее приняли и внимательно выслушали. Вскоре после этого Конвенция большинством голосов наконец постановила: любая из лож отныне и впредь имеет право решать вопрос о принятии женщин в свои ряды по собственному выбору.
До полного триумфа Оливии пока еще далеко. Ей известно, что многие масонские организации из провинций упорно отказываются признавать женщин полноправными сестрами, и более того, далеко не все высокопоставленные масоны готовы мириться с мыслью о том, что женщина может подняться выше уровня своей ложи и занять сколь-нибудь высокую позицию в «Великом востоке». «Стеклянный потолок здесь даже прочнее, чем в мире непосвященных».
Перед завершением нашей встречи мы спустились на подвальный этаж парижского здания «Великого востока», в музей масонства, и его композиция выдала мне то смущение, которое Оливия заставила испытать весь «Великий восток». Немалая часть помещения оказалась отведена экспонатам, связанным с ложами принятия XVIII века. Один из них — шелковый женский фартук, украшенный чудесным изображением Древа познания и змея, истончившийся и потускневший от времени. Имелась здесь и обширная коллекция предметов, напоминающих о решении (от 1877 года) принимать в ложу атеистов. При всем этом событиям 2010 года, благодаря которым доступ в ложу получили женщины, в музее было отведено поразительно мало места. Фактически говоря, это важнейшее решение описывалось здесь лишь двумя лаконичными фразами, напечатанными самым обычным шрифтом и не имевшими рядом с собой ни иллюстраций, ни каких-либо пояснений. Заметить эту надпись смогли бы лишь самые внимательные и дотошные посетители. Ни имени Оливии, ни тем более ее фотографий мне найти не удалось. По всей видимости, даже если франкмасонство и меняет свою суть, изменить заодно и подход к изложению собственной истории ему не по силам.
    
Монументы
В 2009 году Великие ложи Соединенных Штатов ждало очередное потрясение. Шестью годами ранее писатель Дэн Браун издал книгу под названием «Код да Винчи», приключенческий роман в духе шпионских триллеров. По числу продаж книга едва не обогнала «Гарри Поттера», а кинематографисты тут же взялись за ее экранизацию (весьма успешную), поэтому у Брауна просто не было иного выбора, кроме как выпустить сиквел, получивший название «Утраченный символ» и напечатанный рекордным тиражом 6,5 миллиона экземпляров. Местом действия очередного бестселлера стал город Вашингтон, а в качестве одной из основных тем были заявлены тайны франкмасонов. Сами источники вдохновения Брауна от такой популярности оказались не в восторге, справедливо опасаясь, что их, как и их ватиканских собратьев по несчастью некоторое время назад, начнут осаждать особенно упорные фанаты, готовые поверить в любую поразительную ахинею, выдуманную любимым автором. Для страха были все причины: вылавливать среди обычной корреспонденции письма с угрозами и относить их в полицию вашингтонской ложе успело надоесть еще до того, как «Утраченный символ» попал на полки книжных магазинов. (Их лондонские братья, также утопавшие в лавине писем от неординарно мыслящих людей, пошли более простым путем и завели в Зале масонов специальную папку с надписью «От психов».)
Только за первый день было куплено около миллиона экземпляров «Утраченного символа». Впрочем, как вскоре выяснилось, поднятая тревога была ложной: всего через пару недель необычайный всплеск интереса к масонам практически сошел на нет. Отчасти это было связано с тем, в каком свете масоны оказались представлены на страницах романа. При всех своих недостатках, тщательно обсмакованных авторами множества обзоров, «Символу» удалось соблюсти баланс между поддержанием давнего интереса публики к масонским тайнам и каким-никаким соблюдением пределов разумного. В конце истории выясняется, что в дурацкие мифы о масонских тайных знаниях из всех персонажей искренне верит лишь антагонист-психопат, а вот главный герой, «профессор символогии» Роберт Лэнгдон, с ним совершенно не согласен: «Для справки, мэм, вся масонская философия построена на принципах честности и открытости. Масоны — одни из самых надежных людей, каких вам только повезет встретить в жизни». Истинная «звезда» созданного Брауном сюжета — это сам город Вашингтон, представленный здесь как построенный масонами лабиринт, полный заброшенных туннелей, секретных лабораторий, подземных святилищ и зашифрованных тайных посланий.
Богатой историей масонский Вашингтон может похвастаться и в реальности, а вот с секретами дела у него обстоят куда более прозаично. Большая часть города состоит из гигантских памятников его золотому веку, то есть тем временам, когда масонские идеи играли важную роль в жизни каждого из граждан США мужского пола. Американские «каменщики» в куда большей степени, нежели их братья из любой другой западной страны, сумели выразить себя и свои убеждения в архитектуре. Сегодня масонское архитектурное наследие поддерживается Великими ложами штатов, в которых расположены здания.
Самым впечатляющим из всех столичных образчиков масонского архитектурного наследия можно назвать масонский храм Верховного совета южной юрисдикции Древнего и принятого шотландского устава США, построенный в 1915 году. Общий облик здания был позаимствован у Галикарнасского мавзолея — одного из семи античных чудес света, призванного напоминать зрителям о величии упокоенного в нем персидского царя Мавсола. Фасад храма дополнен колоннами, которые охраняют сфинксы, а крыша выполнена в стиле месопотамских зиккуратов. Возведение здания позволило увековечить имя генерала армии Конфедерации Альберта Пайка, чьи останки ныне покоятся внутри стены рядом со святилищем, построенным в честь благотворителей, сделавших крупнейшие взносы в проект. В самом сердце здания находится Храмовая палата — богато украшенное помещение квадратной формы, отделанное черным мрамором, древесиной орешника и бронзой и задрапированное пурпурным бархатом. Освещается палата солнечным светом, льющимся из высоких окон. Вход в это место открыт для всех желающих.