В агонии твоей лжи
Тяжелый вздох был ей красноречивым ответом. На большее у Леры не нашлось сил. Сколько бы ни пыталась отвлечься, ей никак не удавалось выбросить из головы образ Ника и его печальный голос. Похоже, со своей совестью ей вряд ли удастся договориться. Уж точно не сегодня.
— Извини, наверное не стоит сейчас лезть тебе в душу, — почувствовала Лиза ее внутреннее состояние.
На то она и сестра, чтобы на подсознании ощущать душевные волнения родной частички.
— Хуже, чем есть, мне уже точно не станет. — Отложив на тарелку надкушенное пирожное, Лера выпрямила спину и громко выдохнула. — Понимаешь, я не могу идти на свидание сразу же после того, как рассталась с парнем. Это гадко по отношению к Нику. Он не заслуживает ничего такого. Если бы ты знала, как мне сейчас противно от себя самой. Четыре года отношений. Я наверняка разбила ему сердце.
Трясущуюся ладонь Леры обхватили теплые и нежные пальцы сестры. Посмотрев ей в глаза, девушка увидела в них поддержку и искреннее желание помочь.
— Сестренка, противно было бы, если б ты сначала легла в постель к Игнату, а потом уже рассталась с Ником. А так ты поступила правильно. И его не предала, и дала вам обоим шанс разобраться в своих чувствах. Поверь, ничего хорошего бы не вышло, вернись ты к нему с тяжелым сердцем и вечными сомнениями по поводу того, правильно ли поступила, что отказала Игнату, или нужно было на все наплевать и рискнуть. Позволь решать твоему сердцу. Пусть мозг немного отдохнет.
Рассмеявшись на слова сестры, Валерия поцеловала ее в щеку и подладила пальцами плоский живот.
— Наверное, ты права. Слушай, когда твой животик станет круглым, я не смогу от него оторваться.
— Да я вижу, с каким усердием ты его наглаживаешь. Жаль, наш папа не сможет разделить с нами эту радость, — в голосе Лизы прорезались зарождающиеся слезы.
— Так, не плакать. Я обещала, что помогу тебе?
— Да. Но что ты будешь делать? Я знаю, на что способен отец. Если он узнает, что ты помогала мне…
От одной мысли, что ее сестре может угрожать опасность, Лиза готова была подаваться в панику. У девушки не было человека, дороже Леры. Пусть они и не росли вместе, Лиза знала, что та всегда придет ей на помощь в трудную минуту, даже пожертвует своей жизнью ради сестры. И в ответ она сделает все, лишь бы Лера была счастлива. Такова сестринская любовь. Другой и не может быть.
— Что со мной может случиться, а? Я себя в обиду никому не дам, а вас и подавно. Не смей думать ни о чем плохом. Это может быть вредно для ребенка. Нам нужно найти способ отвезти тебя в женскую консультацию. Домой врача вряд ли удастся провести. По периметру камеры.
— А если рассказать маме? — робко предложила Лиза, заранее понимая всю абсурдность своих слов. Она и глазом моргнуть не успеет, как ее мать доложит обо все мужу. Слишком уж боится она идти против супруга.
— Ни в коем случае. Никто не должен знать о твоей беременности. Ладно, мы что-нибудь придумаем. Не грусти.
Остаток вечера они провели в молчание, обе погруженные в собственные проблемы. Даже транслируемая на телеканале комедия не смогла привлечь внимание девушек и поднять им настроение.
Ночью, когда уже Лера ложилась спать, ей позвонил Игнат. Задумчиво покрутив телефон в руках, она все же решила ответить ему. Мужчина ведь не виноват в том, что ее совесть сейчас бунтовала против нее же самой.
— Привет.
— Наконец-то. У тебя все в порядке? — встревоженно спросил Игнат, переводя дыхание.
Вопрос мужчины вызвал у девушки неподдельное удивление. Вернее, не вопрос, а интонация, с которой он был произнесен. Игнат, что, беспокоился за нее? Данное предположение вызвало у Леры счастливую улыбку. Приятно все-таки, когда за тебя переживают.
— Да, все хорошо.
— А я уже какое только предположение не построил.
— Так ты же строитель, — засмеялась Лера. — А с чего это ты волновался.
— Так одна девушка обещала мне перезвонить, но вот звонка я от нее, увы, не дождался.
Улыбка в одно мгновение слетела с лица Леры, уступая место досаде и смущению.
— Извини, совсем из головы вылетело. Я понимаю, что это не оправдание…
— Расслабься, Лер, — перебил мужчина ее попытки оправдаться, пока разговор не успел перейти в разряд неловкости. — Я не собираюсь тебя отчитывать по этому поводу. Хотел лишь пожелать тебе спокойной ночи и заодно узнать, когда я могу пригласить тебя на свидание.
— Эээ…
— Когда будешь готова, дай мне знать, хорошо?
Каким образом, интересно? Самой пригласить его на свидание?
— И не переживай, тебе не придется самой намекать мне о свидании, — усмехнулся Игнат, видимо, прочитав ее мысли.
Нервный смешок вырвался из уст девушки.
— Я просто кивну тебе головой.
— Осторожно. Я сделаю все возможно, чтобы ты как моно раньше кивнула, — пошутил мужчина.
Или нет?
— Спокойной ночи, Лера. И до понедельника.
— Спокойной ночи. Ой, подожди…
— Жду.
— Давай пока не будем афишировать то, что между нами происходит, — попросила Лера и тут же осеклась.
А что, собственно, между ними происходит? Одно свидание — которого у них еще даже и не было — не гарантия отношений. Даже для женщины, а для мужчины и подавно.
— Как скажешь. Я, впрочем, и не собирался обжиматься с тобой на каждом углу на потеху всем.
— А вот это грубо.
— Зато правдиво. Привыкай. Я не очень тактичный, и скоро ты это поймешь, — как-то угрожающе произнес Игнат, отчего тело Леры покрылось мурашками.
В один миг он перестал быть беззаботным. На место веселью пришла серьезность, которой подчас так не хватало Нику. Стоп! Ей больше не стоит думать о своем бывшем парне, а тем более сравнивать его с кем-то другим.
— Уж лучше правда, какой бы она не была, чем ложь.
— Ты права. Больше всего ненавижу, когда мне лгут. Постарайся запомнить это. Я никогда не смогу простить двух вещей: предательства и лжи.
— Ни при каких обстоятельствах?
— Ни при каких, — безапелляционно изрек Игнат, полностью отсекая дальнейшие вопросы по этому поводу.
Интересно, как он отнесется к новости, что она промышляет шпионажем в фирме, в которой он работает? Только сейчас Лера поняла, что это мерзкое дело, на которое ее вынудил согласиться отец, еще нависнет дамокловым мечом над ее головой. Но она подумает об этом позже. А пока будет пользоваться советом сестры, и чувствовать сердцем, а не думать головой. Это ведь не запрещается. И пусть все проблемы ждут своего часа. В данную минуту она слишком счастлива, чтобы думать о насущном. Как оказалось в последствии, это было ее большой ошибкой.