Роковой секрет кэльпи (СИ)
В последнее время недвусмысленные шутки Джейсона перешли все границы, поэтому, надеясь хоть немного отдохнуть от них и побыть одной, Виолетта снова отправилась гулять в лес. Отец, как всегда, уехал на работу, даже не подозревая о вылазках дочери, и в её распоряжении оказалась целая ночь свободы.
Лёгкий ветерок ласково теребил растрёпанные волосы, играя короткими прядями, и Ви это определённо нравилось. Чистый ночной воздух, пропитанный запахом хвои, освежал и отвлекал от кучи разных мыслей, непоседливыми пчёлками роившихся в голове. Шум листвы на верхушках деревьев, едва заметная тропинка в траве, далёкие звёзды на неожиданно ясном небе, причудливые тени от света фонарика, треск ломавшихся веток под кроссовками и изредка цеплявшиеся за уже порядком рваные джинсы колючки — всё это передавало ту неуловимую лесную атмосферу, которую нельзя было толком прочувствовать в городе.
«Если папа узнает, я — труп», — вдруг подумалось ей, но Виолетта сразу же отбросила эту мысль в сторону и ускорила шаг. Она наслаждалась запахом чистого ночного воздуха и удивительно безоблачным небом гораздо больше, чем могла бы насладиться общением с одноклассниками. Да и бродить по лесу казалось куда лучшим вариантом, чем тусоваться с компанией безголовых подростков на городской свалке, как это обычно делал Джей.
Ви часто получала выговоры от отца за вечные царапины и синяки, слушала его лекции об опасности полуночных прогулок, но они совсем не умеряли дикой жажды приключений. Пару раз Эндрю с грустной улыбкой вспоминал, что её мама в детстве вела так же неугомонно, поэтому не было ничего удивительного в этих «пацанских» замашках. Крепкие руки, короткая стрижка, смелый взгляд, практичные кроссовки, куртки и джинсы, закрывавшие все старые шрамы, и стойкое отстаивание своего мнения, граничившее с упрямством, — о да, Виолетта совсем не походила на обычных девчонок, боявшихся даже залезть на дерево.
На это старое озеро Ви наткнулась чисто случайно. Ей уже давно надоело бродить около своего дома, поэтому с самого детства она начала изучать территорию вокруг. Ржавые замки на дверях соседских подвалов, где не было ничего интересного; злобные дворовые собаки, нервно облаивавшие каждого пешехода; далёкие прогулки; возможные опасности, которых ей чудом удавалось избегать, — ничто не могло стать помехой для боевой девчонки. В итоге Виолетта начала ходить в лес в нескольких километрах от окраины города. Правда, его не слишком жаловали в Нэйлисе: раньше там часто терялись люди, и некоторые из них не возвращались обратно. Самыми опасными местами считались именно овраги: их было много, и они коварно прятались от взгляда за высокой травой и ветвями лещины. Упав в один из таких, кто-то просто ломал конечности и уже не мог выбраться самостоятельно, а кто-то и вовсе разбивался насмерть.
Ви хватало здравомыслия ходить только по едва заметным тропинкам, вытоптанными дикими животными, и не забираться в самые дебри, глядеть, куда именно ступать. Регулярные прогулки научили её прекрасно ориентироваться среди деревьев, и всё-таки Виолетта всегда следила, чтобы телефон был заряжен перед каждой ночной вылазкой, а фонарик, батарейки и полная бутылка воды оставались в рюкзаке. К счастью, медведей и волков в лесу не водилось, а на маленького кабанчика она наткнулась всего однажды — и тут же дала дёру, чтобы не столкнуться с его разъярённой мамочкой.
Несмотря на то, что мобильный появился у Ви относительно недавно, она быстро освоилась и, осмелев, начала забираться всё дальше и дальше в чащу на каждой прогулке. Всего два дня назад, во время последней вылазки, Виолетта заметила озеро в просвете между стволов вековых сосен и дубов и вдруг поняла, что влюбилась. Тогда её прогнали домой стремительно черневшие тучи, не оставившие возможности рассмотреть место получше, но сегодня причин убегать не было от слова совсем: стояла чудесная июньская погода.
Наконец неподалёку снова блеснула широкая озёрная гладь, расстилавшаяся среди песка и травы. Мягкий лунный свет заливал лес, отражаясь от поверхности водоёма причудливыми танцующими бликами. Местами покрытая тёмно-зелёной тиной вода казалась мутной, а пропитанный влагой прохладный ветерок пробирал до костей. Коряга, валявшаяся на берегу, могла в любую секунду вскочить и с жутким воем наброситься на девушку, но Ви, вздохнув и выключив фонарик, подошла ближе и присела на неё, поглаживая пушистый мох. Свой маленький рюкзак она оставила там же.
Виолетта всегда боялась воды. С тех пор, как умерла её мать. Каждый раз, когда ей приходилось подходить слишком близко к берегу, Ви сковывал противный липкий страх; и всё же было что-то завораживающее в том, чтобы издалека наблюдать за отблесками света, плясавшими на поверхности озера в ритм шелесту листьев на верхушках вековых дубов.
«Поверить не могу, что я это сделала. Я правда взяла папины деньги, — вздрогнув от тяжёлых мыслей, она уронила голову на колени и закусила губу. Перед глазами тут же всплыло свежее воспоминание — большая банка из-под кофе в шкафу отца, ещё вчера доверху набитая крупными купюрами, но теперь пустая. — Да, он всегда хотел отправить меня в университет, сделать юристом, журналисткой или кем-то другим… Только вот это совсем не то, чего хочу я!»
Внезапно кусты шиповника неподалёку зашуршали, и на берег с опаской выбежала ярко-рыжая лиса. Кажется, она выслеживала какого-то зверька, водя носом из бока вбок, но порыв ветра со стороны Ви заставил её настороженно замереть, а после и вовсе броситься прочь.
«Красивая, — тут же заметила Виолетта, с тоской глядя ей вслед. — Бежит, куда хочет… А я всё никак не могу решиться. Стоит только поймать попутку, добраться до одного из больших городов на севере — взять бы хоть тот же Чендер! — и остаться там на пару месяцев, найти работу… Чёрт возьми, да мне хватило бы даже половины денег!..» И всё-таки при мысли о том, как папа вернулся бы в пустой дом, не застав в нём никого, её сердце болезненно сжалось.
«Бульк», — размеренное журчание воды вдруг прервал странный звук. «Как будто кто-то бросил камень…» — подумалось Ви, и она сразу же поднялась, прислушиваясь и водя глазами по сторонам. Её пальцы крепче сомкнулись на рукоятке фонарика, включая его, но резкий луч света не выхватил ни души из полумрака вокруг.
«Бульк. Бульк», — всё чаще и чаще начал раздаваться отдалённый плеск.
Виолетта закусила губу и потрясла головой, уже ничего не понимая. Неожиданно взгляд уловил лёгкую рябь на озёрной глади: на её поверхности один за другим появлялись крупные пузырьки воздуха.
Опасливо подойдя к самому краю берега, Ви направила луч света от фонарика вниз, в темноту, и пригляделась, думая увидеть там крупную рыбу или жабу, — но нет. Пронзительные угольно-чёрные глаза пристально смотрели на девушку из самих глубин озера. А потом они моргнули, и их обладатель с громким всплеском вынырнул из воды.
Закричав благим матом, Виолетта отшатнулась, выронив фонарик от испуга, и чуть было не запустила в существо мобильным телефоном. «Хотя нет, он же совсем новый», — некстати подумалось ей, поэтому она на автомате затолкала его поглубже в карман куртки и попятилась назад. А из озера мало-помалу начало появляться таинственное существо, сверху донизу опутанное склизким илом, с которого стекала вода, казавшаяся чёрной в темноте. Чёрной, как и само странное создание. Оно шевельнуло ушами и недовольно фыркнуло, сделав несколько шагов вперёд, выбираясь на берег.
Этим существом оказался прекрасный вороной конь.
Животное настолько поражало своим великолепием и дикой красотой, что Виолетта на секунду даже забыла, как дышать. Осмысленный и коварный взгляд пленительных глаз, неестественно блестевшая серебром иссиня-чёрная шкура и копыта, которыми безупречный жеребец с нетерпением рыл землю, определённо её пугали. Сделав глубокий вдох, она попыталась успокоиться и обдумать всё логически, не позволяя страху взять верх.
«Откуда появилась эта лошадь? Забралась под воду раньше, чем я пришла?.. Нет, невозможно: она бы задохнулась! Хотя если об этом не думать, то сейчас скакун просто стоит и пялится на меня», — быстро соображала Виолетта, загоняя себя в тупик своими же вопросами. Конь остановился в нескольких шагах поодаль, с лёгкой задумчивостью рассматривая Ви, а после вдруг начал отряхиваться, отчего холодные брызги и ил полетели прямо на девушку.