Любовь преград не знает

Эниса аж передернуло, когда он увидел, что Александр улыбнулся Лайону.
– Интересно, чем наш герой на самом деле занимался в горах? – пробурчал Георас, подойдя к Энису.
– Мы должны выяснить намерения Лайона, – заявил Энис.
– А то я этого не делал! – хмыкнул Георас. – Но его люди так ему верны, что не берут взяток. К тому же они не пьют, не бегают за девками и не играют в азартные игры. А Лайон никогда никуда не уезжает без отряда воинов.
Взгляд Эниса упал на Ровену.
– Держу пари, его люди не находятся с ним рядом, когда он спит с вдовой моего брата.
– Скорее всего, – хмыкнул Георас. – Только кто ж станет бабе рассказывать о своих планах?
– Во время любовных утех он может и проговориться.
– Так она и станет вам помогать!
– Поможет, если дорожит жизнью своего драгоценного сыночка.
Наступил вечер. Ровена решила, что пора переодеваться к ужину. На кровати ее лежало платье из светло-голубого бархата, а рядом голубой ремень из мягкой кожи. Ровена провела ладонью по роскошной материи. Лайон преподнес ей очередной подарок.
Улыбнувшись, она помылась, причесалась и надела красивое платье. По вырезу и краям широких рукавов золотой нитью были вышиты сказочные цветы. Платье свободными складками облегало фигуру. Ровена покружилась по комнате, восхищаясь подарком. Лайон зашел к ней проводить к ужину, и под его восхищенным взглядом по ее телу прокатилась теплая волна удовольствия.
– Ты очень красивая, – он коснулся поцелуем ее руки и изысканно поклонился.
Она засмеялась, трепеща от волнения.
Как только они вошли в зал, множество голов повернулось в их сторону. Кто-то смотрел на них с любопытством, кто-то – с завистью, а кто-то – леди Селена была в их числе – со злостью. Ровена решила не обращать на это внимания и твердым шагом направилась к столу на возвышении, положив ладонь на руку Лайона. Вдруг ей на глаза попался Данмор Ганн, у которого была забинтована голова, а левая рука висела на перевязи.
– Что с тобой стряслось? – Она не могла не подойти к нему.
Данмор посмотрел на нее, и Ровена увидела, что у него к тому же царапины на щеках.
– Досталось сегодня на ристалище.
– А мне сказали, что ты спал.
– Я лежал до обеда, потом спустился посмотреть, что там происходит, началась драка, вот я и ввязался.
– Дай-ка взглянуть на твои раны.
– Да у него уже все прошло, – вмешался Кир.
– Да. Филис сама меня перевязала.
– Замечательно, но сегодня вечером я все же взгляну на твои увечья.
– Нет-нет, не надо, – отшатнулся Данмор.
Ровена пожала плечами и присоединилась к Лайону за главным столом. Александр потребовал, чтобы ему рассказали в подробностях об охоте на кабана, что Лайон и сделал. Трапеза длилась бесконечно, и у Ровены разболелась голова. Она извинилась, встала из-за стола и пошла к выходу. Кир и Данмор тут же последовали за ней. В дверях ее поджидал Энис.
– Мне надо поговорить с тобой с глазу на глаз. У меня для тебя сообщение из дома.
Ровена насторожилась.
– Что случилось? – спросила она, когда они остались одни.
– Пока ничего, – злобно усмехнулся Энис, – но, если ты не сделаешь того, что я требую, сына своего больше не увидишь.
– Ты не осмелишься навредить сыну своего брата.
– Я не собираюсь ему вредить. Я просто сказал, что ты его не увидишь.
У Ровены подкосились ноги.
– Чего ты хочешь?
– Меня интересуют планы Лайона Сатерленда. И, если я заподозрю, что ты рассказала Лайону о моей просьбе, Пэдди грозит несчастный случай.
– Ты не посмеешь!
– Ради щедрого вознаграждения, которое получу, я готов на все.
– Ровена! – позвала ее леди Гленда. – О, как хорошо, что вы здесь. Александр совещается с вождями кланов, а я хотела бы поболтать с вами у себя.
Ровена не выдержала и застонала.
– О! Лайон говорил, что у вас болит голова. – Взгляд леди Гленды был полон искренней озабоченности. – У моей горничной есть чудодейственное снадобье, которое боль снимает как рукой. Пойдемте со мной.
Ровена стоически терпела, пока виски ей натирали чем-то вонючим. Горничная леди Гленды принялась бренчать на арфе, а сама леди Гленда щебетала без умолку о новом креме, который придает блеск коже. Вскоре голова у Ровены разболелась настолько, что молодая женщина готова была закричать. Она решительно встала и, извинившись, покинула хозяйку замка.
 
Проходя по коридору, Ровена услыхала голос Александра. Не в силах встречаться с ним в эту минуту, она юркнула в ближайшую комнату.
– Это прекрасный план, ваша светлость, – голос принадлежал Георасу. – Если мы выедем в полночь, то сможем добраться до Глен-Кригана вовремя, дать людям отдохнуть и на рассвете нападем на Россов.
Ровена прижалась ухом к двери.
– Хорошо. Ты берешь штурмом крепость, убиваешь всех обитателей и сжигаешь ее.
– Пойду подготовлю людей, – сказал Георас.
– Нет. Никому ничего не говори.
– Даже Лайону? – льстиво осведомился Георас.
– Нет. Я поразмыслил над тем, что ты мне сказал. Его частые исчезновения, а также связь со вдовой человека, который в лицо обозвал меня мясником, слишком подозрительны. Мы будем держать этот план в тайне ото всех до последнего момента, – решительно заявил граф. – Пусть другие кланы увидят, что ждет тех, кто выступает против меня.
Шаги в коридоре стихли, а Ровена продолжала стоять, не в силах двинуться с места. Надо обо всем сообщить Лайону! Она выглянула из комнаты и побежала по коридору. Найдя Лайона, она тревожно зашептала ему:
– Лайон! Граф…
– Сатерленд, вы загородили собой проход, – прозвучал голос Эниса.
Лайон тихонько выругался и посторонился. В верхний коридор стала подниматься толпа людей.
– Что происходит? – спросила Ровена.
– Мы все приглашены к графу на выпивку, – объяснил Роберт Макнаб.
Лайон обнял ее за талию.
– Что случилось? – еле слышно проговорил он.
– Я подслушала разговор графа с Георасом. Граф сказал ему, что собирается напасть на Россов в Глен-Кригане. Завтра на рассвете, – прошептала она. – Энис подозревает, что бежать Колину помог ты, и грозится убить моего сына, если я не сумею подтвердить его догадки.
– Что ты ему ответила?
– Ничего. Я не предам тебя.
– Любимая. – Он прижался лбом к ее лбу. – Спасибо за оба предупреждения. Я разделаюсь с Энисом.
– Подожди. Если Энис узнает, что я рассказала тебе обо всем, он убьет Пэдди.
– Клянусь, я не предприму ничего, что осложнит жизнь твоего сына. Пойдем.
– Что ты станешь делать? – прошептала она.
– Тебе лучше этого не знать, – мрачно ответил Лайон. – А сейчас на глазах у всех дай мне пощечину, обзови бесчувственным грубияном, уйди в свою комнату и запрись там.
– Уйти?
– Да.
– Но я хочу помочь.
– Ты уже помогла. Мне необходима отговорка, чтобы остаться в замке, когда остальные отправятся совершать набег.
– Что ты будешь делать?
– Я напьюсь с горя, ветреная негодница.