Я подарю тебе ребёнка
Мне действительно надо поесть, я ведь перед анализами натощак приехала. А так хотелось позавтракать. И тошнило, пока добиралась, и слабость уже ощущается. Ноги словно ватные. Раньше я могла спокойно продержаться до обеда на одних лишь паре чашек кофе. Но теперь нас двое, и есть хочу не только я.
Захар говорит, что анализ на сахар лучше сдавать не после стресса — результат может быть некорректным, и завтра он сам заедет за мной утром и отвезёт в клинику, чтобы я голодная за руль не садилась. А сейчас мы идём к нему в уже знакомую подсобную комнату. Он предлагает мне яблоко в ожидании доставки еды. Но заказ тоже доставляют быстро, и уже через пятнадцать минут я с аппетитом уплетаю куриные зразы с лапшой и оливки. Куда же без них? Теперь мини-баночка у меня всегда в сумке есть.
— Спасибо за завтрак, — улыбаюсь, допивая чай. — Так на работу не хочется. Надеюсь, Илья сегодня будет на объектах.
— Вы вместе работаете? — хмурится Зернов.
— Да, на одной фирме, но в разных отделах.
Захар ничего не отвечает, но выглядит сосредоточенным. Думает о чём-то молча, как всегда.
— Во сколько ты заканчиваешь? Я тебя заберу.
Я даже жевать мармеладку перестаю, смотрю на Зернова с удивлением. В памяти всплывает вот это его твёрдое «Отец — я. Женщина моя», и меня охватывает смущение. Взрослая женщина вроде бы, а чувствую себя малолеткой восторженной. Забота приятна.
— Не надо, не стоит беспокоиться. Думаю, он успокоиться и…
— Вика, — обрывает тоном не терпящим возражений, — я заберу.
Говорит с нажимом. Но не с таким, что возникает желание оспорить и выстрелить средний палец, а хочется сложить лапки и позволить. Поэтому захлопываю рот и просто дожевываю мармеладку.
— Кстати, мои друзья пригласили меня на ужин. Девушку ты уже встречала — это Маша, моя медсестра. Пойдёшь со мной?
16Я не ошиблась, мой бывший муж действительно сегодня работает на объектах. Даже дышать становится легче и работается на подъёме. Дел успеваю сделать много, вовремя отсылаю шефу промежуточную информацию и — о боги! — он, кажется, даже доволен. По крайней мере, ответа с требованиями мне не приходит.
На обед я спускаюсь в кафетерий, Ирина с Леной из финансового сидят за столиком и машут мне рукой, приглашая присоединиться. Я беру гречку с куриной котлетой и салат из свежих овощей, едва выдержав жуткий запах жареной рыбы у раздатки. Вообще рыбу в нашем кафетерии готовят вкусную, но, кажется, у моего токсикоза иное мнение теперь. К стакану сока выбираю маленькую булочку с маком в глазури и иду к девчонкам.
— Привет, Викуль! — улыбается Ирина. — Ты как всегда заработалась и не в курсе новостей.
— Каких это? — усаживаюсь и достаю влажные салфетки, чтобы вытереть руки перед едой.
— Надька из рекламного уходит в декрет! — торжественно рапортует Ирина. — Ну как в декрет… у неё вроде бы семнадцать недель, вот легла на сохранение, но народ уже делит её место. Думаю, шеф повысит Рыбина, а на его место возьмёт кого-то.
— Мм…
Начинаю с аппетитом есть, слушая трескотню девочек. Я и раньше не особо любила участвовать во всех этих сплетнях, работу работать надо так-то, а не языками шлёпать, а сейчас мне уж и совсем стало неприятно. Вот так и моё место скоро будут заочно делить, если уже не поделили.
Приходит мысль, что разговор этот заведён не просто так. Намёк? Уже в курсе и ждут, что я поделюсь подробностями?
— Зачем оно ей нужно? Ой, а я вообще детей не хочу, — тянет Лена. — Они же орут. И памперсы эти. Фу. А тело? Грудь как тряпочка, целлюлит, под глазами мешки от недосыпа. Я уже молчу за… хм… дальнейшее качество интимной жизни. Ведро. Какому мужчине это понравится?
— Знаешь, Лен, — у меня внутри поднимается волна неприятия к ней. — Дети — это не целлюлит и ведро. Это радость. Но ты имеешь право на своё мнение, конечно, только не надо его другим навязывать.
Аппетит пропадает, и я, взяв поднос с недоеденной кашей и котлетой, встаю и ухожу под удивлёнными взглядами девушек.
Илью я на работе всё же встречаю. Генеральный проводит совещание начальников отделов, и Разумовский, естественно, присутствует. Он явно не в настроении, пару раз кидает на меня косые взгляды.
Признаться, я недоумеваю, чем его так задело моё положение. Мы между собой всё давно решили. Неужели он думает, что я обманывала его, когда не могла забеременеть? Он же видел своими глазами, через какой ад я проходила, утопая в неудачных попытках завести ребёнка.
К моему счастью, после совещания шеф просит его задержаться. Я вижу, как мой бывший муж раздосадован, и очень радуюсь, что могу спокойно уйти с работы. Хорошо, что совещание сегодня в конце рабочего дня.
Возвращаюсь в свой кабинет, быстро одеваюсь и уже готовлюсь стартовать к выходу, как Настя срочно просит подписать бумаги — собирается по пути с работы отправить их по почте.
Справляюсь быстро и тороплюсь к лифту. Испытываю облегчение, когда выхожу на парковку.
— Вика! — слышу окрик сзади и холодею. Я не боюсь его, я боюсь лишний раз нервничать. Не хочу рисковать малышом, тем более на таком уязвимом сроке.
Обернувшись, вижу, как Илья быстрым шагом направляется в мою сторону от второго выхода из здания. Но тут рядом тормозит белый автомобиль.
— Привет, не опоздал?
— Нет, как раз вовремя, — улыбаюсь Зернову и сажусь на пассажирское рядом с водителем сама, давая ему знак, чтобы не выходил.
Мы разворачиваемся и уезжаем, и я даже не смотрю в зеркало заднего вида. Мне неинтересно.
— Как прошёл день? — спрашивает Захар вроде бы расслабленно, но я вижу, как внимательно сканирует взглядом.
— Всё хорошо.
Не хочу рассказывать ему о том глупом и неприятном разговоре в кафетерии.
— Ты не передумала? Пойдёшь со мной?
— Конечно, не передумала. Сама я давно ни на какие дружеские встречи не ходила. То некогда было, а потом, когда захотелось, поняла, что и друзей-то у меня своих нет. Коллеги, несколько приятельниц, с которыми можно перекинуться парой слов на кассе в супермаркете при случайной встрече, и всё. Друзья у нас с Ильёй были общие — его. А после развода о чём мне с ними дружить? Своих же подруг из института я как-то растеряла, когда замуж вышла.
— Захар, а это удобно?
— А почему не должно быть? — удивлённо поднимает брови, бросив на меня быстрый взгляд.
— Ну… они меня не знают.
— Вот и познакомятся. Это хорошие ребята, Вик.
Я улыбаюсь в ответ, кивнув.
Как же хорошо с ним! И если ещё несколько дней назад я бы сказала, что мне просто приятно быть рядом с Зерновым, нравится вот так чувствовать себя расслабленной и спокойной, то сейчас, кроме этого, я ощущаю тихое тепло за грудиной. Моё сердце начинает стучать чуть быстрее, когда Захар смотрит на меня или улыбается мне. Этот факт оставляет смутную, слабую, но всё же тревогу где-то в глубине моей души.