Семейная идиллия
«Щелковская». Конечная. Поезд дальше не пойдет, просьба освободить вагоны». Даша вышла на платформу. Висок болел гораздо сильней. К боли присоединилась тошнота. Она вспомнила, что последний раз ела шоколадку, которой угостил ее добрый Губанов, и это было ночью. Пустой желудок требовал пищи, несмотря ни на какие трагедии. Даша поднялась по ступенькам на улицу и на оставшиеся на карте сто рублей купила в кафешке навынос кофе и какую-то булочку. Кофе оказался холодным и слишком сладким, булочка черствой. Но Даша не обратила на это никакого внимания. Шла по улице, отхлебывала из бумажного стаканчика и грызла жесткий хлебный бок. Так и дошла до своего дома.
У подъезда маячила знакомая долговязая фигура. Длиннющий растянутый свитер, старые джинсы, очки. Серега! Даша поискала глазами и увидела припаркованную поблизости «девятку». Значит, починил и ездит.
– Привет, – сказал Серега и подошел к Даше, не зная, куда деть слишком длинные руки.
– Привет. Ты что тут делаешь?
– Тебя жду. Рус сказал, у тебя какие-то проблемы.
– Мама умерла.
Даша сделала шаг и уткнулась Сереге в грудь. Щеки кололо грубой шерстью. В больной висок стучало его сердце: тук-тук, тук-тук. Ровно и четко, как часы. Сам он молчал. Только тихонько гладил Дашу по спине. Хорошо, что Серега молчит. Ничего не спрашивает, не лезет с сочувствием, не советует держаться и быть сильной. Все это Даше сейчас не нужно и даже вредно. А нужно лишь это молчание и ощущение теплой ладони на спине.
Даша наконец оторвала лицо от Серегиного свитера.
– Зайдешь?
Он кивнул.
– Обязательно зайду. Но попозже. Тебе нужно поспать. Просто тупо лечь и уснуть. Часа на три хотя бы. Я буду тут. Мне есть чем заняться. – Он махнул рукой в сторону «девятки». – Проснешься, сразу набери. Поедем в одно место.
– Какое место? – Даша почувствовала любопытство. – Ты о чем?
– Потом. Сначала поспи.
– Ты издеваешься? Я не смогу теперь уснуть. Скажи сейчас же, куда мы должны поехать.
– Ну хорошо. – Серега излюбленным жестом поправил очки. – Помнишь, ты спросила меня про отца? Я сказал, что не хочу о нем говорить. Помнишь?
– Ну, помню, – растерялась Даша. – При чем здесь твой отец?
– Очень даже при чем. Он ушел от нас с матерью. Два года назад. Я не очень люблю обсуждать эту тему. Короче, мы с ним особо не ладим. Вернее, я – он-то названивает каждый день, все в гости зовет, в новую семью.
Серега сделал паузу, во время которой Даша продолжала недоумевать. Какое отношение имеет оставивший семью отец к ней и к тому, что с ней произошло?
– Короче, вот. Суть в том, что папаня мой препод. Работает в школе МВД. У него полно студентов. Вот я и решил… – Серега снова замялся.
Его косноязычие начало утомлять Дашу. Вместе с тем в голове ее забрезжила догадка.
– Ты… ты хочешь, чтобы я… нет! Не может быть!
– Ну да. Я хочу вас познакомить. Он говорил мне, что есть люди, для которых служба в полиции – призвание. И их единицы. Он даже называл мне их отличительные черты. Сказать?
– Скажи.
– Зоркий глаз. Наблюдательность. И главное – желание во что бы то ни стало узнать истину. Все три пункта у тебя присутствуют.
Он немного помолчал, а потом решительно произнес:
– Руслан сказал, что ты ненавидишь свой институт, на пары ходишь из-под палки. Зачем заниматься тем, что не вызывает интереса и любви? Поедем к отцу, он скажет, как подготовиться к экзаменам. Будешь летом поступать. Он и на работу тебя может устроить, пока каким-нибудь секретарем. У него полно связей. Поваришься в этом соку, посмотришь, как оперативники работают.
Он посмотрел на Дашу вопросительно.
– Ну как? Согласна?
– Согласна!
– Вот и хорошо. Тогда до встречи в десять.
– До встречи.
Даша зашла в подъезд, поднялась на свой этаж. Открыла дверь ключом, разделась. Хотела уже лечь, но вместо этого побрела в комнату Сони. Села за стол, включила ноут Альберта. Она сидела и смотрела на яркую цветную картинку. Лазурное небо, синее море, белый песок. Домик, увитый зеленью. Красивая сказка, разрушившая их жизнь. Но все, что рушится, дает начало чему-то новому. Возможно, не такому привлекательному внешне, какой была их семейная идиллия, но зато не фальшивому, а настоящему. Тому, ради чего стоит жить, просыпаться утром и знать, что ты не один, тебя понимают и уважают твои интересы, какими бы нестандартными они ни были…
Даша вздохнула и, щелкая мышкой, поменяла заставку на базовую. Затем выключила компьютер и вышла из комнаты. Через десять минут она уже спала крепким сном без сновидений. На тумбочке на зарядке стоял телефон с будильником, поставленным на 21:55…