Судьба изменчива, как ветер (СИ)

 Мимо лихо промчалась простая коляска, такие использовались в городе как общедоступное средство передвижения. Король проводил ее рассеянным взглядом и тут же забыл об этом, но кучер вдруг резко натянул поводья – и лошади встали. Из окошка нерешительно выглянуло бледное личико – и Альберт с радостью и изумлением узнал графа Тефана!
 Дальнейшее оказалось делом нескольких секунд. Он распахнул дверцу своей кареты, подал омеге руку – и вот он уже сидит с ним совсем рядом, на обитых дорогой материей мягких подушках сидений, а кучер вовсю стегает лошадей, увозя их прочь из бестолкового шумного города.
 - Я так боялся, что вы не придете, - восторженно прошептал Альберт, бережно сжимая в своей ладони его тонкие пальчики, - я уже давно ничего не боялся столь сильно. Я так рад, что вы пришли! Но я, вероятно должен попросить у вас прощения. Вам нелегко было выйти из дома незамеченным, верно?
 Граф не ответил, но даже в полумраке кареты было видно, что он смутился.
 - Я вынужден предупредить вас, господин, что через два часа мы непременно должны вернуться, - прерывистым шепотом ответил Тефи, завороженно наблюдая, как альфа склоняется к его руке.
 - Альберт, - мягко, но настойчиво поправил он.
 - Ал-льбер-рт, - с видимым удовольствием послушно повторил Тефан.
 Так же, как и вчера, от нахлынувших чувств король на секунду прикрыл глаза. Снова эти ласкающие слух волшебные звуки: длинное, как бы сдвоенное «л» и раскатистое, немного гортанное «р». Ему хотелось попросить, чтобы юноша повторил его имя еще раз, но вместо этого самозабвенно поцеловал его тонкое запястье, как раз в то место, где еще вчера заметил родинку – маленькую, удлиненную как бы в виде восьмерки, и бесконечно трогательную…
 Омега вздрогнул и несколько отстранился.
 - Ты боишься меня, милый?
 - Нет, что вы… Конечно же, нет. Иначе бы я не пришел.
 Альберт замер, почувствовав вдруг легкое, как дуновение ветерка, почти неуловимое прикосновение его руки к своим волосам.
 ***
 …Они стояли на Священном холме семи ветров, откуда открывался замечательный вид на древний храмовый город. Клонящееся к закату солнце играло разноцветными бликами на маковках бесчисленных куполов, это зрелище поражало и восхищало Тефи, заставляя вспоминать чудесные описания восточных поэтов, которые ему так нравилось слушать в далеком детстве.
 - Спасибо, что привезли меня сюда, господин Альберт, - прошептал он, чувствуя себя столь легким и невесомым, что казалось – еще минута, и он взлетит на крыльях счастья в это синее небо, - здесь так красиво. Я запомню эти минуты на всю жизнь. Жаль только, что пора возвращаться.
 - Еще немного, Тефан. Присмотритесь получше – вон туда, видите? Некоторые старожилы уверяли меня, что в ясный день с этого холма можно рассмотреть даже главный храм Солнца.
 - Ну это вряд ли. Мы находимся сейчас довольно далеко от центра города.
 - А вы не сомневайтесь. Если поверите – непременно увидите!
 
 Его рука указывала юноше направление, в котором следовало искать главный храм. Он послушно повернулся в ту сторону, но сделал это немного неосторожно, может быть, чересчур резко, отчего голова вдруг слегка закружилась. Чтобы сохранить равновесие, Тефану пришлось опереться на своего спутника. Сильная рука тут же обвила его гибкую талию, а другой Альберт приподнял его подбородок, повернул к себе и обеспокоенно заглянул в глаза. Ничем незамутненный чистый запах непорочного омеги ударил в ноздри молодого короля, мгновенно бросив тело в дрожь желания.
 - Тебе нехорошо, мой милый? Я, наверное, утомил тебя? - тихо спросил он, любуясь раскрасневшимся от волнения личиком юноши.
 - Нет, что вы, - прошептал Тефи, не в силах отвести от него глаз. Альберт был так близко, что от его дыхания колебались тонкие каштановые волосы графа. Рука альфы переместилась с подбородка ему на шею и теперь осторожно ласкала кожу и мочку уха. Эти осторожные прикосновения вызвали в Тефане такую бурную волну неведомых ранее ощущений, что он едва справлялся с собой, с большим трудом сохраняя внешнее самообладание.
 Альберт вздохнул и чуть заметно усмехнулся, счастливо и удовлетворенно, - он наконец нашел его, того единственного, кому можно доверить все: и тайные мечты, и душу, и сомнения, и боль. Тефан поймет и не предаст, он станет для него лучом в любой кромешной темноте, спасительной путеводной звездой, нежным любовником и самым верным другом. Что же касается его родных? Король был полностью уверен, - они будут рыдать от счастья, узнав о выпавшей на долю их семьи редкой удаче и с радостью благословят юного омегу служить государю!
 Его отец - граф Ярит Уллиян? Альберт встречал этого чванливого красавца, еще в те дни, когда тот был любовником отца. Все при дворе считали Ярита холостяком, никто не знал о том, что у него есть сын. Да с этим человеком можно даже не считаться, и говорить о Тефане придется только с его дядюшкой, который не посмеет возразить ни слова, слишком ошеломленный новостью, что его юный племянник обратил на себя внимание самого повелителя! Все это он легко решит, но позже. А пока... Пока он будет наслаждаться этим днем и тем редчайшим искренним и нежным чувством, которое как светлым ореолом окружает их сейчас, даря безоблачное и волнующее счастье!
 - Я рад, что ты со мной, волшебник мой, - прошептал король, крепче прижимая к себе гибкое податливое тело.
 Тефан не оказал сопротивления, едва дыша от охватившего его восторга. На него жарко пахнуло дыханием альфы, прикосновение горячих рук лишало разума. Опустив ресницы, он с замиранием в сердце почувствовал его губы там, где только что была рука – сначала под подбородком, потом ближе к уху, потом у виска, там, где отчаянно и беззащитно билась жилка…
 Весь мир вокруг Тефи исчез. Остался только ОН и невероятные ощущения его поцелуев, дарящие такую бездну чувственных наслаждений, о которых он прежде даже не подозревал. В какой-то момент он с изумлением почувствовал под своими пальцами шелк его кудрей и понял, что сам давно обнимает его обеими руками. На секунду это смутило омегу, и он попытался отстраниться, но Альберт не отпустил. Вместо этого он повернул к себе его голову и поцеловал в губы, сначала некрепко, едва касаясь, потом сильнее и продолжительнее. Тефан ошеломленно ахнул и невольно потянулся навстречу, и в тот же миг поцелуй стал еще более нежным, глубоким и чувственным.