Посольская школа. Невеста Сокола (СИ)
Дурное предчувствие кольнуло и меня. Не могла Сирая просто так пренебречь своими новыми обязанностями. Слишком ответственно относилась к работе. Вон как скрупулёзно вела учётные книги.
“Сокол просил с Марко глаз не спускать, — вспомнилось мне. — Наверное, увлеклась слежкой. Или выполняет другое задание от командира охраны?”
— Спасибо, что рассказали, — медленно кивнула я и поспешила успокоить добродушную кухарку: — Она взяла на сегодня отгул, а я совсем забыла вас предупредить.
— Не мудрено, столько дел на себя взвалили, — закивала Сара, на глазах меняя настроение. — Ой! А зачем призраку отгул?
— Не знаю, — развела я руками. — Не стала спрашивать, неудобно как-то напоминать, что она неживая.
— Как вы не боитесь? — вздохнула повариха, и я уловила аромат летней земленики после дождя. Добродушная женщина мне сочувствовала. — И ведьмы под боком, и призраки…
— У нас лучшая охрана, — улыбнулась я. — Беспокоиться не о чем. Воины без труда справятся с любой угрозой.
— Вот и Малия так говорит, — поддержала беседу она. Запах земленики сменился на ванильную нежность и медовую гордость. — “Лин Сокол с любой напастью справится!” Да я ж и не спорю! Наши воины любых мечом надвое разрубят.
Я громко скрипнула зубами. Ревность вспыхнула горячей волной и погасла только в том момент, когда я нащупала пальцами помолвочный браслет под рукавом. Нашла силы не комментировать восторженную посудомойщицу и даже продолжила вежливый разговор с Сарой, пока у неё не закончились темы для обсуждений.
“Ох, дождёшься ты у меня”, — мысленно пообещала я строптивой работнице кары небесные, но ничего не могла поделать на самом деле. Не увольнять же её за восхищение лучшим убийцей Клана Смерти?
Сара попрощалась и ушла, а я попыталась позвать Сираю, чтобы выяснить, где она была весь день. Тишина стала тревожным ответом.
— Она занята, следит за Марко! — успокоила я себя, и вернулась к работе.
Призрачная ведьма привязана к источнику. Ей просто некуда деться.
31(2)После ухода Сары я вновь погрузилась в дела и просидела в кабинете до самого ужина. Количество работы, постоянно требующей внимания, мешало нормально питаться, но я понимала, что скоро всё наладится. Мне не терпелось отделаться от бумажной волокиты и вернуться к тому, ради чего я согласилась на должность директрисы Посольской школы. Воспитанию детей, их обучению.
“Рано, — вздохнула я мысленно на пути из столовой в спальню. — Штат до сих пор укомплектован не полностью. Нет учителя по целительству, зельеварению, немагическим дисциплинам”.
От усталости и сытости глаза закрывались. Думать о чём-то, кроме мягкой постели и тёплого одеяла, не хотелось. Но мне ещё нужно было написать пару писем потенциальным работникам.
— Амелия, ты должна взбодриться, — решительно заявила я, подхватывая полотенце.
Пообещала себе ванну с ароматическими маслами на выходных, а пока обошлась быстрым душем. С волосами только возилась долго. В детстве промывать их было тяжело, но и сейчас требовались терпение и четыре разных средства: для блеска, упругости, приятного запаха и от запутывания. Последнее я смывала прохладной водой, поэтому спать расхотелось мгновенно.
— Второе полотенце забыла, — спохватилась я, вытирая волосы мягкой тканью. — Растяпа. В цифрах не путаешься, главы учебников наизусть знаешь, а в быту дура-дурой.
Предчувствуя, что замёрзну, я поёжилась и выскочила в спальню в неглиже. От громкого визга спасло только чудо. Жених сидел на кровати. “Вернул” мне неловкую сцену за тот вечер, когда я просила его стать учителем боевой магии.
— Прости, — смутилась я, заклинанием сдёргивая халат с вешалки. — Потайная комната. Я была уверена, что одна здесь.
— Найти проход легче лёгкого, — беззаботно улыбнулся Сокол. — Оценка “неудовлетворительно” вам, лина Амелия, за маскировку и защитные чары.
— Разве обеспечение безопасности — не обязанность начальника охраны? — не сдавалась я.
Халат прилип к мокрому телу, босые ступни мёрзли, но подходить к кровати ближе, чем на три шага я не рискнула. Да, аромата жжёного сахара не чувствовалось. Зато блеск в глазах жениха выдавал его мысли с головой. Лучший убийца разве что не облизывался, скользя взглядом по моему телу, едва прикрытому тонкой тканью. А у меня были к нему рабочие вопросы.
— Виноват и готов понести наказание.
— Сирая пропала, — выпалила я. — С утра не появлялась. Ты отправил её следить за студентом? Они вместе куда-то ушли?
— Нет, — Сокол встал с кровати и чёрной тенью качнулся ко мне. — Студент старательно точит зубы о гранит науки, зарабатывая боль в спине и плоские ягодицы. Я снял с него слежку. Проверка Пруста ничего нам не дала. Домус Визарис признал в Марко закадычного друга. Они целовались в дёсны, вспоминали прошлые попойки и пугали посетителей трактира громогласным хохотом. Так что я отпустил Сираю. Не знаю, куда она делась, призраков сложно контролировать.
Настроение у жениха было игривое. Он легко касался губами моей шеи, гладил по спине, потом осмелел и положил руки на бёдра.
— Подожди, — смутилась я. — Не торопись, а то у меня сейчас от твоих ласк голова закружится и я всё забуду. Ты уверен, что Марко Ведари не опасен?
— Конечно, нет, — фыркнул он, прижимая меня к груди. — Ему до сильнейшего мага, как до Тёмной империи пешком. Напрасно мы себя накрутили. Чуть ли не заговор против Клана Смерти с участием короля Бессалии придумали. Но там всё просто. Отец Марко хочет посадить его на высокий пост в академии. А как это сделать без научных заслуг сына? Никак. Лицедействует он здесь, притворяется учёным. Расслабься, дорогая, всё под контролем.
Мне хотелось довериться жениху и сделать вид, будто ничего подозрительного не происходило. Но лин Ведари неплохо разбирался в магии и точно имел за плечами внушительный багаж знаний. Если все его изыскания — фальшивка, то я ничего не смыслю в науке. Кроме того, мне не давали покоя слова Лары. Вдруг у Марко и впрямь есть такой же дар, как у Пруста? Разве не смог бы он обмануть Домуса Визариса?
— Я должна кое-что тебе сказать, — я отошла от Сокола на полшага. — Возможно, узнав это, ты захочешь расторгнуть помолвку. И я пойму тебя. Но молчать не могу.
Я сглотнула комок в горле и сделала несколько глубоких вдохов. Лучший убийца клана смотрел на меня, терпеливо ожидая продолжения, а я не могла подобрать слов.
“Милый, я целовалась с другим. Только ты его не убивай, потому что он может быть важным информатором. И меня не убивай. Я вообще не виновата!”
— Мне кажется... Нет, я почти уверена, что Марко умеет насылать мороки, — произнесла я. — Очень правдоподобные мороки, запутывающие сознание до такой степени, что ты становишься другим человеком. Буквально. Я стояла у источника, но была уверена, что танцую на балу и зовут меня Фелиция. — Еще мгновение тишины и я собралась с духом. Посмотрела в небесно голубые глаза и, прощаясь с счастливой семейной жизнью, продолжила: — А потом я, будучи Фелицией, позволила Марко поцеловать себя. Прости.
“Не простит, — билась в голове паническая мысль. — Мужчины клана не прощают измен”.
Даже если женщину насиловали, она становилась испорченной. Нет, муж, жених или отец, конечно, наказывали виновника. Убивали его в честном поединке или просто забивали камнями на смерть. Но легче несчастной от их мести не было. Позор навсегда ложился на неё несмываемым пятном. Украденный поцелуй — не надругательство, однако его хватило бы, чтобы Сокол потребовал вернуть браслет.
Время шло, я боялась дышать, даже взгляд поднять не смогла. А потом почувствовала, что жених гладит мои мокрые волосы подушечками пальцев.
