Кром. Книга первая
От бандитского сектора районы мастёрых отделяет широкая полоса Пустоградья – покинутых и разрушенных домов, населенных как говорят демонами, дикими животными и призраками древних людей. Сколько тянется Пустоградье, точно сказать никто не может. Его пересекали только редкие ватаги самых бесшабашных Беглых.
Наличие за брошенными землями развитых районов, вселяет надежду, что это и есть Центр. Или, по крайней мере, сектор к нему прилегающий.
Наша задача с Ичаном – как можно скорее пересечь этот бандитствующий край, по возможности не встревая в переделки и не влезая в местные разборки. Мы и так здесь…»
Малой спрятал последний листок. Собрал снарягу. Нужно идти. Его ждет третий уровень.
– И не гробанётся ведь, тяглище! – полноватый крепыш в массивных доспехах досадливо сплюнул под ноги стоящему рядом худому мелкому типу. Кольчужка на том болталась, как на пугале, а шишковатые наколенники, казалось, вот-вот сползут вниз.
Они внимательно следили, как неуклюже снижается большой залатанный дирижабль. Легколет болтало из стороны в сторону, он пьяно кивал тупым носом, едва не задевая за стены домов, наконец, вполз в закрытый с трех сторон двор и завис метрах в двух над землёй. Из недр обшарпанной гондолы вывалился ржавый крюк. Худой бросился к нему, подхватил и стал сцеплять за причальный камень.
Грязно-серое чудище, дёрнувшись, закачалось на привязи, медленно поворачиваясь по ветру.
Из гондолы скинули веревочную лестницу.
– Ты поосторожней тут насчёт «гробануться», Сыч! – оторвавшись от захватывающего зрелища причаливания чудесного летальщика, прикрикнул костлявый. – Беги, лучше, строй гвардию, не видишь, Король прибыл!
– Пальцу своему командуй, Сухостой! – огрызнулся крепыш, направляясь, однако, к заросшему хмелем и крапивой большому гранитному дому.
Сухостой – адъютант предводителя Проспектовской Банды – не расслышал, он уже торопился схватить конец веревочной лестницы.
Команда потрёпанных головорезов, разряженных в самые немыслимые доспехи, – дворцовая гвардия – попыталась выстроиться в ровную шеренгу, понукаемая сердитым Сычом, своим капитаном. Из здания выбрались члены Верховного Совета. Простой люд, уже два часа мёрзнущий на ветру, неохотно подтянулся поближе. Когда Король в сопровождении пилотов и стрелков спустился на землю, все уже приготовились приветствовать владыку.
Обычную церемонию встречи отыграли наспех, без огонька – очень уж не терпелось спрятаться от ледяного ветра. Командиры тех бригад, что участвовали в набеге, устали, хотели есть и заняться поскорее добычей. Остальные главари просто торопились заняться добычей. Король, гордый успешно проведенным рейдом, разминал затёкшие в железе конечности. Всем остальным было скучно, наплевать на Короля, Совет, Состояние Ресурсов, даже на саму Доктрину Вселеннейшего Грабежа.
Вскоре Совет собрался в королевском доме вокруг почерневшего от времени и грязи громадного стола. Сухостой вошёл в дом последним, проорав толпе:
– Всё! Разойдись отсюда! Прочь пошли – не сметь мешать Королю!
Заседание началось с доклада Суперинтенданта:
– Опять крысоеды спёрли цистерну с водой, – пожаловался он. – Воды-то оставалось всего ничего, а цистерну жалко.
– А стражи куда смотрели?
– Как куда смотрели? – обиделся начальник Пограничного Корпуса. – Да мои молодцы уже неделю Праворуких на Предпроспекте лупят, а те всё не угомонятся.
– Ничего – угомоним! А старатели как?
– Старатели хорошо поработали – откопали склад под Знаком Древних. Что там сложено, правда пока не поняли. Один открыл коробочку, лизнул, и сразу помер – наверное, что-то ценное.
– Ну ладно, это дело хорошее, – Король улыбнулся, похлопывая по узорчатой шкатулке, которую принёс с собой. – Теперь можно и добычу посмотреть. Давай, Суперинтендант, распорядись там, чтобы порядок был. Да смотри у меня, а то опять половину консервов булыжные крабы поедят.
– Так ведь правда тогда они поели…
– Ага, консервы-то крабовые. Лучше бы они тебя поели. Имей в виду: если что – отправлю в Пещеры!
– А что за вещица у тебя, Король, Почему не покажешь Совету? – крикнул вдруг Сыч, отступив, из осторожности, на шаг назад. – Мы справедливою долю хотим!
На конце фразы голос у него чуть осел – вдруг бригадиры и министры не поддержат, как договорились на тайной сходке в каменоломнях. Начальник Пограничного Корпуса – он должен был продолжить перепалку – сосредоточенно посмотрел на свои запачканные грязью сапоги.
– Сначала распределим то, что в тюках, на тяглах – важно объявил Сухостой, покосившись на главаря.
– Вот как, сначала? – Сыч скривился. – А я-то думал, что ты, Сухостой, всё отмеряешь с конца!
Король медленно повернулся к отступившему ещё на шаг строптивцу.
– Ты, шавка, гавкаешь на моего пса, не смея укусить хозяина? – прохрипел он. – Догавкаешься – попадёшь на живодёрню!
– Живодёрня, она любому рада, – не удержался от ответа бандит и отшатнулся, схватив стальным плечом нож, мгновенно пущенный Королём.
– Жаль, руки заняты, а то бы в рыло тебе не промахнулся, – презрительно усмехнулся Король.
Сыч, чуть покосившись на оцарапанный наплечник, затравленно рассматривал Короля, и скреб пальцами по оголовью скрытого в наруче стилета, надеясь углядеть хоть щёлку в его роскошных доспехах. А тот, решив, что Сыч, достаточно проучен, трясется от страха и не помышляет о дальнейшем сопротивлении, снял шлем и, отдав его адъютанту, развернулся, чтобы покинуть зал совета.
Ненависть, привычная, многолетняя ненависть к главарю, которую Сыч давил в себе, успокаивая ожиданием мести, плеснула вдруг фонтаном в мозг, на полмгновения оглушив и ослепив его. Рывок – и стилет летит прямо в голову атаману.
Но Сыч забыл про звериное чутье Короля, тот будто волчара самой шерстью на загривке почуял опасность и вдруг прянул в сторону. Дверь, в которую он собирался выйти, в то же мгновение распахнулась, и в ней появился здоровый верзила в кожаной рубашке безо всяких доспехов. Стилет с едва слышным стуком ударился в грудь здоровяка и отскочил от нее, словно она из кованой стали.
– Связать! Взять Сыча! – завопил Король.
К Сычу подскочили гвардейцы и стали вязать его. Король жег отступника взглядом, его лицо перекосила гримаса ненависти и запоздалого испуга. Сычу скрутили руки и опустили на колени. На физиономую Короля выползло выражение удовлетворения и торжества.
– Ты на кого погнать хотел, зяблик помоечный?! На Короля?!! Будет тебе теперь доля справедливая в нижнем нужнике!
Тут мысли владыки вильнули в сторону и он заинтересованно повернулся к пришельцу.
– Ты-то куда прёшь, толстый, не видишь Король совет ведёт?
– А ты кто, неужто сам Король? – удивился здоровяк. – Плохо же тебя стерегут. За дверью – ни одного солдата.