Туман

Ещё при подъезде Екатерина Петровна особо указала ей проверить постель на чистоту и наличие возможных проблем. С нами ехало бельё, которое в случае чего, надлежало использовать.
Видимо устав от разговоров в дороге, господин Рубановский почти всё время молчал. «Бабушка» не выражала этому недовольство, даже наоборот, так как возрастающий шум из общего зала её явно раздражал.
Закончив ужин в тишине, нас проводили до комнаты. Павел Матвеевич почти сразу вернулся. Он попросил меня выйти в коридор оставив дверь открытой, чтобы Екатерина Петровна могла нас видеть.
– Вот, – протянул он мне небольшую шкатулку, в которую был уложен пистолет, – знаю, вы можете пользоваться. Он заряжен, на один выстрел хватит, а я за стеной, – и уловив мой недоумённый взгляд продолжил, – мне так будет спокойнее.
– Да что может случиться? Тут же так много народа.
– Знаете, последние несколько лет со мной постоянно что-то происходит. Возьмите, Ан… баронесса. Ко всему лучше быть готовым. Заранее.
Я неловко ему улыбнулась. Его забота была приятна.
В этот момент я услышала тихое покашливание «бабушки».
– Доброй ночи… может завтра, если погода позволит, немного проедемся верхом?
В ответ я согласно кивнула и поспешила закрыть дверь.
Увидев, что именно принес мне Павел Матвеевич, Екатерина Петровна только покачала головой, усиленно пряча улыбку.
– Ему так будет покойнее, – только и смогла сказать я, решив не обсуждать произошедшее. Хотелось лечь спать, так как завтра опять предстояло провести весь день в дороге. И хотя погода пока благоприятствовала, путь нам предстоял ещё долгий.
Несмотря на опасения новоявленного защитника, ночь прошла без всяких осложнений. Выехали сразу после завтрака, как и договаривались, верхом.
– Павел Матвеевич, спасибо вам за заботу. – решила негромко разрушить молчание, когда мы следовали рядом с нашим дормезом.
– Ну что вы, Анна Викторовна. Мне только в радость.
– Прошу вас, не называйте меня так! Вдруг кто услышит.
– Как скажите, – улыбнулся он, – вы так взволнованы… хотите о чём-то спросить?
– Да. Расскажите о себе? Откуда вы? Из какого времени? Вы вчера так интересно рассказывали о уже сделанных открытиях, думаю то, что известно в ваше время ещё увлекательнее. Но при «бабушке» говорить было нельзя. Вот я и решилась сейчас…
– Родился я в конце двадцатого века. В середине его последнего десятка. Учился… сначала школа, потом университет. Как уже говорил, планировал идти в магистратуру, но не сложилось. Решил летом сходить с друзьями в кемпинг… ну это что-то вроде специального отдыха в лесу, с ночёвкой.
– И кому-то такое нравится? Специально ходить спать в лес?
– Хм, ну, в двадцать первом веке вообще много чего странного нравится людям. Ну так вот, хотели сначала в полесье, но нашлась одна контора, предложила небольшой тур по Могилевщине. – тут он вздохнул, закрыв глаза, немного помолчал и продолжил.
– По началу всё было хорошо, походы по лесу, небольшие прогулки в городах. Даже гиды что-то интересное рассказывали. А потом Лёхе приспичило на рыбалку сходить. Перед рассветом пришли к реке, сели. Я и заснул с удочкой в руке.
Проснулся, ни Лёхи, ни провожатого из местных. Один я, с несчастным спиннингом. Решил вернуться в город и всю дорогу удивлялся, почему не могу найти шоссе, по которому выезжали. Встретив первых людей, подумал, реконструкторы развлекаются. Ну, они не всегда «в себе» когда в «роли». Связываться не стал. Так до города и шёл. Ну… дальше вы знаете.
– Вижу вам неприятно об этом вспоминать. Тогда расскажите лучше о вашем времени.
– Хм. Вы меня обескуражили. Я даже не знаю с чего начать.
– Такие большие различия?
– Я бы сказал, что колоссальные. Что вас интересует? Мода?
– А?.. нет, что вы. Медицина!
– Мда, это немного не мой профиль. Хм. Ну что сказать, самое главное, изобрели антибиотики.
– Простите… анти… биос [76]… что-то против жизни? Яды?
– Что? Нет конечно! Хотя ядов человечество за это время тоже изобрело изрядно. Антибиотик – так назвали лекарство против инфекций. Вы же знакомы с микробами и вирусами? Вроде даже говорили, что знаете теорию Пастера [77].
– Да, конечно!
– Так вот, на самом деле это целая группа лекарств, если принимать их при ранениях, то не будет нагноений, да и антонова огня не случится. Да в принципе, при многих заболеваниях их дают. Я не врач, но при воспалениях различных органов их назначают.
– Получается… вы победили все болезни?
Павел Матвеевич заливисто рассмеялся и достав платок, стал вытирать им выступившие слёзы.
– Господи! Нет конечно. Чем больше люди изучали…, тем больше различных болезней находили. Некоторые даже говорят, что многие новые, сами учёные и создали.
– Но зачем им это?
– Деньги, – немного подумав ответил он, – в моё время медицина, это огромные корпорации [78] и фантастические деньги [79]. Я не медик, так что вот так сразу не смогу что-то вспомнить, думаю, если только зададите конкретный вопрос. А так, мне тяжело сообразить. Кроме того, у нас очень многое автоматизировано. Помните мы говорили с Екатериной Петровной, что скоро человека заменит механика… и тут тоже появились аппараты. Самые простые – измеряют давление крови в человеке. Есть те, что видят внутренности, и не разрезая, могут сказать сломаны ли кости, или какого пола ребёнок в утробе. Это всё сумбурно, я понимаю. Но как вспоминается.