Семейное древо
Майор увидел, как Вероника Александровна опустила стекло и что-то сказала в домофон, через секунду ворота автоматически открылись, и машина такси въехала на территорию центра. Ворота практически сразу закрылись и возможности попасть внутрь, у Воронцова не оказалось. Тогда мужчина, логически рассудив, понял, что таким способом ему мало что удастся узнать о новой коллеге. Но, будучи майором полиции и начальником Особого отдела, у него было гораздо больше возможностей, нежели те, которыми он в действительности пользовался. Почему бы ему не сделать исключение для Вероники Александровны и собрать на нее подробное досье? Олегу уж очень захотелось познакомиться поближе с женщиной, что так внезапно появилась в его жизни.
— Здравствуйте, отдел Внутренних расследований. Вас приветствует виртуальный цифровой помощник МВД18.2, чем я могу Вам помочь? — раздался механический голос из динамика телефона.
— Майор Олег Михайлович Воронцов, запрос на получение личного дела Ладиной Вероники Александровны, — проговорил мужчина, смотря прямо на кованные ворота клиники, откуда выезжала машина такси, в котором приехала Вероника.
— Личный номер Вашего удостоверения для подтверждения, пожалуйста.
— А-234597,- ответил майор.
— Олег Михайлович Воронцов, дата рождения 14 ноября 1991 год. Стаж службы — девять лет два месяца и двадцать четыре дня. В звании «Майор полиции» два месяца и десять дней. Подтвердите или опровергните данную информацию, — зачитал цифровой помощник фрагмент из личного дела майора.
— Подтверждаю.
— Ваш код доступа, — запросил механический голос.
— 854007.
— Товарищ майор, Ваш запрос принят и отправлен на рассмотрение. Вас поставят в известность после одобрения, — произнес механический голос и отключился.
Вероника вошла в светлый холл клиники, потянув на себя одну из тяжёлых стеклянных дверей с матовым покрытием. Внутри было тепло и безлюдно. На ресепшене сидела молодая девушка с темно-русыми волосами, заплетенными в хитроумную косу на затылке. Женщина прошла к белоснежной стойке регистрации, к которой были прикреплены большие объемные буквы из желтого металла, составляющие слово «Фемида». Её шаги отдавались звонким стуком каблуков по мраморному белому полу с золотистыми прожилками.
— Добрый день, чем могу Вам помочь? — улыбнулась девушка, показывая белоснежные зубы, на ее бейджике было выгравировано курсивом имя Екатерина. Скорее всего эта та девушка, с которой Вероника разговаривала по телефону около получаса назад.
— Ладина Вероника Александровна, я звонила Вам…
— Да-да, конечно, — тут же закивала Екатерина, не дав женщине договорить. — К сожалению, Алла Викторовна сейчас на осмотре, но она просила подождать её в кабинете.
Девушка улыбнулась еще шире, выдавая Веронике Александровне одноразовый пропуск-карточку, который был необходим, чтобы пройти непосредственно в саму больницу, приложив ее к цифровой панели стеклянных распашных дверей с матовым покрытием. Они находились слева от стойки регистрации, справа от нее находились идентичные двери, но только для выхода из клиники.
— Хорошо, — кивнула Вероника, забирая из рук девушки пропуск.
— Если Вы подождете минуту, то я вызову сопровождающего, который проводит Вас до кабинета, — сказала Екатерина, потянувшись к смарт-часам на своем запястье, чтобы отправить запрос в приложение клиники, доступ к которому был только у сотрудников и пациентов центра.
— Не стоит, я найду дорогу, — кивнула Вероника Александровна, проходя к дверям и прикладывая одноразовый пропуск к панели, на которой в синем мигающем кружке находился закрытый замочек. Если пропуск был действителен — замок открывался и разблокировал двери. После выхода из центра, пропуск необходимо было бросить в специальный контейнер, который отправит его на переработку.
Вероника шла по белоснежному, ярко освещенному, просторному коридору клиники, который мягко закруглялся, образовывая в конечном счете кольцо. Кабинет Главврача центра находился на втором этаже и представлял собой овал со стеклянным куполом, вместо крыши. Дверь была не заперта, поэтому Вероника Александровна свободно зашла внутрь, попадая в просторный кабинет, интерьер которого был выполнен в стиле минимализма. Простые белые стены, лишенные декора и вычурных узоров. Лишь на двух, противоположных друг другу, стенах висели картины в стиле конструктивизма. Посередине кабинета, прямо в центре купола, стоял небольшой квадратный стол с мраморной столешницей и небольшое квадратное кожаное кресло с высокой спинкой черного цвета, и с металлическими подлокотниками, которые плавны переходили в ножки. По другую сторону стола стояли два аналогичных кресла только из белой кожи. В кабинете не было цветов, ненужных торшеров или светильников, лишь тонкие, почти незаметные при дневном свете, светодиодные ленты над плинтусом и по периметру потолка, которые начинали работать лишь в темное время суток. Даже шкафы для хранения документов и верхней одежды были спрятаны в стену, дверь которых появлялась благодаря легкому нажатию руки. Все в кабинете Русановой было продуманно до мельчайших подробностей, которые женщина прорабатывала сама, когда работала над архитектурой здания и декором каждой комнаты.
— Ничего не изменилось, — хмыкнула Вероника, занимая кресло, обтянутое белой кожей и смотря на блестящую поверхность стола, не обремененную никаким лишним декором. На столе не было фотографий или памятных вещей и статуэток. В правом углу стоял лишь тонкий прямоугольник, на экране которого высвечивалось время, дата и погода.
Вероника прождала недолго. Не более, чем через десять минут дверь кабинета открылась и внутрь зашла красивая женщина в платье миди с треугольным вырезом насыщенного изумрудного цвета, как и её глаза. Поверх которого был надет белоснежный халат с вышитыми на правой груди черными нитками фамилией и инициалами «Русанова А.В.». Карамельные волосы женщины были уложены в низкий пучок, на ее красивом лице почти не было косметики. Она улыбнулась бледными губами и села в своё кресло, положив на стол ежедневник в твердом кожаном темно-синем переплете, в нижнем левом углу которого тоже были выведены позолоченными буквами её фамилия и инициалы.
— Рада тебя видеть, — продолжала улыбаться Русанова, смотря на девушку, словно в зеркало. Она не могла избавиться от мысли, словно смотрит на саму себя, только двадцать семь лет назад. — Я было очень удивлена, когда мне сказали о твоем намерении приехать.
— Я не планировала приезжать, — вздохнув ответила Вероника, облокачиваясь на спинку кресла. — Так сложились обстоятельства.
— И почему каждый наш разговор постоянно начинается с загадочной фразы, — усмехнувшись задала риторический вопрос Алла Викторовна.
— Возможно, я научилась этому у тебя, — пожала плечами девушка, усмехнувшись.
— Я по натуре загадочна, — в тон ей ответила Русанова, сцепляя руки с аккуратным, практически бесцветным маникюром, в замок. — Так что же это за повод, что не мог подождать хотя бы до выходных?