Чужая женщина

– Алекс! Что она себе позволяет? Что значит это её "пропускать"? Меня? Ты должен мне пообещать, что уволишь её, когда мы с тобой поженимся!
О! Это Кристина от злости забыла своё дурацкое "пупсик"?
– Крис, детка, – я знаю, что ей нравится, когда я так к ней обращаюсь, – ну и что ты завелась? Лора делает свою работу, только и всего! И, кстати, она права. У меня совсем мало времени. Иди сюда! Иди, я пожалею свою бедную девочку! – я отталкиваюсь от стола и разворачиваюсь вместе с креслом, давая Кристине возможность подойти и сесть мне на колени.
Кристина подходит и усаживается.
– Ну, что случилось? Кто посмел вас обидеть? – глажу пока ещё плоский живот моей будущей жены и матери моего ребенка.
– Пупсик, ну как ты её терпишь? – голосом обиженного ребенка говорит Крис и делает попытку поцеловать меня, одновременно с этим её ладонь ложится мне на ширинку. А вот и дурацкий "пупсик" появился, и вместе с этим я чувствую, как кровь приливает к тому самому месту, где сейчас лежит ладонь Кристины.
– Детка, ты меня заводишь!
– Я знаю, – мурлычет она и соскальзывает с моих колен, – пупсик, расслабься, я всё сделаю быстро. Ты весь такой напряженный!
Да какого лешего я должен от этого отказываться? Вы видели хоть одного мужика, который откажется от качественного минета? Вот я точно к таким себя не отношу! Да твою ж дивизию, где ж она этому училась? Или это я просто каждый раз так реагирую на секс без защиты? Сейчас-то уже нет смысла предохраняться, когда уже всё случилось. Как говорится, поздно пить "Боржоми", когда почки уже отказали.
Кристина встает с пола и идет в мою личную душевую. А ведь и правда, сделала всё быстро! Как же я вовремя вчера в верхний ящик стола упаковку влажных салфеток положил. Слышно, как в душевой льется вода в раковине, а потом брякает о стакан единственная находящаяся там зубная щетка.
Моя.
И почему же меня так раздражает, когда она берет мои вещи? Может, я урод конченый? У неё же во рту только что был мой член, а я тут по поводу зубной щетки истерику пытаюсь устроить!
Да, у меня есть личная душевая и даже в шкафу пара костюмов и рубашек к ним висят. Могу себе, знаете ли, позволить иметь на работе комфортные условия труда. Хотя, такими темпами, надо ещё салфеток прикупить!
Да что же они в эту ярко-красную помаду, которую так любит Кристина, добавляют? Ведь черта два же сотрешь потом с члена! Я, конечно, не Билл Клинтон, да и моя невеста не Моника Левински, но не хватало мне ещё в суде выступать с подозрительным пятном на штанах. Осматриваю себя, всё в порядке, костюм не пострадал.
Кристина выходит из душевой, и уже опять у неё на губах ярко-красная помада. Она у неё во всех карманах, что ли, лежит? Кристина тянется ко мне за поцелуем, но я отстраняюсь. Ей, конечно, идет эта помада. Ей, но не мне. Не на моих губах. Не хочется, знаете ли, в суде сверкать следом от помады, пусть и оставленным невестой. Совсем не хочется. Я вот эту помаду от своего члена только что еле оттер.
– Ну, пуууупсик, – тянет она капризно и надувает губки.
– Крис, я просил тебя не называть меня так! – подхожу и сам чмокаю её в макушку.
– Алекс, пообещай мне, что ты уволишь эту старую грымзу после того, как мы поженимся!
– Крис, детка, Лора Павловна работает со мной чуть меньше, чем ты живешь на этом свете, так что имей уважение! И Лора – лучшая в своем деле.
Кристина фыркает и обиженно встает, но лишь за тем, чтобы опустить свою стройную, пока ещё, попку на мой стол и чуть разводит ножки, оглаживает себя по бедрам. Ох, как же меня это заводит! Но сейчас мы уже можем и не успеть! Два раза подряд по-быстрому у меня уже не получится. Скорострелом я никогда не был. А уже через час суд, проиграть который я не могу, это дело чести, поэтому резко встаю и отхожу от стола к окну, делаю вид, что за портфелем.
– Пупсик, ты сегодня такой зажатый. Ты не хочешь сегодня свою девочку? Или боишься, что твоя грымза опять не вовремя зайдет? Видишь, она уже и сексом не дает нам с тобой заниматься, как и когда нам этого хочется! – мурлычет Кристина, игнорируя мою просьбу не называть меня так.
– Кристина, хватит! Я не буду увольнять Лору Павловну даже из любви к тебе. Я тебе говорил это уже не один раз! – чувствую, как во мне поднимается злость. Злюсь потому, что Кристина приехала не вовремя, дразнит меня, опять придирается к моей секретарше, "пупсик" этот опять же! Минет, вроде, сделали мне, а я чувствую себя так, будто меня поимели в противоестественной позе и против моего же желания. Да что за черт!
– Крис, и скажи уже, наконец, какова истинная причина твоего приезда? Нашла очередную сногсшибательную сумочку? Или сапожки? У тебя кончились деньги на карточке?
Кристина, наконец, встает с моего стола, одергивает юбку и уже другим тоном сообщает:
– Пришла напомнить, что мы сегодня ужинаем с моими родителями!
Вот чем она мне и нравится. Умная девочка и быстро соображает. Когда ЕЙ это надо.
– Да, я помню. Это всё? – напряжение в штанах проходит. Интересно, что же ей от меня на самом деле надо?
– Крис, я, кажется, ещё не страдаю маразмом и про ужин с твоими родителями я помню. Говори, уже, что ты хочешь на самом деле, потому что мне пора выезжать. В суд, знаешь ли, не принято опаздывать!
– Даже тебе? Самому Александру Денисовичу Давыдову? – Кристина притворно хлопает глазками, делая удивленное личико. Нет, ей точно что-то от меня надо!
– Крис, не тяни уже! – её уловка не сработала, как раз наоборот.
– Алекс, я только это и хотела тебе сказать. А ещё то, что я соскучилась! Ты так рано уезжаешь и так поздно приезжаешь! Я совсем не вижу тебя! – Кристина обиженно хлопает ресницами, продолжая спектакль, отворачивается и начинает подозрительно хлюпать носом.
Вот только слёз ещё мне и не хватало! Гормоны, мать их! Ладно, она, беременная женщина, что с неё взять! Но ты-то, Давыдов, почему ведешь себя так? Неужели предстоящий суд так тебя заводит? Да, не самый простой суд предстоит, обвинение в убийстве компаньона. Но ты же знаешь, что твой подзащитный этого не делал, это раз. Доказательства того, что дело сфабриковано, у тебя на руках есть, это два. В конце концов, дела такого рода – это твоя специализация, так что проиграть этот суд ты не можешь, это три! А раз не можешь, то и нечего тут сейчас на бедной девочке срываться!
Сам виноват, вот теперь и веди себя как мужик, а не как последний чудак на букву "М"! Вспомни лучше, где была твоя голова, Давыдов, когда ты залез на эту красотку без презерватива? Правильно, в штанах! Ведь знал же, чья она дочь? Знал. Как знал и то, что в случае чего, откупиться от неё не получится. Так оно и получилось, кстати. Сначала ты имел её, теперь она будет иметь тебя. Всё честно. Можно сказать, так тебе и надо!
– Ладно, Крис, иди сюда! – распахиваю объятия, продолжая стоять у окна, – не обижайся! У меня сейчас очень важный суд. Моя девочка же хочет свой дом?