За своих (СИ)

— Что тебе еще нужно? — немеющими губами выдал Роше.
Даже когда губы приходилось растягивать, чтобы доставить этому сукину сыну наслаждение, не было так трудно.
— Ничего, — зеленый глаз мерцал совсем близко. — Я — в отличие от тебя — держу слово. Запомни это.
Неожиданно Йорвет забросил руки ему на шею, словно обнимал, и Вернон попятился, не желая вступать даже в такую близость. Он опять не понимал своего врага, это вызывало досаду, раздражение и страх. Он уже потерпел поражение, что еще нужно этому психу?
Карабин на спине брякнул, тяжелая цепь с темерским гербом сползла вниз, и Йорвет легко ее подхватил.
— На память, — шепнул он почти интимно. — Чтобы каждый раз, как ты взглянешь на новую, ты вспоминал.
— Пошел ты! — Роше отшатнулся. — Если готов сдержать слово, дай своим выродкам приказ — и мы уйдем.
— Я хочу, чтобы ты жил, — Йорвет усмехнулся и отступил. — Ты хороший враг, d’hoine. И ты будешь меня помнить.
— Да чтоб ты сдох, — искренне пожелал Роше.
Йорвет снова рассмеялся, а потом громко свистнул. На этот раз ответного свиста не донеслось, но Роше почему-то был уверен, что «белки» отступают. Организованно, слаженно, не оставляя возможностей для удара в спину.
— Когда заскучаешь, организуй еще парочку таких же провальных нападений, — как ни в чем ни бывало заметил Йорвет. — Мне понравилось. Beanna, можешь забрать своего командира. Вам будет, что обсудить.
У Роше даже матерных слов не нашлось. Бьянка поспешно вскочила, едва разрешили, а Йорвет издевательски откланялся — и растворился в лесу, точно его и не было.
— Роше? — Бьянка действительно заглянула в глаза. — Я никому ничего не скажу.
— Я знаю, — бросил Вернон. — Только я действительно буду помнить.
— Ты не спрашивал меня… — женщина вздохнула. — Но знай, командир, что можешь всегда прийти ко мне. И если захочешь его убить, и если захочешь… отпустить. Я пойму.
Роше не ответил. Пока убить хотелось больше. Но он точно знал, что будет помнить и то, как Йорвет отпустил.