Рассказы про Россию. 1861—1922

Третий сын Емельяновых, Алексей, сидел дважды и очень подолгу: 1934–1947, затем 1949–1954.
Четвертый – Николай-младший (тот самый, что варил Ленину уху) – был арестован в декабре 1937 года и почти сразу расстрелян.
Процитирую дословно, что пишут исследователи (не указывая, к сожалению, своего имени, только сайт: Сообщество «Антисоветская лига») о пятом сыне несчастных родителей: «Бесследно исчез Анатолий Емельянов, на которого пришла официальная бумага, отпечатанная на машинке: “Затерялся на просторах Родины”».
Шестой сын – Георгий (помните трехлетнего, но очень опытного подпольщика Гошу?) – отсидел под арестом три года и затем погиб на фронте.
Таков итог жизни маленьких помощников Ленина, к которым он, надо сказать, относился с редкой теплотой: двое – отсидели в лагерях (Алексей около двадцати лет), двое – расстреляны, один погиб на фронте, один – затерялся, спасаясь от цепких рук «органов», на просторах родины.
Не сидел, не был расстрелян, не погиб и не пропал из семерых братьев Емельяновых лишь один – Лев: он переехал в Москву до начала Большого террора. А брали (такие тогда употребляли глаголы: взяли, забрали…) тогда только на месте постоянного жительства, там, где человек числился в списках: явно не хватало рук искать обреченных по всей стране.
 
48. Последние годы жизни Н. Емельянова

В апреле 1954 года (через год после смерти Сталина) Военная коллегия Верховного суда СССР реабилитировала супругов Емельяновых. То есть родная «советская» власть и родная партия сказали им: «Вы десять лет жизни в лагерях провели – ну, извините, ошибочка вышла! Вы, оказывается, ни в чем решительно не виноваты!»
…Все годы, пока Емельянов мучился в лагерях безо всякой вины, экскурсоводы музея поясняли экскурсантам: «Спасший Ленина доблестный рабочий Емельянов, в доме которого мы сейчас и находимся, теперь на руководящей работе в Москве».
Реабилитация произвела на старого большевика такое впечатление, что он надолго слег с обширным инфарктом. Встав на ноги, он мечтал вернуться в Разлив. И они с женой отправились туда.
В своих воспоминаниях Емельянов так описывал приезд в родные места:
«С дороги увидал сарай и дом. И снова беспокойство: пустят ли? (Беспокойство зэка, за много лет несвободы привыкшего к своему полному бесправию, незнакомому гражданам демократических стран. – М. Ч.) Во дворе столпотворение. Молодой экскурсовод заканчивал: “Если б герой Емельянов не спас вождя от охранки, Великая Октябрьская революция могла и не случиться”. На застекленной веранде родного дома пили чай музейные работники. Мы с Надеждой Кондратьевной поднялись на крыльцо, но экскурсовод вежливо объяснил, что выставка на сегодня закрыта.
– Постойте… Мы же и есть Емельяновы.
– Не шутите так. Товарищ Емельянов погиб на фронте как герой, – пожурил меня комсомолец».
Жить было негде. Соседи боялись пустить даже на ночлег: «За своих детей боимся». Сегодня этот страх уже не очень понятен. А тогда – бывшие зэки… Может, за ними снова придут – как бы и нас не забрали…
Только одинокая старушка выделила бывшим соседям курятник – в три раза меньше, чем сарай Ленина. Разрешила разбить огород. Емельянова взяли электриком в музей. Но супруги в прямом смысле слова нищенствовали. Вообще, они были там не ко двору – со своей исторической правдой, давно замененной мифами.
Секретарь Ленинградского обкома партии так и ответил на просьбу как-то улучшить их положение: «Считаю оставление семьи Емельяновых в Разливе нецелесообразным».
Искренне жалел, наверное, партработник о смерти Сталина – посадили бы, а лучше – расстреляли, и нет проблемы.
Спас последние годы жизни Емельяновых – представьте себе! – глава Югославии (сейчас такой страны на карте мира нет; в начале 1990-х годов она распалась на несколько входивших в нее стран: Сербия, Черногория, Хорватия, Босния и Герцеговина, Словения, Македония) маршал Иосип Броз Тито.

Глава Югославии Иосип Броз Тито впервые приехал в СССР с официальным визитом в 1956 году. Он заявил, что хочет осмотреть ленинские места и непременно – Разлив

После смерти Сталина, с которым отношения у Тито были разорваны, и главное – после XX съезда, на котором в докладе Хрущева впервые было публично сказано о злодеяниях Сталина, Тито приехал в СССР с официальным визитом в июне 1956 года. Среди прочего он заявил, что хочет осмотреть ленинские места и непременно – Разлив.
Вот тут забегали советские чиновники: как предъявить столь важному гостю полунищего спасителя революции?
И тут же назначили Емельянову персональную пенсию, выдали орден Ленина, а жене – Красного Знамени.
…Известно только, что Разлив посетила и осмотрела шалаш жена Тито – сохранились фото. Но пенсию Емельянову на два остававшиеся ему года жизни, кажется, все-таки сохранили. И на том спасибо родной (как нередко ее называли в газетах и лозунгах на плакатах и транспарантах – ведь кто-то первый додумался до этого слова!) партии и «советской» власти.
 
49. Подготовка к Октябрю

Ленин вернулся в Петроград, видимо, близко к середине октября 1917 года – нелегально. Он скрывался по разным квартирам: Временное правительство еще управляло страной и угроза ареста Ленина оставалась.
Он интенсивно встречался с товарищами по партии и убеждал их в необходимости немедленного вооруженного переворота в стране.
Но устраивать такую неслыханную встряску в огромной, поистине бескрайней да еще и воюющей России хотел, в сущности, один Ленин.
Большинство революционеров с большим стажем борьбы с царским правительством, тюрем и ссылок понимало, что просчитать все катастрофические последствия этого шага просто невозможно.
Сегодня можно смело сказать – Ленина это нисколько не волновало. Ради своей заветной цели – развязывания мировой революции – он был готов решительно на все. После десятичасовых (!) ночных споров ему удалось переломить сопротивление членов Центрального комитета его партии.
Незаурядность Ленина отрицать невозможно – почти нечеловеческая воля, напор и редкая в России решительность.
Для нас ведь, людей России, более свойственно принять решение – и тут же погрузиться в сомнения и колебания… Ленин принимал решения исключительно для того, чтобы сразу начать выполнять их – любой ценой.
И утром 23 октября было принято решение о вооруженном восстании против правительства. Вновь напомним – это в стране, которая ведет войну! У которой противником захвачена уже немалая часть ее территории.