Как стать астронавтом? Все, что вам следует знать, прежде чем вы покинете Землю

В первый вечер в космосе, после невероятно утомительного рабочего дня, когда через шесть часов должен прозвенеть будильник, мы, прикрепив спальные мешки липучками к стенам, полу и потолку «Индевора», выстроились в очередь на укол. Во время тренировок мы выучили этот прием – целиться надо в сторону бедра, чтобы избежать попадания иглы в длинный и очень болезненный нерв, который проходит через ягодицы. Перед запуском, чтобы помочь нам избежать попадания иглы в нерв, летные врачи сделали каждому из нас отметку на ягодицах в виде крестика. И я не шучу. Таким образом, каждый из нас, спустив шорты, которые, застегнутые на липучки, болтались на коленях, послушно проплыл мимо медицинского специалиста, который втыкал иглу до основания в задницу каждого. Спиртовой тампон, пластырь, «Следующий!» Все было хорошо, и мы все без происшествий отправились спать. Перенесемся на пять дней вперед. Я мчался со станции обратно в шаттл, чтобы забрать инструкцию для процедуры обслуживания оборудования. Моя задница зудела. Я почесал ее. Не помогло. Тогда я засунул руку под шорты, чтобы получше почесать ее, и что же я обнаружил… пластырь Hello Kitty. Я забыл снять его, и все это время он был приклеен к моей заднице! Ну и посмеялись же мы над этим, а у меня остался сувенир на память о том уколе «Фенергана».
Результатом очень сильного воздействия невесомости становится деградация костей и мышц. На Земле они постоянно работают, сопротивляясь гравитации, даже когда вы лежите в постели, сидите на диване или смотрите «Игру престолов». Но в космосе такого пассивного сопротивления просто нет. Двадцать четыре часа семь дней в неделю вы плаваете в невесомости, а это означает, что вашим костям и мышцам нужна помощь для предотвращения серьезной атрофии. Вот почему различные космические агентства разработали очень эффективную серию физических упражнений и протокол приема витамина D, основываясь на результатах десятилетий совместной длительной работы и космическом опыте. Поэтому, вернувшись на Землю после 200-дневного пребывания в космосе, я фактически не потерял ни процента общей плотности костей и приобрел хорошую мышечную форму. Космические путешественники сталкиваются со многими медицинскими проблемами, но в их число не входит атрофия костей и мышц благодаря специально разработанному комплексу физических упражнений и диете, что было проверено на МКС.
VIIP (аббревиатура НАСА, «проблемы со зрением») в последние годы привлекает много внимания. Несколько вернувшихся из космоса астронавтов отметили ухудшение зрения. Причина этого обсуждалась, но, вероятно, дело было в сдвиге жидкости, который происходит в невесомости. Большое количество жидкости, обычно находящейся в нижней части вашего тела, в невесомости перемещается в направлении головы. Это приводит к опуханию лица, из-за чего многие астронавты бывают непохожими на то, какими они были на Земле. Было бы интересно изучить, каким образом это повлияет на программное обеспечение для распознавания лиц. Но вернемся к глазам.
Много времени в космосе мы потратили на изучение того, как сдвиг жидкости влияет на наше зрение, с сопровождающим его повышением внутриглазного давления (перевод: наши глазные яблоки были сплющены). У меня, как и у большинства астронавтов, ухудшилось зрение на короткие расстояния, а на большие – улучшилось, потому что изменились форма роговицы и хрусталика глаза. Окулист даже заранее выписал мне рецепт на очки на случай, если в космосе у меня изменится зрение. И он оказался прав, хотя очками я так и не воспользовался. Хорошей новостью для меня, как и для других астронавтов, стало то, что зрение вернулось в норму после возвращения на Землю. А плохая заключалась в том, что у некоторых зрение постоянно ухудшается. Несмотря на то, что основным «подозреваемым» является сдвиг жидкости, надо учитывать и такие факторы, как возраст и пол, и что даже повышенный уровень углекислого газа в атмосфере может способствовать ухудшению зрения. В настоящее время исследования еще продолжаются, и, постучав по дереву, астронавты продолжают возвращаться из космических полетов с функциональным зрением.
Проблемы с кожей были одними из самых распространенных (и серьезных) проблем, которые были у всех. На Земле появляются мозоли, в основном на ногах, но иногда и на руках, локтях и т. д. В местах, где постоянно оказывается давление, кожа затвердевает, и образуются мозоли. Когда вы попадаете в космос, это давление прекращается, мозоли отшелушиваются и исчезают. Интересно то, что проходят мозоли на ступнях, но у некоторых астронавтов они появляются на верхних частях ступней, из-за того, что их часто «втискивают» под металлические поручни, чтобы удерживать тела в невесомости.
На десятый день пребывания в космосе один из товарищей по команде сказал мне: «Привет, Терри, плыви сюда и стукни ногой об пол». Это было странно, но я попробовал. Ух ты! Электрический разряд пронзил мои ноги и тело. Я никогда не испытывал и даже не слышал ни о чем подобном. В оставшееся время в космосе я иногда как бы случайно ударял ногой по твердой поверхности и… Бах! Ощущение электрического покалывания в нервных окончаниях. Через несколько дней после моего первого полета я спросил коллегу-астронавта, который был врачом, об этом, и вот что он ответил: «Это случается редко, но иногда ребята рассказывали о подобных случаях. В действительности у одного из астронавтов, вернувшегося из полета несколько лет назад, до сих пор сохраняется проблема – он все еще чувствует онемение в ноге».
Как же так, черт возьми, я астронавт уже почти десять лет, практически со всеми коллегами разговаривал об их космическом опыте, обучался на врача экипажа, работал с документами НАСА и не слышал об этом?
По-видимому, этот эффект был вызван тем, что нервы и мышцы растягивались с разной скоростью, когда рост тела увеличивался в невесомости. В отсутствие силы тяжести, толкающей тело вниз, мой рост увеличился почти на 5 сантиметров. Наконец-то он стал равен 182 сантиметрам!
К сожалению, через несколько часов после приземления мой рост вернулся к своим 177 сантиметрам, но было весело, пока это продолжалось. Несмотря на то, что приятно было чувствовать прибавку в росте, нервной боли при этом не было. Проблема, с которой новички обычно сталкиваются при адаптации к невесомости, заключается в том, что они сильно хватаются за поручни и слишком тянут их на себя. И я не был исключением. Мне пришлось сделать сознательное усилие, чтобы вести себя более деликатно, когда я отталкивался от поручня, чтобы плыть от одной точки до другой. После недели обучения передвижению в невесомости я начал чувствовать сильные боли в груди – казалось, что у меня порвана грудная мышца. Если я хватался за поручень, чтобы перелететь через модуль под неправильным углом, хотя бы на секунду возникала внезапная, мучительная и острая боль. Оказалось, что эта боль была вызвана тем же явлением, что и боль в ногах, – мои нервы растягивались со скоростью, отличной от той, с которой растягивались все остальные части тела, и я это чувствовал.
Это ощущение вернулось во время моей второй, более продолжительной миссии, и это было не очень весело. В этом полете я немного позанимался подъемом тяжестей, и когда я ставил ноги на пол, чтобы отжиматься во время приседаний или становой тяги, возвращалось ощущение электрического покалывания в ногах. Я смог преодолеть себя и не обращать на это внимания, но это был совершенно неожиданный физиологический эффект космического полета, и эти ощущения продолжались в течение нескольких месяцев.