Гость без приглашения

– Надеюсь, – тихо отозвалась Лена и улыбнулась. – Спасибо вам.
– Пока не за что.
 
Глава 16
Мирослава позвонила Миндаугасу.
– Морис, ты меня ещё не потерял?
– Уже начал беспокоиться.
– Я тут познакомилась с одной из девушек Эдуарда Твердохлёбова. И она рассказала мне много интересного.
– Да?
– Угу. Только это не телефонный разговор. Приеду и всё расскажу.
– Я смею надеяться, что вы находитесь по пути домой?
– Нет, дорогой, – усмехнулась она, – я собираюсь заглянуть на огонёк к матери Эдуарда Розалии Павловне.
– Она вас ждёт?
– Нет. Я надеюсь преподнести ей своим визитом сюрприз, – усмехнулась детектив.
– Что ж, вам виднее. Но помните, что Дон скучает.
– А ты? – спросила она насмешливо.
– Я что, – отозвался он со вздохом, – моё дело служивое.
– Тогда ладно, служивый, пока, а то я уже подъезжаю к дому Твердохлёбовой.
Адрес Розалии Павловны детектив получила от Калитовских вместе с адресами других причастных к семье Твердохлёбовых лиц. Звонить по домофону матери Эдуарда она не стала, нажала на цифры квартиры ниже.
– Кто это? – спросил голос какой-то старушки.
– Почта, – отозвалась Мирослава.
– Извещение на посылку?
– Нет, газеты.
– Газеты тоже дело нужное, заходи, – сказал голос, и дверь подъезда, скрипнув, отворилась.
Поднявшись на нужный ей этаж, Волгина нажала на кнопку звонка, заиграла негромкая мелодия. «Розалия Павловна и впрямь артистическая натура», – с улыбкой подумала Мирослава.
Послышались мягкие шаги, и красивый женский голос спросил:
– Кто там?
– Детектив Мирослава Волгина.
– Детектив? – Судя по дрогнувшему голосу женщины, она не только удивилась, но и испугалась.
– Да, детектив, мне нужно поговорить с вами о вашем сыне.
– Об Эдике? Но что случилось?!
– Убили вашего мужа.
– Ну и что?!
– Ничего, кроме того, что ваш сын был на месте убийства, и алиби у него нет, – громко проговорила Мирослава и тотчас услышала, как кто-то подошёл изнутри к двери соседней квартиры и, вероятно, приник к глазку.
Об этом, скорее всего, подумала и Розалия Павловна, потому что она рывком распахнула дверь и спросила шипящим шёпотом:
– А тише вы не можете говорить?
– Могу, – улыбнулась Мирослава, разглядывая женщину, – но разговаривать через дверь, согласитесь, не слишком удобно.
– Заходите! – нетерпеливо притопнула ногой Твердохлёбова.
Мирослава не заставила себя упрашивать. Идя следом за хозяйкой, детектив думала о том, что Розалия Павловна отлично сохранилась и вполне способна увлечь не только ровесника, но и мужчину более молодого. Непонятно, почему Никифора Лаврентьевича Твердохлёбова потянуло на сторону. Хотя для этого и не нужно особой причины.
Пройдя сквозь широкий короткий коридор, женщины оказались в уютной гостиной, обставленной недорогой, но качественной современной мебелью. Любуясь картиной на противоположной стене, Мирослава отметила, что полотно написано несколько лет назад. Это явно был подлинник хорошо известного местного художника.
– Садитесь, – предложила хозяйка.
Детектив опустилась на одно из кресел, обтянутых светло-зелёными чехлами. Хозяйка села в другое точно такое кресло и только тут спохватилась:
– Я могу видеть ваш документ?
– Да, конечно, – ответила Волгина и протянула ей удостоверение частного детектива.
– Так вы частный детектив? – удивлённо протянула женщина.
– Совершенно верно, – улыбнулась Мирослава.
– В таком случае я не обязана с вами разговаривать.
– Не обязаны, – согласилась Мирослава.
– Тогда, – начала Твердохлёбова, делая попытку подняться с кресла.
– Тогда, – проговорила Мирослава, – мне придётся отправиться в полицию и рассказать, что в ночь убийства вашего бывшего мужа вы находились на территории его участка, куда пробрались тайком, то есть незаконно.
– Вы не посмеете! – воскликнула Твердохлёбова и приложила обе ладони к вспыхнувшим пунцовым румянцем щекам.
– Уже хорошо, – одобрила Мирослава.
– Я не понимаю! – вырвалось у Розалии Павловны с недоумением.
– Хорошо, что вы не отрицаете своего нахождения на месте преступления.
– Но я не была в подвале!
– Откуда вы знаете, что вашего мужа убили в подвале?
– Мне Эдик позвонил и всё рассказал, – тихо сказала женщина.
– И зачем, если не секрет, вы отправились на подворье к бывшему мужу?
– Я хотела открыть ему глаза на его шлюшку!
– Вы имеете в виду его жену Снежану?
– Кого же ещё! – презрительно скривилась Розалия Павловна.
– Откуда вы узнали, что Снежана встречается позади дома со своим сердечным другом?
– Сердечным другом! – фыркнула женщина.
– Так откуда же вы узнали?
– У меня свои источники! И я не обязана их раскрывать.
– Таким образом, своим вторжением вы устроили алиби Снежане, её возлюбленному и ещё одному человеку. Кто же был третьим?
– Эдуард! – выкрикнула Розалия Павловна.
– Не лгите, – улыбнулась Мирослава.
– Я не лгу! Попробуйте доказать обратное!
– Мне стоит только спросить об этом у Снежаны.
– И вы думаете, что она вам скажет?
– Почему бы и нет?
– Потому что это будет равносильно признанию в том, что она изменяла мужу. А эта девка не такая дура, чтобы сознаться в прелюбодеянии накануне вскрытия завещания.
Мирослава подумала о том, что Твердохлёбова права, но решила всё-таки сбить с неё спесь:
– Ведь Снежана была одной из троих присутствующих там, и я уверена, что двое мужчин захотят иметь алиби.
– А я в этом совсем не уверена, – рассмеялась Розалия Павловна, – вы сначала попробуйте их найти, а потом ещё заставить говорить.
– Что ж, – сказала Мирослава, поднимаясь на ноги, – именно этим я и займусь в ближайшее время.
Твердохлёбова высокомерно вздёрнула подбородок и не удостоила детектива ответом. Женщины молча дошли до двери, и уже когда Мирослава перешагнула порог, Розалия Павловна не сдержала гнева, душившего её, и с силой захлопнула за ней дверь. А Волгина, спускаясь по лестнице, уже примерно знала, как она будет искать мужчин. Однако поездку в посёлок, где находился загородный дом Твердохлёбова, она решила отложить на следующий день.