Буря настигнет

— Мы можем видеться после заданий, — предлагал он. — То есть обычно у меня проходит минимум часов восемь от визита до визита Духа. Бывает несколько дней, но минимум…
— У меня минимум двадцать часов. Стараюсь делать работу настолько хорошо, чтобы меня часто не тревожили.
Голубые глаза сощурились.
— У нас разные миссии. Я слежу за грунтовыми водами для тополей и работаю по всему Калинидиксу.
— А, ты, водный служитель!
— Как ты сказала?
— Водный! А я воздушная!
— Ты управляешь воздухом, не пухом?
— Конечно!
— Но телепортируешься из пуха!
— А пух это и есть воздух. Без пуха воздух неполон. Поэтому мне нужно каждый день дышать им, ибо плохо становится.
Говорить с человеком таким, как ты, потрясающе. Болтать бы с Ирием дни и ночи напролет, делиться забавными историями из жизни, связанными со служением или магией. Баловаться бы способностями. Поцеловаться бы на улице, в пуховой метели. Полетать бы вместе на пухоборде.
Но ценой за одну такую маленькую радость могут стать наши жизни.
— Почему духи так против? — обреченно спросила я.
— Не знаю…
Мы выехали на перекресток и свернули налево, где через метров сто показался заезд в отель Жааплеаль, куда и нырнула машина. Надо же, один из лучших. Номера авто наверняка просканировали на въезде. Шлагбаум резво поднялся, пропуская нас на огромную стоянку в стальных тонах. Она никогда не бывает забита. Строили отель с расчетом на то, что в нем будут отдыхать гости с других планет. А оказалось, они согласны лишнюю ночку поспать в звездолете, чем в нашей гостинице, пусть и шикарной.
— Твой дух когда приходил? — спросил Ирий, припарковав машину.
— Сегодня утром. Но он иногда забегает поболтать. Мы неплохо ладим, дружим в каком-то смысле. Вряд ли он явится скоро, ведь мы сегодня наболтались. А твой?
— Вечером. За час до того, как пришла смс от Келлана. Я предлагаю… — он прочистил горло, бегая глазами по парковке. — Предлагаю изредка встречаться, заниматься сексом, пока кому-то из нас не надоест.
— Я предлагаю ограничиться сегодняшней ночью, — выдавила из себя и уставилась на свои пальцы, которые крутили кольцо наручников.
— Ты в прошлый раз обещала, что мы видимся в последний раз.
— Так и было бы, если б не деньги…
Ирий жестко стиснул мою руку, до боли:
— Я скоро буду тебя ненавидеть сильнее, чем ты меня.
Возможно, моя ненависть к Ирию утихала. Больше не бредила я тем, чтобы выставить на всеобщий суд его личное, найти в нем что-то плохое, испортить ему жизнь. Я закусила щеку изнутри, больнее, чем стальная хватка на кисти.
— Ладно, посмотрим, что ты скажешь утром. — Он достал из кармана ключ, расстегнул наручники и дернулся к двери. Я поймала его за футболку и потупилась, когда он удивленно посмотрел на меня.
— Мне просто страшно. Я боюсь, что наша попытка встречаться принесет больше несчастий, чем радости.
— Пока мы не пытаемся, я несчастен. А ты? Счастлива, когда я где-то далеко?
Я покачала головой, пряча подступающие слезы под опущенными ресницами.
 
Глава 23. Ирий
Дико злит, что рядом с бесовкой мои планы, принципы, привычки меняются. Я две недели упорно пытался выбросить ее из головы. Казалось, что получилось.
И вот теперь, когда я веду ее за руку к ресепшену гостиницы, тех недель будто и не было. Впервые я из-за девушки схожу с ума.
И это чертовски потрясающее чувство! Я так же счастлив, как когда выступал со старой группой на площади перед огромной толпой.
Я так же несчастен, как… Никогда. Каждую минуту загоралась мысль: Беатрису нужно отвезти обратно домой, забыть ее адрес и снова нырнуть в музыку.
Но я не идеален. Мне не достичь того самоконтроля, которым кичится отец. Посрать. Творчество не терпит рамок.
Написать новую песню? Да, только ни одна песня не вместит в себя силу огня, что горит внутри меня. Сжигает и наполняет энергией.
Арвид догадался, что я свалил увидеться с какой-то девчонкой на ночь глядя? Может быть, ибо настоял на том, чтобы завтра я был на главной репетиции, и без раздумий одолжил мне свою машину и карточку. Благо, безымянную. В качестве аванса.
Ничего, получу деньги за концерт и все верну.
Бесовка с любопытством рассматривала бежевый холл отеля, золотое напыление на настенных светильниках, молочно-белые диваны. Я бывал здесь четыре раза, когда появлялось вдохновение понежиться вдвоем с девушкой в огромной ванной. Воспоминания о тех ночах стремительно блекли, стирались, пока я придерживал за талию Беатрису.
Нет никого желаннее и красивее нее.
Администратор за стойкой предельно вежлив, не выдал выражением лица, что узнал меня, не покосился на мою спутницу. Бесовка сильнее подкрасилась в машине, чтоб наверняка никто не рассмотрел за макияжем преступницу. Я с трудом уговорил ее оставить рюкзак в багажнике. Она ведь обещала, что мы пробудем вместе до утра, поэтому ее деньги в машине — гарантия того, что раньше она не сбежит.
— Я могу украсть у тебя ключ от тачки, — игриво улыбаясь, прошептала Беатриса, пока администратор оформлял на мое имя номер.
— Сначала тебе придется его достать.
— В смысле?
Я приподнял уголок губ и загадочно прищурился. Ее голубые глаза в обрамлении длинных угольных ресниц потемнели до оттенка сизых теней. Тонкая рука забралась в задний карман джинсов и резко сжала мою ягодицу — я дар речи потерял на миг.
— Ваш номер 584, — сказал администратор и любезно протянул магнитную карту-ключ.
— Благодарю.
— Где мой смартфон? — прошипела бесовка на ухо, когда мы поспешили к лифту.
— Составляет компанию рюкзаку в багажнике. Ради справедливости, я свой мобильник тоже оставил. Не хочу, чтобы нас кто-то беспокоил.
— Утром как проснемся без будильника?
— Сейчас придем в номер и вместе с едой закажем утреннее пробуждение.
Створки лифта разъехались, и мой взгляд автоматически поднялся к потолку — внимательный глазок камеры немым стражем висел над нашими головами. Я бы прямо здесь притиснул Беатрису к стене и выместил на ней страсть, что долго томилась взаперти. Но такого удовольствия охране за мониторами не подарю. Я притянул бесовку к себе ближе и нажал на пятнадцатый этаж. Она тоже косилась на камеру, недовольно поджав губы.
— Мне нравится, как ты оделась. Алая блуза… — я задумчиво промычал. Как не сказать пошло? — Заводит меня.
— А длинная юбка?
— Красиво огибает бедра и ткань колышется волнами, когда ты идешь. — Я повторил рукой изгиб талии и скользнул по округлой ягодице. Бесовка запустила руку под мою футболку и царапнула ногтями по прессу — я судорожно вдохнул. Издевается? Нервы и так на пределе.