Память героя (СИ)

 Дальше действия девушки удивили его еще сильней. Парой заклинаний гриффиндорка очистила пыль в классе, трансфигурировала стулья в кресла, а парту - в небольшой столик, и, вызвав домового эльфа, попросила принести им чай. Эльф, внимательно посмотрев на слизеринца, исчез, а через секунду на столике появился чай.
 - Зачем ты это сделала? Теперь директор узнает о нашей встрече, домовик ему все доложит.
 - Это бывший домовик Малфоев, освобожденный Гарри, - невозмутимость гриффиндорки нельзя было покачнуть: она спокойно села в кресло и отпила из своей чашки.
 - И какая разница? Ты же не знаешь их повадок. Он уже побежал к директору. Он должен так поступить. Эльфы не могут противостоять своей сущности!
 - Добби - свободный эльф и не обязан докладывать о всех своих поступках Дамблдору. Директор ему не хозяин, а обычный работодатель. Добби помогает Гарри Поттеру и его друзьям и никогда ни о чем не рассказывает.
 - Интересно, и часто ему приходится помогать друзьям Гарри Поттера на таких тайных встречах? – успокоившись, Тео не мог упустить шанс узнать хоть что-то новое о грифах вообще и о Золотом трио в частности.
 Гриффиндорка неопределенно пожала плечами и перевела разговор в другое русло.
 - Для начала, спешу тебя заверить, что не имею к происшествию с Драко никакого отношения. Я просто сделала выводы из известных мне фактов.
 - Это каких же фактов? – Тео присел в кресло и взял вторую чашку. Львица заинтриговала его своим поведением, с такой гриффиндоркой он был не прочь побеседовать в комфортных условиях.
 - За прошлую ночь в копилках факультетов самоцветов не уменьшилось. Вчера по графику дежурил Драко. За все время не было случая, чтобы Малфой не снял хотя бы один балл с нарушителей. Значит, с ним что-то случилось во время патрулирования. Трое из нашей башни вернулись в течении получаса после отбоя. Возвращались с разных мест и разными путями. Упустить всех Драко не мог. Значит, с ним что-то случилось еще в начале дежурства.
 - А ты не думаешь, что кто-то из ваших мог просто заключить сделку с Драко? – увидел Тео слабое место в рассуждениях львицы.
 - Нет, не думаю.
 - Ты так веришь в принципы своих одногруппников и в их честность? – слизеринец просто не смог не указать на такую вопиющую наивность.
 - Дело не в принципах и даже не в убеждениях. Мы не можем допустить, чтобы в нашей башне был хоть один должник слизеринскому старосте. Есть специальное заклятие - оно не позволяет никому из гриффиндорцев договариваться в том случае, если его поймали. Простая безопасность, – львица говорила об этом так, что Тео сразу ей поверил.
 – Далее, – продолжила гриффиндорка, будто это самая естественная вещь - накладывать на своих однокурсников серьёзные заклинания, - Драко не было и на завтраке. Следовательно, он не ночевал в спальне. В Больничное крыло его не привели. Выходит, нашел его кто-то из своих и решил не предавать дело огласке. Этот кто-то повел его в покои к декану. Можно предположить, что он увидел не результаты обычной драки, а последствия какого-то заклятия, зелий или артефактов. В таком случае заниматься состоянием Драко стал профессор Снейп. Пока все логично?
 
 Удивленный Тео мог только кивнуть. Ведь и правда, он, как только нашел Драко и выяснил, что последствия выходили за рамки будничной стычки, сразу отвел его к декану. Профессор Снейп был специалистом в таких вопросах. Что касалось огласки, Драко сам мог быть зачинщиком происшествия, и неизвестно, как бы это сказалось на ситуации в дальнейшем.
 - На обеде не было ни Снейпа, ни Драко. Значит, последствия для состояния Малфоя были достаточно серьезны. Перед ужином профессор начал поиски сироты среди учеников младших курсов. Что говорит о том, что причина болезненного состояния Драко не найдена. Вызвав Люциуса, он переправил Малфоя в Мэнор. За ужином к профессору Снейпу прилетел Патронус старшего Малфоя, значит, состояние Драко стало ухудшаться. Снейп сегодня не вышел патрулировать коридор, значит - он ещё находится в Мэноре.
 - Откуда ты знаешь, чей это был Патронус? - еле смог выдавить Тео. Даже ему Драко рассказал про Патронуса отца под большим секретом.
 - Тоже мне тайна, - отмахнулась гриффиндорка от его вопроса, как от чего-то несущественного. - Патронус в виде белоголового орла может принадлежать только ему.
 - Но как? - слизеринцу захотелось узнать, как староста львят пришла к таким выводам.
 - Белоголовый орел. Отличительная черта - у взрослых птиц белое оперение головы. Птица хищная, редко встречается в природе. Моногамная, живет с одним партнером всю жизнь и очень заботится о птенцах. По-моему, очевидно, что другого хозяина у такого Патронуса даже быть не может. Скорее всего, у старшего Малфоя была связана с этой птицей какая-то история.
 Тео во все глаза смотрел на гриффиндорку. Она не только определила, чей это был Патронус, но даже догадалась, что у отца Драко была история возникновения такого Патронуса. Тео знал, что, когда Люциус был маленький, он нашел на территории поместья раненую птицу, неизвестно откуда взявшуюся. Он выходил ее, и она до сих пор проживает в зверинце замка. Эта птица - единственное немагическое существо в питомнике Малфоев. Позже, в школе, Люциус увидел, что его Патронус приобретает форму спасенной им когда-то птицы.
 - К тому же, – продолжала староста, будто её не перебивали, - после появления орла профессор ушел, даже не выпив кофе. Он так делает только в случае срочного дела. Значит, его присутствие понадобилось в Мэноре.
 Тео посмотрел на гриффиндорку и задал давно волнующий его вопрос:
 - Почему ты помогаешь мне? Ведь Драко всегда плохо к тебе относился. Ты не должна испытывать к нему позитивных чувств.
 - Я и не испытываю. Но мне не хочется, чтобы кто-то пострадал, – гриффиндорка снова неопределенно пожала плечами. - Но мне кажется, что профессор ошибся. Ни один сирота с младших двух курсов не мог бы причинить Драко такого вреда.
 
 - А кто бы это мог быть? Как ты думаешь? – опасность, которая угрожала слизеринскому старосте, заставила его задать вопрос львице.
 - Не могу сказать. Без симптомов состояния Драко я не могу сделать каких-либо выводов.