Одиночество жреца богини Лу (СИ)

— Но и мы — другие.
— Да, мы — другие. Но не наша знать, Вила. Если в ближайшие годы начнется война, то род Фотенов пресечется так же, как пресекся род де Гранжей и Тинтов.
Графиня ничего не ответила. Король пребывал в мрачных думах уже третий день — как пришел голубь с территории Паринии. На судне, которое перевозило послов и ламхитанскую принцессу, вспыхнул пожар. Чудом спаслись только пятеро дежурных моряков, которые работали на верхней палубе, а сам пожар подтвердили капитаны двух кораблей, что шли следом. Какая идиотская случайность! Пожар! Они же сделали это! Убедили Верховного Арха отдать за Кая свою единственную дочь! И уже плыли домой!
Но на этот раз боги, которые вечно улыбались Антону, не уберегли дерзкого счетовода. Никто не выжил и сейчас она понесет эти похоронки в канцелярию — на стол своего мужа, чтобы поставить окончательную точку в истории барона Тинта и графов де Гранжей.
Вила дернула головой, отгоняя мрачные мысли. Грядут темные для Клерии времена. Три дня — более чем достаточный срок для скорби о мертвых.
Теперь же нужно думать о тех, кто остался в живых.
Конец