Ямато-моногатари
Так говорилось в послании, и все были безмерно очарованы, всеми овладела печаль, но которая из фрейлин сложила танка, никто не знал. А придворные кавалеры так сложили:
Фудзи-но ханаИро-но асаку моМиюру канаУцурохи-ни кэруНагори нарубэсиДа, глициний цветИзмельчавшимКажется.Видно, что лишь отзвукОстался от увядающих цветов.62
Дама по имени Носан-но кими и монах Дзодзо [164], как никто, любили друг друга. Обменялись они клятвами в беспредельной любви. Носан-но кими:
ОмофутэфуКокоро-ва кото-ниАрикэру-воМукаси-но хито-ниНани-во ихикэнЛюбящееСердце совсем другое,Чем я думала.Что же могу сказать яПрежним возлюбленным? —так ему послала, а монах Дзодзо-дайтоку отвечал:
Юку сувэ-ноСукусэ-во сирануКокоро-ни ваКими-ни кагири-ноМи-то дзо ихикэру.Для сердца,Не знающего, как жизньМожет сложиться,Только ты одна существуешь —Вот что я скажу о себе.63
Ныне покойный Укё-но ками тайно сблизился с дочерью одного человека. Отец ее однажды прознал об этом, очень бранился и не пустил к дочери Укё-но ками. Печальный, тот вернулся домой.
И вот наутро сложил и послал:
Са мо косо ваМинэ-но араси ваАрлкарамэНабикиси эда-воУрамитэ дзо косиВот такой, верно,Буря в горахБывает.Вернулся я, сожалеяО склонившейся ветке [165].64
Хэйтю привел однажды в дом к своей жене молодую даму, к которой был неравнодушен, и поместил там. Жена стала браниться и в конце концов выгнала женщину. Хэйтю, то ли он во всем жене повиновался, но, хоть и жаль ему было ту даму, он ее задержать не посмел. Жена так сердилась, что к той и подойти было нельзя, и тогда он приблизился к ширмам в четыре сяку длиной, встал около и сказал: «Между людьми такое бывает, чего и не ждешь. Где бы ты ни была, не забывай меня и пришли письмо. Думаю, что и я смогу тебе написать». А дама к тому времени, завернув свои вещи в сверток, послала за экипажем и как раз ждала его. Очень было ей грустно. Наконец она уехала. Через некоторое время приходит письмо:
Васурару наВасурэ я синуруХаругасумиКэса татинагараТигирицуру кото«Не забудь!»И не забудетВесенняя дымка,Что сегодня поутру встала,Свою клятву [166].65
Когда Нанъин-но горо [167] был правителем Микава, он завязал отношения с Иё-но го, служившей во дворце Сокёдэн [168]. Как-то он сказал ей: «Хочу прийти», но она послала ему передать: «Ухожу во дворец, в покои фрейлины опочивальни».
Тогда он:
ТамасударэУтито какуру ваИтодосикуКагэ-во мисэдзи тоОмофу нарикэриЗа занавескамиВо дворце, говоришь,Значит,Не показываться мнеРешила ты [169] —так он сказал. И еще:
Нагэки номиСигэки мияма-ноХототогисуКогакурэ итэ моНэ-во нами дзо накуТолько все стонетВ густых горных лесахКукушка.Хоть и спрятана в деревьях,Все же слышен плачущий голос.И тому подобное говорил ей.
И вот как-то он к ней пришел, а она стала уже его выгонять, говоря: «Сейчас же возвращайтесь к себе». А он:
Синэ то тэ яТори мо аэдзу ваЯрахаруруИто икигатакиКокоти косо сурэЗначит это — умри?Только пришел я,И уже прогоняешь.Ах, уж не по силам мне жить —Чувствую я [170].Ответное стихотворение очень было интересно, но не дошло до нас.
Еще он приходил к ней как-то вечером, когда шел снег, поговорили они о разном, и тут же она сказала: «Уже ночь спустилась. Возвращайтесь к себе». Он собрался было уходить, но валил сильный снег, он тянул дверь, но никак не мог открыть. Тогда он:
Вага ва са ваЮкифуру сора ниКиэнэ то яТатикаэрэдомоАкэну итадо ваТак желаешь ты,Чтоб в снегопадеПогиб я?Ведь если вернусь,То дверь все равно не открыть… [171] —так сказал.
«И стихи слагает, и говорит изящно, отчего же никак не складывается у нас? Не оттого ли, что лицо его очень уродливо, как на него взглянешь?» — так она как будто о нем рассказывала.
66
В ночь, когда Тосико ожидала Тиканэ [172], но он не пришел, она сложила:
Са ё фукэтэИнаохосэдори-ноНакикэру-воКими-га татаку-тоОмохикэру канаНаступает ночь,И, услышав, как кричитПтица инаохосэ [173],Подумала было я,Что это ты в дверь стучишься.
164
Носан — данных о ней нет. Дзодзо (891—964) — сын Миёси Киёюки, о нем имеются сведения как об искусном лекаре.
165
Танка обыгрывает метафоры: буря в горах — гнев родителя, ветка — возлюбленная. Примечательна также игра омонимами: ура митэ — «смотреть на бухту» и «сожалеть», «ревновать», набику — «клониться» (о ветке) и «подчиняться».
166
Танка использует омонимы: тацу — «вставать» (о тумане, дымке) и «покидать», «уходить».
Харугасуми — «весенняя дымка», видимо, метафорическое обозначение самой дамы.
167
Нанъин-но горо — неизвестное лицо, так же как и последующая Иё-но го.
168
Сокёдэн — резиденция фаворитки императора Дайго, Минамото Явако.
169
В стихотворении обыгрываются омонимы: утито — «говоришь, что внутри (во дворце)» и «вовне», «за стенами», каку — «говорить» и «понимать иначе», «видеть второй смысл». «Занавески» — занавески паланкина, в котором дама собиралась отправиться во дворец.
170
В танка употреблены омонимы: ики — «жить» означает еще и «идти». Отсюда — второй смысл: «Ах, как тяжко мне уходить».
171
Японский текст в этом месте неясен. Комментаторы предлагают конъектуры с помощью разных списков памятника.
172
Тиканэ — см. коммент. 52.
173
Инаохосэ — птица из семейства куликовых. Это слово звучит как ина, охосэ — «нет, обманулась».