Гибель пилота

– Но, Салли, вы проделали великолепную работу…
– И все это время я помогала банде преступников, не подозревая об этом. Позволила своим инструкторам оказаться жертвами убийства, и крушение потерпели не только аэропланы клуба, но и его доброе имя! Как я смогу снова смотреть людям в глаза? Если бы мне хватило ума, все эти ужасные вещи не произошли бы. Но я лишь тщеславная дуреха, – она попыталась найти платок и, не найдя его, приняла от епископа большой квадрат льняной ткани.
– Моя дорогая девочка, – начал было он.
– Я не девочка, – всхлипнула она. – Мне уже за тридцать… мне – тридцать пять, и уже слишком поздно для того, чтобы заняться чем-то еще. Не думаю, что могла бы в чем-то преуспеть, даже в полетах. А я была так довольна собой… Ох, зачем я вообще пришла в это жалкое место?
Это позволило епископу выдвинуть предложение, над которым он размышлял уже много дней. До этого сказать о нем ему мешали лишь его робость и знание об обязательствах Салли перед клубом.
– Я пришел к выводу, что так никогда и не стану летчиком, – сказал он, взмахнув рукой в сторону разбитого самолета в ангаре (его доставили из Санкпорта). – Но, как вы знаете, в Австралии у меня есть самолет, и если бы у меня был еще и пилот… Одним словом, если бы вы согласились… – он смутился. – Я знаю, что вы любите летать, потому я и заговорил об этом, хотя, конечно…
– Ох, я хотела бы отправиться в Австралию вместе с вами! – энергично ответила Салли. – Но хоть я и могу стать неплохим «авиаводителем», не будет ли скандала из-за женщины-пилота у епископа? Вы женаты?
– Нет. Но, Салли, если вы окажете мне честь и примете мое предложение, навряд ли разразится скандал. Перед тем, как вы перебили меня, я как раз собирался сказать, что если бы вы стали моей женой…
* * *
… Это объясняет, почему летающий епископ Кутамандры (как его вскоре прозвали) и его жена приходили в ужас от детективных романов.
– Это хорошо читается в книгах, – поясняет епископ. – Но если вы встречаетесь с этим в жизни, то это ужасно.