Якудза из другого мира. Том III

— Нет, у меня ещё мама есть. Мы живем с ней вместе, правда… — Шакко хитровато взглянула на меня и добавила. — В это время она обычно с соседкой, тетушкой Цинь, играет в «го»…
Ага, значит, это намек на приглашение в гости. А там легкое прикосновение к плечу, «удивленное» вскидывание глаз, подставленные губы и…
Твою же кардиограмму! Вот почему-то самое необычное чувство было глубоко спрятано и похоронено — оно отвлекало от постоянного контроля жизненных ситуаций. Я должен был быть начеку… А сейчас улица выбросила нас прямо в радушные объятия банды молодого господина Ицаму.
И ведь не зря мы так долго сидели в баре. И я старался вести Шакко закоулками, чтобы избежать встречи с гоп-компанией. Старался, но они словно продумали план нашего похода и встретили там, где я ожидал их меньше всего.
Я даже замер на мгновение, когда встретился глазами с ледяным взором Ицуми. Всего лишь на мгновение, на один краткий миг… после этого сразу же дернул Шакко за руку назад.
Девчонка тоже оказалась не пальцем деланная — мигом сообразила, что десять человек с разного рода синяками на недовольных рожах вовсе не рецептами приготовления воздушного зефира собрались делиться. Её ноги тоже пришли в движение, и мы полетели по узкой улочке прочь под улюлюкание и мат преследователей.
И даже в этом было что-то романтическое. Мы спасали свои жизни, за нами гнались десять горящих жаждой мести ублюдков, а мне почему-то хотелось подпрыгивать и кричать во всю глотку. Похоже, что гормоны тела Изаму не дают мозгу работать нормально. А я-то думал, что полностью взял тело под контроль.
— Стой, пидар! Хуже будет!
— Сам пидар! — крикнул я за спину. — Я-то с девушкой бегу!
— А ну остановитесь!
— Ага, сейчас! Только кимоно поглажу! — крикнула Шакко в ответ.
Мы бежали с ней прочь, а казалось, что летели на крыльях…
Недолго казалось. Пока в спину не ударила ледяная волна оммёдо.
— Северная Морось! — услышал я прежде, чем холодное облако обволокло руки и ноги.
Тут же оммёдо начало распространять своё действие на мышцы, замораживая их и превращая из эластичных жгутов в подобия стальных мотков проволоки. Я споткнулся и попытался было клюнуть носом землю, когда горячая рука Шакко подхватила меня.
От раскаленных пальцев моё тело пронзило электрическим разрядом и оцепенение, вызванное ледяным оммедо, тут же растаяло. Мышцы обрели былую эластичность, а ноги даже сильнее начали отталкиваться от асфальта.
— Не дайте им уйти! — прогремел позади голос Ицуми.
— Стреляй!
— Да мне нечем!
— Снова оммёдо стреляй!
— Северная Морось!
На этот раз я быстро кинул за спину Земляной Щит. Искусством бегать спиной вперед я не обладал, поэтому пришлось подпрыгнуть, перевернуться в воздухе и выполнить необходимые мудры. Преследователи были в десятке шагов от нас, когда белесое облако, которое оставляло на земле морозный след, наткнулось на выросшую из земли преграду. Я прыгнул снова на разворот, чтобы сделать новый щит, когда увидел, как преследователи влетели в облако, затормозившее из-за щита.
Они словно с размаху наскочили на водяную преграду — так замедлился их бег. Земляной Щит не выдержал напора и рухнул, но своё дело он сделал! Преследователи наткнулись на своё же оммёдо. Ух, теперь они явно походили на просыпающихся после спячки мух. Такие же неловкие и неторопливые.
— Используйте вытяжку гепарда! — раздался выкрик Ицуми.
Что это за хрень? Оглядываться и узнавать времени не было. А зеркальце заднего вида у меня на голове не приделано. Я решил не терять драгоценные секунды на получение новой информации, а поднажал что было мочи. На удивление, Шакко бежала быстрее меня, приходилось напрягать все мышцы, чтобы не отстать.
Мы успели выскочить на оживленную улицу. Я заметил указатель станции Токио и потянул Шакко в сторону железнодорожного вокзала. Могли бы поймать машину, но пока выловишь свободное такси, да и вечерние пробки вряд ли дадут скрыться. А вот поезд… Если мы домчимся туда раньше друзей молодого господина Ицуми, то тогда…
Маневрируя между уставшими после рабочего дня людьми, мы тем не менее продвигались к станции. На нас кричали, пытались уйти с дороги и увернуться, но без пары столкновений всё-таки не обошлось. На землю полетел мужчина в деловом костюме и даже попытался сотворить оммёдо мне вслед. Пришлось бросить в него вырванным у другого мужчины дипломатом. Грубо, зато действенно — жесткие ребра дипломата сорвали плетение неизвестного оммёдо.
Да, обладатель дипломата тоже был не в восторге от моего демарша, но хотя бы не стал плести заклинания. Я же прокричал что-то невразумительное и помчался дальше.
— Поднажми, они догоняют! — крикнула Шакко, оглянувшись через плечо.
Как догоняют? Их же толпа, они по любому должны были задержаться, пробираясь через бредущую колонну людей.
Я тоже оглянулся назад и обомлел на миг — нас догоняли гигантскими прыжками. Вот сам бы не поверил, если бы не видел своими глазами. Как будто у десяти человек обнаружились тактические экзоскелеты Окамото. Вот только вряд ли они у них были — свои разработки и технологии клан Окамото никому не доверял. Был один раз, когда я выходил на бой «Черного Кумитэ», но то в награду за спасенную жизнь Масаши…
Теперь же десять человек прыгали над толпой прохожих, матерились, что было сил и продвигались к нам с огромной скоростью. Даже отпрыгивали от стен домов — а это было вообще поведение из рук вон выходящее. Что это за оммёдо такое?
Мои белые волосы они быстро заприметили и двинулись в нашу сторону. Я выдал себя, а вот Шакко…
— Шакко, прячься, я уведу их! — крикнул я и толкнул девушку в сторону газетной тележки.
Удачно толкнул — она запнулась, проехала на животе и скрылась в тени тележки продавца. Мне оставалось теперь привлечь как можно больше внимания и увести придурков. Как птичка-песчанка, которая поведением «раненной птицы» уводит хищников от гнезда.
— Эй, гомосеки хуевы! А ну, поймайте меня! Я ваш рот суши набивал!!! — выкрикнул я и подскочил как можно выше, чтобы заметили наверняка.
— Стой, белобрысый урод! А ну стой! — раздались нестройные выкрики. — Стой, толстый гандон!
Ага, так я и встал. Нашли дурака. Нет уж, меня теперь ничто не остановит. В тот краткий миг, когда я отдалялся от газетной тележки, успел заметить радужный всполох глаз, блеснувших из тени. Как будто пожелание удачи. Это пожелание придало сил, словно в мышцы вкачали сверхдозу допинга. На миг даже показалось, что могу и сам прыгать, как преследователи. Хорошо ещё, что не стал экспериментировать.
Путь до станции «Токио» я преодолел так быстро, как только мог. Не оторвался от преследователей, но и не сократил дистанцию. Я летел как будто на крыльях и в то же время старался не сбивать дыхание. По пути орал, что меня преследуют извращенцы и хотят дать денег взамен на поруганную честь.