Класс отправляется в полёт!
– Думаешь, они пойдут с нами? – спросила я у Юлиуса. – Им ведь необязательно двигаться, по крайней мере, чтобы добыть себе пропитание.
Юлиус пожал плечами.
– Что мы будем делать, если не удастся сдвинуть их с места? – спросила я друга.
– Сначала попробуем.
Мы слезли с дебры и подошли к моули. Адриана погладила одного из зверьков по плюшевой голове, Мари прошептала в оранжевое ухо:
– Идём, хи-хи-хи! Вперёд, нужна ваша помощь.
Я потянула к себе за одну из ног. Ничего не получилось, нога просто растянулась, как резинка! (Поправка: возможно, это была рука. Точно сказать не могу.) В любом случае моули, которому принадлежала конечность, наверняка даже не почувствовал, что его кто-то тянет.
Одно хорошо – моули, похоже, пришёлся по душе наш визит. Зверьки вели себя совершенно спокойно и довольно урчали, пока мы их уговаривали, однако ни один не пошевелился.
– Может, они вообще не умеют ходить на таких тонких ножках? – рассуждала я вслух, и тут на полянку подъехал профессор Тюлль.
Что началось! Как и все животные в зоопарке, моули обожали профессора. Они в ноль секунд втянули проволочные ноги, и те превратились в устойчивые толстенькие лапки. Моули по-обезьяньи подскочили к профессору и обвили его руками, которые оставались длинными и тонкими. Они как будто связали профессора оранжевыми лентами! Я почти испугалась, но моули довольно замурлыкали, и я поняла, что они не причинят вреда профессору Тюллю. Он ласково ткнул носом каждого зверька (погладить их он не мог, потому что был связан), и после этого моули его отпустили.
Кусака залаял. Моули навострили уши (у них были точно такие же по форме уши, как у пса, только оранжевые). Затем зверьки послушно двинулись за Кусакой к скале дронков, словно овечки за собакой-пастухом.
Вторая проблема возникла, когда мы добрались до мини-джунглей.
– Угум, а что такое обкружим… Э-э-э… То есть окружим? – спросил профессор.
– Мы все возьмёмся за руки через одного, – объяснила я. – Школьник, моули, школьник, моули.
Я схватила первого попавшегося зверька за оранжевую лапу, и сразу же поняла, что ничего не получится. Увы! Мы сразу запутаемся, если все просто схватят первую попавшуюся лапу!
Закусив губу, я задумалась.
Грета закричала:
– Я разберу руки-лапы! Я отлично развязываю узлы! Точно справлюсь!
Она схватила оранжевую руку и провела по ней пальцами, чтобы выяснить, какому моули она принадлежит. Зверёк справа запищал и захихикал. Ему стало щекотно! Моули втянул руку, как до этого ногу.
Вот и решение проблемы! Мы принялись щекотать зверьков. Вскоре все лапы-руки стали такими же толстенькими и короткими, как лапы-ноги. Моули очень понравилась щекотка! Зверьки сразу с нами подружились!
Профессор Тюлль погладил каждого из них по голове, и моули с готовностью разрешили нам взяться за их лапы.
Итак, Юлиус взял за другую лапу того зверька, которого держала я. Второй рукой он взял другого моули. Я поняла, что у нас получается, и закричала:
– Я обегу джунгли кругом! До встречи!
Шаг за шагом я обошла джунгли, где жили шлумбо. Сначала я прошла мимо ручья, из которого выныривали красноглазые змеи. Потом мне пришлось протискиваться мимо огромной, похожей на улиточью, раковины, откуда доносились писк и шорохи. За раковиной ковыляла сороконожка размером с таксу.
Лапа моули, которую я держала в своей руке, растягивалась, оплетая джунгли, словно оранжевая резинка. За улиточьей раковиной уже маячила скала дронков. Я ускорила шаг и вскоре наткнулась на Грету. Она была последней в цепочке и ждала меня.
– Привет! А вот и я! Всё получилось! – закричала девочка и подмигнула мне.
Последние три шага я пробежала вприпрыжку и хотела схватить Грету за руку, но тут вмешался профессор Тюлль.
– Угум, угум! Я бы тоже с удовольствием окружил… – произнёс профессор.
Мы приняли его в середину.
– Ес-с-с! – закричала я. Всё действительно получилось!
Медленно и осторожно мы углубились в джунгли. Между прочим, Кусака тоже участвовал в окружении. Конечно, пёс не мог никого взять за руку, поэтому просто бежал рядом со мной.
Мы задевали головами листья, но не отпускали рук. Если на пути встречалось толстое дерево, моули растягивали лапы и перебрасывали через верхушку, словно верёвку. Через такую цепь Улле с Поффом не прорваться!
Мы незаметно подбирались к злобным учёным. Буйные заросли помогали нам оставаться невидимыми. Я заметила корень, о который споткнулась накануне. Значит, мы уже недалеко от скалы, где Пангаллы спрятали свой чемоданчик.
До нас донеслись шепчущиеся голоса:
– Осторожней! Ты мне на ногу наступил!
– Так иди быстрее!
Улла и Пофф! Вскоре я разглядела силуэт. Эти двое снова спрятались в костюме шлумбо и подбирались к гнезду!
– У тебя термометр с собой? – прошептал Пофф.
– Естественно! Ты разве не чувствуешь? Лежит в кармане и колет мне прямо в живот! Ай! Опять на ногу наступил! – прошипела в ответ Улла.
Мы потихоньку сжимали кольцо.
– Тс-с-с! – прошипел Пофф. – Хватит болтать! Можешь только пищать «пиу-пиу», мы почти у гнезда!
Теперь мне лучше было видно охотников за антенной шлумбо. Они ковыляли к гамаку. Теперь, когда я знала, что в костюме двое пришельцев, походка зверька больше не казалась мне милой, просто неуклюжей.
Преступники подобрались к гнезду. Пофф высунул из костюма руку, полез в карман и вытащил узкий блестящий градусник.
– Пиу-у-у-у! – заверещал он из костюма.
Звук больше походил на злобный хохот, чем на настоящий писк шлумбо. Меховая лапа с градусником опустилась в гнездо.
– Пиу-у-у-у-у! – снова заверещал Пофф.
Забывшись, он шепнул Улле:
– Получается! Осталось только измерить температуру звёздной пыли, всё остальное мы уже знаем!
Я вздрогнула. Самое время их арестовать!
Оглядевшись, я поняла, что мы далековато. Если постараться, можно легко поднырнуть под оранжевую лапу-резинку и ускользнуть. Что же делать? Нельзя, чтобы эти двое узнали всё, что нужно! Что же оставалось?
