Вторжение

— Они мертвы! Чего теперь думать, как было бы иначе? — прогудел Нуки. — Идем дальше.
— А трупы? — возмутился Олаф.
— Надо убрать, — поразмыслив, кивнул Нуки.
За пару минут мы оттащили все пять трупов подальше от дороги в кусты, свалили в кучу. И тут мне в голову пришла интересная мысль:
— А что, если нам переодеться стражниками?
— Зачем? — удивился Олаф.
— Ну ты же видишь, они не поверили, что мы крестьяне, — ответил я.
— Значит, в то, что мы стражники, поверят? — спросил Гор.
— К стражникам меньше вопросов, — ответил я.
— Если не напоремся на какого-нибудь их тэна, — проворчал Олаф.
— К чему все эти переодевания? — возмутился Нуки. — Ты, Р`мор, с тех пор как стал ульфхеднаром всегда так действуешь? Зачем прятаться, скрываться? Кого нам бояться?
— Большого отряда противника, например, — ответил я.
— Нас поймают, и мы не сможем подать сигнал остальным, — добавил Олаф.
— Кем ты стал? — повернулся ко мне Гор.
— Берсерком, ульфхеднаром. Давай потом, а? — отмахнулся я.
— Не, погоди, я тоже так хочу. Как стать этим ульфхеднаром? — настаивал Гор.
— Слушай, будем на островах, тогда вернемся к этому вопросу, — поспешно ответил я, услышав, как скрипнул зубами Нуки. — И не ульфхеднаром, а берсерком. Тогда Нуки согласится тебя обучать.
— Ладно, потом так потом, — милостиво согласился Гор.
Мы все же переоблачились в броню, снятую с трупов, хотя Нуки пришлось уговаривать. В конце концов, я пригрозил, что дальше пойдем без него. Оставим его здесь, и сидеть ему тут предстоит ровно до тех пор, пока не подойдут остальные бойцы.
Только этот аргумент сработал. Только тогда Нуки согласился и с ворчанием принялся натягивать на себя броню, которая, кстати, сидела на нем, как на корове седло. Но что поделаешь? Хоть как-то. К тому же уже стемнело, и это не будет бросаться в глаза. Так что пойдет.
Вскоре мы продолжили путь. И в этот раз, как назло, или наоборот, нам на удачу, никто нам не встретился. Почти.
Дойдя до перекрестка, где можно было свернуть на дорогу к Ладони бога, мы встретили караван. Две здоровенные телеги, которые тянули медленные, но поистине громадные звери, чем-то напоминающие буйволов, а вокруг этих самых телег человек пятнадцать караванщиков. Судя по их одежде — парочка торговцев. А остальные — охрана.
— О! Хвала Триликому! — обрадованно заголосил один из торговцев, едва разглядев нас. — Как я рад видеть глубокоуважаемых королевских гвардейцев!
Опа-на! Гвардейцы? Неожиданно…
Вот, значит, кого мы пришили на тракте? Но раз гвардейцы, то должны же были быть более опытными воинами. Вроде ж в гвардию набирают ветеранов, особо отличившихся вояк? Или нет?
Нет, вроде в разные времена и в разных странах гвардейцами могли быть и действительно опытные бойцы, и откровенные лоботрясы, дети богатеньких и влиятельных родителей.
В этом мире и в этой стране, судя по всему, королевскими гвардейцами были все же вторые. Вряд ли кто-то из пришибленной нами пятерки участвовал в боевых действиях. Скорее всего, от битв и войны отмазались статусом «гвардейцев». Сидели в столице, пока другие воевали, и в ус не дули. Только так можно объяснить тот факт, как себя вела вся пятерка и их старший в частности.
Но хватит о гвардейцах — сейчас прямо передо мной стояла внезапно нарисовавшаяся проблема. Проблема стояла и подобострастно улыбалась. Я не придумал ничего лучше, чем просто кивнуть. Думаю, именно такой реакции должны будут ждать от доблестного гвардейца.
Похоже, угадал.
— Могу я узнать, господин, не на Ладонь ли бога вы направляетесь?
Всеми фибрами души я ощущал, что нужно отвечать отрицательно. Торговец явно чего-то от меня хотел, а решать его проблемы мне было сейчас, мягко говоря, не с руки. Но с другой стороны — мне ведь нужно попасть на Ладонь бога. Не то чтобы проверить, действительно ли там началась ярмарка (а она точно началась, ведь еще на подходах к скале до нас доносились отдаленные радостные выкрики, мелькали огоньки), а узнать, сколько там вообще людей, есть ли там воины, чего нам там ждать вообще? Ведь именно отталкиваясь от этого, нужно будет планировать нападение. Тем более, когда у нас вроде как есть неплохая маскировка, а наступившее уже темное время суток с легкостью скроет все изъяны этого нашего маскарада.
Поэтому я вновь кивнул.
— О! Это прекрасно! — прямо-таки засветился торговец. — Наверняка вы, господин гвардеец, прекрасно знаете тропу, ведущую наверх, и легко сможете показать нам, как ее пройти, чтобы не застряли телеги? Я бы предпочел отправиться наверх утром, однако ярмарка уже в самом разгаре, а я потерял целый день, задержавшись в пути… Если бы вы смогли провести нас…
Ну, в принципе, тропу я знал. Мы ведь уже поднимались туда в прошлый раз. Нельзя сказать, что дорогу я знал досконально, но все же помнил пару коварных мест, где действительно было проще немного обойти крутой подъем, чем пытаться ползти по нему вверх.
Я бросил взгляд на телеги. Ну да, груженные так, что наверняка бедная животина и по ровной-то дороге тянула все это добро с трудом. А уж на горку…
Торговец, похоже, несколько иначе понял мой взгляд, потому что тут же затараторил:
— О, уважаемые гвардейцы, я понимаю, что вы очень заняты. Но я и не прошу помощи просто так. Конечно же, когда мы окажемся наверху, я отблагодарю добрых людей, оказавших мне столь любезную услугу…
И тут же в моей руке оказалась монета.
Во, дела…торговец настолько быстро дал мне взятку, что я даже движения его не заметил. Прям берсерк-взяточник, а не торгаш.
— Идемте, — бросил я сквозь зубы, справедливо полагая, что именно так и должен вести себя гвардеец. И не удосужившись даже взглянуть в ту сторону, чтобы понять, услышали меня или нет, двинулся вверх по дороге.
Трое моих «подчиненных» пошли вслед за мной. А затем я услышал шаги караванщиков, скрип их телег.
Мы начали подниматься вверх.
Пройдя метров сто, я повернулся к караванщику и указал рукой в сторону, мол, сюда свои телеги направляй.
Торговец понятливо закивал, и весь караван свернул на обочину, принялся ползти по самому краю тропы.
— Вижу, вы действительно знаете эту тропу, — один из охранников каравана поравнялся с нами.
— Знаем, — коротко ответил я.
— А чего сами не наверху? — спросил охранник. — Из столицы идете?
— Тракт патрулировали, — ответил я.
Вот ведь, балабол! Поговорить ему, что ли, захотелось?
— Тракт? — удивился охранник. — Видно, дела плохи, раз на тракт отправили гвардейцев. Что же там такого произошло?