Паранормы. Контрольный вирус в голову

В ухе пиликнул маячок мобильного чипа.
Нестор мысленно включил телефон, не надевая очки.
– Диктуй адрес, – заговорила мембрана уха голосом Виктора Бокова.
Нестор сообщил адрес квартиры родителей Стаса.
– Будем через десять минут, – пообещал капитан.
В гостиную вошла хозяйка, сухенькая, седая, с приятным славянским лицом.
– Вам сюда подать или пойдёте на кухню?
– Посидим на кухне, – решила Жанна.
– Как прикажете, мой генерал! – Нестор кинул к виску ладонь.
Антонина Фёдоровна улыбнулась, понимая, что гости находятся более чем в дружеских отношениях.
На кухонном столике уже дымились чашки с красным чаем (Нестор попросил каркадэ), стояли тарелочки с нарезкой сыра и докторской колбасы, и чашки с малиновым вареньем.
– Посидите с нами? – спросил Нестор.
– Нет, пейте без меня, я разбираю вещи на лоджии, – отказалась Антонина Фёдоровна. – Давно надо было навести порядок.
– А как ваши обидчики из ТСЖ, не беспокоят?
– Слава богу, отстали, сняли все обвинения. Спасибо еще раз, только благодаря тебе мы и добились правды.
– Да не за что, тёть Тонь, всегда готов.
Мать Стаса ушла.
Жанна прошлась по смущённому лицу слипера оценивающим взглядом.
– Значит, ты не бросил-таки свои занятия по принуждению негодяев к справедливости.
– Это было давно, – отвёл глаза Нестор.
Чаепитие закончилось аккурат к моменту появления Виктора.
Капитан прибыл не один, с ним был завлаб «Призрака» Курчинский, о котором недавно вспоминали слиперы.
– Чаю, кофе? – с готовностью предложила Антонина Фёдоровна, удивлённая обилием гостей.
– Спасибо, хозяюшка, нет времени, – отказался Марион Давидович.
– Поехали, – сказал Виктор.
Попрощались с матерью Стаса, и, уже в кабине синего фордовского минивэна («рено» Нестора снова оставили во дворе дома родителей Стаса) Виктор объяснил присутствие Курчинского.
– Мы сделали опытные образцы «вшинника», – закончил речь заведующий лабораторией, щеголяя в модном – под шкуру бегемота – тёмно-коричневом плаще.
Он подал Жанне небольшой предмет в форме десятирублёвой монеты, снабжённый четырьмя геккончиками.
– «Вшинник»? – с недоумением повторила женщина.
– Название предложили разработчики, – осклабился Марион Давидович. – Имелось в виду, что чип будет вшиваться под кожу на голове и по размерам будет не больше вши. Но доводка гаджета до кондиций ещё впереди. Зато этот микрочип можно носить под волосами. Эти четыре лапки смогут держать его на коже.
Жанна с Нестором ощупали «монету», весившую как пуля девятимиллиметрового калибра. Не верилось, что изделие способно нейтрализовать психотронный импульс.
– Как он включается? – спросил Нестор.
– Его не надо включать, он постоянно готов к пассивной обороне. При попадании в поле излучателя «вшинник» мгновенно активирует встречную волну излучения, нейтрализующую импульс.
– Проверяли? – спросила Жанна.
– А как же, не раз, убивает импульс зомбера не стопроцентно, но весьма существенно. Через пару дней получим усовершенствованный генератор, который можно будет упрятать в футляр смартфона либо в клипсу.
– Замечательно!
Жанна потянулась к Нестору.
– Давай я закреплю его на тебе.
– Лучше себе оставь.
Курчинский с понимающей улыбкой достал ещё один «значок».
– Мы изготовили два «вшинника».
– Спасибо, стопроцентно пригодится.
– Хочу услышать от вас свои оценки психотронных нападений, так как нам очень важно проанализировать ваши ощущения, это поможет добиться высокой эффективности защиты.
Нестор вспомнил последнюю встречу с Хусруллиным.
Ощущения были не из приятных. При первом прыжке в голову вице-премьера слипера отбросило буквально как мячик, отскочивший от бетонной стенки. Вторая попытка – вместе с Жанной – отличалась меньшей встряской (энергия удара как бы разделилась пополам – на «пули душ» слипера и спутницы) и большим спектром переживаний типа «лёд – пламя» в едином импульсе. «Вшинник» Хусруллина (пусть защитник и назывался как-то иначе) «занервничал», получив толчок двух разных «мыслеволь», и не смог эффективно обработать сразу две разные пси-гармоники. Но, конечно, обмен ударами нервы не щадил, и получать ответные оплеухи не хотелось.
Всё это он и изложил внимательно слушающему Курчинскому, польза от которого не подлежала сомнению.
– Интересно, – сказал учёный. – Не хотите посетить лабораторию?
– В качестве подопытного кролика? – улыбнулся Нестор.
– Мы быстрее сделаем работу.
– Может быть, как-нибудь заверну к вам.
– Для меня важно, что эмоции сохраняются даже после того, как ваш личностный солитон выходит из тела. То есть вы остаётесь людьми больше, чем физическая оболочка. Ну а вы что скажете, сударыня?
– Мои ощущения примерно такие же. – Жанна кивнула на соседа. – С той разницей, что наши системы восприятия соответствуют гендерным различиям.
Жанна рассказала Курчинскому всё, что чувствовала сама.
– Вас бы через многоканальный томограф пропустить, – с сожалением констатировал завлаб. – Столько интересного можно было бы узнать.
– Не надо нас пропускать через томограф, – мрачно возразила Жанна. – Все наши медицинские показатели у вас имеются.
– Да, но то показатели трёхмесячной давности, требующие сравнения с новыми данными.
– Не сегодня и, наверно, не завтра.
– Вы говорили, что связались с разумными существами из центра Млечного Пути.
Жанна покосилась на Нестора.
– Ты брякнул?
Слипер покраснел, пытаясь вспомнить, не проболтался ли он когда-нибудь в присутствии учёного.
– Не обижай парня, – сказал Виктор. – Это я сообщил Мариону Давидовичу. Вам всё равно нужна консультация, а он один из самых надёжных экспертов.
– Да, мы поддерживаем связь с плазмиками, – подтвердила женщина. – Удивительный народ. Как-нибудь сделаем обстоятельный доклад о контакте. Кстати, мы обещали им помочь в переговорах с другой расой галактоидов, не такой дружественной и мирной как они.
– Хотя бы обрисуйте их. – Курчинский с мольбой прижал руки к груди.
– Это долгий разговор, а у меня нет желания тратить на объяснения два-три часа. Там у них всё сложно.
– Они немного похожи на людей, – сказал Нестор, – только состоят из плазменных ячеек. И очень красивые!