Олимпиец. Том II

Тут гигантов тренировали или что?
— Есть идеи, что это вообще значит? — мрачно спросила волейболистка.
Я кивнул.
— На удивление, да. Я думаю, мы в храме.
— Где? — остолбенела Кэйт.
И не она одна. Остальные тоже уставились на меня со странным выражением в глазах. Даже Лика и то замерла на месте, ожидая пояснений.
— Что ты сказал? — нахмурилась она. — Повтори.
Я отметил про себя приказной тот, но повторил. Мне не сложно.
— В храме. Еще раз нужно?
Прежде чем Лика успела что-то сказать, из коридора позади нас раздался резкий шум. Я обернулся, пригнул спину на манер волка и тут… На свет вышла мама. У нее было бледное лицо, а рукой она опиралась о стену. Да и вообще она выглядела жутко уставшей.
Ее ладонь соскользнула, и мне показалось, что она сейчас упадет.
Без единого слова я бросился вперед, за десять секунд преодолел разделяющие нас расстояние и подхватил ее под руку. Краем глаза заметил, что Кэйт сделала тоже самое, но уже с другой стороны. На голове девушке ярко светился Символ.
— Только осторожнее, — бросила она на меня напряженный взгляд. — Готов?
Я кивнул. Вдвоем мы донесли упирающуюся женщину до ближайшего стула и бережно опустили ее вниз. Мне показалось, что маме стало лучше, но я не собирался рисковать.
— Мелкая, мне нужна вода, — коротко бросил я, параллельна ощупывая ее лоб. — Быстро!
— Сейчас! — кивнула та и пулей вылетела из здания.
Я успел заметить короткую вспышку у двери, и девочка уже была на той стороне. Во всю трясла Тая за черный пиджак. Даймон в начале вяло сопротивлялся, но как только услышал, о чем идет речь, заметно побледнел и рванул в сторону машины.
Через тридцать секунд он уже стоял рядом со мной. С бутылкой кристально чистой воды в руке, которую я у него тут же забрал.
— Адриан, не надо. Я в порядке, правда, — вяло отнекивалась мама, пока я наливал жидкость в услужливо подставленным дворецким стакан.
— Пей давай.
Женщина тяжело вздохнула, но, осознав, что я не собираюсь уступать, взяла стакан и в три глотка осушила его дна. Немного подумала, а затем одним движением выхватила из моей руки бутылку и вылила все содержимое себе на голову.
— А как же прическа? Платье? — с ужасом выдохнула Мэг. — Оно же испортится.
Милена Лекс же с фырканьем отряхнулась и грациозным движением поднялась на ноги. Словно и не валилась от слабости пару секунд назад.
— Я в порядке, — заметив, как я дернулся, отрезала она.
А затем повернулась к розоволосой красотке.
— Внешность значит гораздо меньше, чем ты думаешь, дорогая. Особенно здесь.
— Здесь это где? — на всякий случай уточнила Кэйт.
— Где? — удивилась мама и повернулась ко мне. — Ты же им сказал или мне послышалось? Мы в храме. В храме Кроноса.
В зале воцарилось напряженное молчание.
— Эм. А это кто вообще? — отчетливо прозвучал в тишине шепот Мины. — Какой-то бог?
— Кронос — величайший из титанов. Властелин Времени, — холодно пояснила отличница. — Сын Урана и Геи, и отец верховных богов Олимпа. Как можно это не знать, Проклятая?
— А-а-а, — совершенно не обидевшись, понятливо протянула девочка и уже в который раз за сегодня дернула меня за рукав. — Так это что? Твой дедушка, да?
Я буквально услышал, как Лика заскрипела зубами. Поэтому не удержался и фыркнул.
— Что-то вроде того.
— Еще успеете обсудить, кто чей родственник, — тепло потрепала девочку по голове мама. Затем она развернулась ко мне. — Адриан, на минуту. Я хочу тебе кое-что показать.
— Сейчас? — уточнил я.
— Да, — твердо кивнула она и направилась обратно в коридор.
Остальные переглянулись и, как один, посмотрели на меня. Я пожал плечами в ответ.
Мне-то откуда знать, что происходит?
Кивком велев Тайгеру возвращаться к работе, я поставил стакан на пол и направился вслед за женщиной. Но по дороге, слегка тормознул и завернул к отошедший в сторону Лике.
— Ты что себе позволяешь?! — возмутилась она, когда я ухватил ее за локоть и притянул к себе. Но, заметив что-то у меня в глазах, мгновенно замолкла.
— Не самый удачный день, я понимаю, — тихо произнес, не спуская с нее ледяного взгляда. — Не угадала с храмом еще и Мэг достает. Со всеми бывает.
— Да что ты можешь знать! — словно змея, зашипела она в ответ. — Ты…
Я не дал ей закончить и сжал руку сильнее, так что она застонала от боли. Со стороны остальных — пусть они и стояли далеко — послышались шепотки, но я даже не повернулся. Все мое внимание было целиком и полностью сосредоточено на Лике.
— Ты можешь оскорблять меня. Можешь Мэг, если она сама нарвется. Но если я еще раз услышу подобный комментарий в сторону Мины… То ты покинешь этот клуб. Навсегда.
Мы мерялись взглядами добрых секунд двадцать. Девушка глаз не отвела. И ее голос твердости не утратил.
— Кто ты такой, что мне указывать? Отпусти меня. Сейчас же.
Ожидаемо.
Хоть официально я и был главой клуба, та же Лика никогда бы этого не признала. Она же из побочной ветви. И слишком долго вкалывала, чтобы стать лучше и выше меня, наследника Дома Лекс. И теперь, когда меня выгнали оттуда ко всем чертям, снова смотреть на меня сверху вниз…
Анжелика не могла этого позволить. Я это знал, она это знала. Конфликт был неизбежен. И я не видел смысла его оттягивать. А значит…
Я даже не шелохнулся. Вместо этого произнес:
— Мы поняли друг друга?
— Так значит? — сузила глаза отличница. — Ну ладно. Сам напросился.
На ее голове засверкал золотом Символ. Она самодовольно ухмыльнулась, дернула локоть в сторону… Ну или попыталась дернуть. Тот все также остался в моей руке.
— Я не могу ей пошевелить рукой! Что ты сделал? — удивлённо выдохнула она.
Можешь, но очень медленно. Но в слух я этого, естественно, не произнес. Вместо этого я сказал кое-что другое.
— Лика. Не отвлекайся. Мы поняли друг друга?
В глазах отличницы мелькнуло сомнение. Даже страх. За сегодня она дважды сталкивалась с тем, что не могла объяснить. И если первый раз просто подточил ее уверенность в себе, то сейчас…
— Отпусти меня, — очень тихо произнесла она.
Слова те же самые, но тон совершенно другой. Там, где раньше был приказ сейчас была просто просьба. Очень злая, но все же просьба.
Для начала хватит.
Я отменил Стазис и убрал руку. Затем развернулся и на полной скорости бросился по пятам давно ушедшей матери. Я догнал ее у самого поворота, где она уже поджидала меня со скрещенными на груди руками.