Явная угроза

– Они ответят, – сказал я без пафоса, холодно констатируя факт.
Хайро и Ханг кивнули:
– Ответят.
Это прозвучало как приговор. С минуту все молчали, пока Хайро не поднялся со стула. Поиграв желваками, он велел:
– Живо приводите себя в порядок и собирайтесь на тесты. Костюмы и галстуки Мария для вас закупила… – Его лицо перекосилось от душевной боли, но он взял себя в руки. – В общем, загляните в гардеробную. В дороге отоспитесь. Кстати, Тобиас летит с вами.
Поднявшись, я нехотя отпустил руку Риты и пошел за Хангом, но остановился, мотнул головой:
– Сначала мне нужно увидеть Малика, Марию, Роя, Трикси… Хочу принести им клятву.
    
Эпилог. Кусаларикс
Не прошло и двух часов с того момента, как Скиф и его друг Бомбовоз покинули Дисгардиум, а Кусаларикс уже получила сигнал от бригадира Шончера: «Принимай работу, босс!» Сообщение было передано через амулет связи, но, везде чуя подвох, гоблинша затребовала связь через Зеркало дальновидения – надо было лично убедиться в том, что храм построен и ничто не угрожает ни ему, ни строителям.
Открыв портал по маяку, жрица Спящих поспешила войти. Она очень устала – не физически, а морально – от потерь. Выплакала все слезы по друзьям, близким и родственникам, погибшим в войне с Чумным мором, но ни на миг не подумала, что партнерство со Скифом – ошибка. Ни тогда, когда он сам был нежитью, ни сейчас, когда нежить заняла святую святых любого гоблина – Кинему.
Храмы Невра и Маглубайта оккупировали мертвецы, алтари были осквернены и залиты чумой, но Кусаларикс никогда не достигла бы высот в Зеленой лиге и Лиге гоблинов, если бы не умела правильно просчитывать шансы и делать ходы в нужный момент, а не под влиянием эмоций.
Четвертый храм Спящих сразу после уничтожения Чумного мора – вот ради чего она не спала и использовала свое влияние, дергая за ниточки, подмазывая, убеждая, угрожая и портя отношения. Верховный совет ополчился на нее после смерти Вонпрутиха, почтеннейшего члена совета и негласного лидера всех гоблинов. Но Кусаларикс не просто выстояла и убедила совет эвакуироваться именно на Кхаринзу, а не в Шак или Дарант. Кусаларикс выкрутила и выжала из Лиг – и Зеленой, и гоблинской – все ресурсы ради этой победы.
Просьба Скифа посвятить храм в Лахарийской пустыне Спящим стала для нее высшей наградой. Мальчик, возможно, и сам не понял, какую честь ей оказал. Ведь посвящение – это не что-то обыденное, это прикосновение к богам, выбор, кому из оставшихся Спящих посвятить храм, что влечет и благодарность избранного, и благословение других.
Она видела перспективу, ясно понимая, что будет, когда в мир явятся все Спящие. Другим богам просто не останется места, а те, кто был у истоков Единства, возглавят мир и поведут его к светлому будущему. Там не будет войн и смертей невиновных, потому что последователям одних и тех же богов нечего делить, и даже самый ленивый неудачник найдет, как прокормиться без краж и грабежей…
От мечтаний ее оторвал бригадир Шончер. Потянув за рукав, он поклонился ей, указывая на храм:
– Госпожа, проект закончен. Принимайте.
Она устремилась к алтарю, перебирая ножками так быстро, что дворф не мог за ней угнаться.
 
Непосвященный храм
Для посвящения требуется адепт статусом не ниже «жрец».
Идентифицирована: жрица.
Требования соблюдены.
 
Поднявшись на цыпочки, она возложила руку на алтарь и почувствовала, как ее сознание затягивает в великое ничто, наполненное голосами Спящих, их ласковым вниманием, подбадриванием. Она ощутила себя ребенком под присмотром доброй матери…
Что-то не пускало раствориться в этом тепле, тащило назад. Пришлось вынырнуть, стерев улыбку.
Шончер снова требовательно тянул ее за рукав.
– Ну так шо, хозяйка? Принимаешь? – И виновато развел руками. – Извини, семьи ждут.
– Принимаю, – гоблинша пожала ему руку. – Оплата будет выслана вам сегодня же.
Проводив его до выхода из храма, она убедилась, что ее точно никто не отвлечет, – четверка стражей, приставленных Скифом охранять строительство, пьянствовала в тени дюны. Ох, надо будет доложить их «боссу», сказать, что совсем распустились страхолюдины! Вот подобрал же паренек себе компанию! Что ни «соратник», то либо демон мерзкий, либо суккуба бесстыжая, а то и вовсе гигантский богомол с рептилоидом на пару! Видела, как ящер тот зыркал – так и съел бы, если б позволили…
Пару секунд гоблиншу подмывало спуститься к ним сейчас же, чтобы задать трепку, но она передумала. Это может подождать.
Развернувшись, Кусаларикс шагнула к алтарю… и остановилась, не чувствуя тела. Она рухнула, больно ударившись клыками о каменный пол.
– Нет-нет, мелочь зеленая, – раздался за спиной звонкий девичий голос. – Ты не наша, а значит, и храм освящать не тебе. Полежи, я займусь тобой позже…
Храм залило слепящим светом, и тот же голос торжественно объявил:
– Бета номер девять посвящает этот храм Лучезарному Нергалу, во имя света, солнца и лучей его!
На долгие минуты мир оцепенел. Свет, который поначалу ощущался лишь терпимым жаром, будто обрел массу и придавил Кусаларикс к полу. Над ее головой зашуршала ткань, раздался смешок, а потом голос той, что назвалась Бетой номер девять:
– А это что-то новенькое… Хм… Ладно, попробуем на тебе.
Свет пронзил Кусаларикс до мозга костей, а когда погас, она уже была мертва.
 
Конец десятой книги