Герои должны умирать (СИ)
— Как бы он от болевого шока не умер раньше времени.
— Не думаю. Это существо выносливее всех, с кем мне приходилось встречаться. Раненый, полупарализованный, дерётся, как чёрт, а не издал ни звука! Может, он вообще не умеет разговаривать?
— Умеет. Не хуже нас с тобой. Ну, давай приступим.
— Вы будете с нами или умрёте, — неожиданно сказал чешуйчатый.
— С кем это «с вами»? — немедленно спросил Лин.
— Скоро узнаешь.
— Говори толком! — рассердился Лин.
— Советую присоединиться добровольно. Больше я вам ничего не скажу.
— Тогда, извини, придётся пустить в ход тяжёлые вещи.
Лин залез в кабину вездехода и завёл двигатель, попутно отметив, что уровень топлива ещё снизился. Вторая дверь открылась и Кисс сказал:
— Погоди, по-моему он того… помер.
Лин вылез и убедился, что сержант прав: изо рта чешуйчатого вытекала струйка крови, а каждая чешуинка на его теле встопорщилась.
— Жаль, ничего толком не узнали. Ладно, давай проверим пробоины во втором баке — уровень топлива снова упал.
Они заткнули две пробоины, из которых тонкими струйками лилось вонючее, жирное топливо, сели в машину и уехали. На пригорке, изуродованном металлическими гусеницами, осталось лежать тело мёртвого змеечеловека. Когда вдали затих рокот двигателя вездехода, чешуйки на его теле, только что топорщившиеся в разные стороны, вдруг опустились. Воин-туэлли поднял голову и, усмехнувшись, прошептал:
— Глупцы, меня не так-то просто убить.
Воин оценил внутренние повреждения — полноценно передвигаться он сможет только через несколько дней. Скорее всего фермер найти его не сможет — он не воин и отправиться в погоню за беглецами не решится. Начальные же без команды туэлли и шага не сделают. Значит, надеяться надо на других, кто прибудет с базы, или на силы своего организма.
Туэлли не волновался, что придётся поголодать, но вот если на него нападёт, к примеру, гисас, отбиться он не сможет. Тут воин вздрогнул — глаза его, скрытые плотными линзами, уловили в соседних кустах мелькание желто-бурого тела. И ещё одно… и ещё. Память прежнего владельца тела подсказала туэлли, что это степные волки. Эти хищники всегда охотились стаями особей по двадцать. Что ж, он — воин, и дорого продаст свою жизнь…
Полчаса спустя стая степных волков, сократившаяся в численности наполовину, рвала на части то, что ещё недавно было венцом творения матери туэлли — неуязвимым воином, закованным в чешуйчатую броню.
© Copyright Шевченко Андрей Вячеславович ([email protected])