Унесенные Ненавистью (СИ)
— Маленькая ненасытная Ани, — довольно проворковал Виттор, но отстранился. — Как все прошло? Ректор не придирался?
— Все оказалось лучше, чем я думала. И лорд Ласс не стал меня специально заваливать. Уже два месяца как он не делает мне никаких намеков. Думаю принять его предложение о патронаже академии и проведении лекций для первогодков. У меня ведь действительно получилось упростить многие бытовые заклинания. Так почему бы и нет?
— Хм, — муж внимательно посмотрел в мои глаза, а потом с трудом подавил хитрую улыбку, но я все равно увидела.
— Что тебя так позабавило, Вик? У тебя такое загадочное выражение лица, словно ты знаешь то, чего не знаю я!
Хотела было вырваться из уютных объятий, но муж затащил меня на себя и посмотрел прямо в глаза.
— Ани, я сейчас назову причину, по которой ты вряд ли сможешь в будущем много времени уделять МАКП, да и вообще другим обязанностям. Поначалу я думал ты ждешь подходящее время чтобы сообщить мне, но потом догадался, что сама ничего не знаешь. А позабавило меня… Ты Ани — сильная провидица, твоя подруга — выдающаяся целительница и…
— О Боги! — воскликнула я и чуть не подпрыгнула на Витторе, но он удержал. — Но как? И откуда ты знаешь? И… Вик! Ты ведь обещал, что еще хотя бы два года… Вот же… Я беременна?!
— Успокойся моя девочка, — меня обняли и погладили по спине. — О твоей беременности мне сообщил король Тристан. У него было видение, и он поспешил поздравить меня при личной встрече. Представь выражение моего лица, когда я узнал эту новость от него, а ты молчала. Я думал с твоими способностями… а впрочем. На вопрос же когда. Помнишь, девять недель назад бал-маскарад. Ты еще надела умопомрачительный костюм ночи и то черное белье, которое я потом сорвал с тебя еще в гостиной… Мы рано ушли с праздника, и ты была такая соблазнительная и роковая, а до этого у нас случилась ссора… Я забыл тогда Ани, просто забыл. Мне кажется, рядом с тобой я вообще обо всем забываю. Лишь утром вспомнил, что не наложил на тебя противозачаточное заклинание, но было поздно. Видимо это должно было случиться и я рад. У нас будет ребенок, девочка моя. Наш ребенок.
— Прости, я просто растерялась. Завтра расскажу Пие. Думаю, она обрадуется. Правда ей простительна некоторая рассеянность, ведь она ждет тройню…
— Тройню? — тут была очередь Виттора дергаться. — Не знаю порадоваться за Приама втройне или посочувствовать. Надо же тройню… Так, Ани, завтра вместе идем к целителю. Должен же я, если что морально подготовиться…
Муж рассмеялся, когда я сердито посмотрела на него, но все же перестал ехидничать. После, уже засыпая в родных объятиях и положив сверху его руки, которая лежала на моем пока еще плоском животе, свою подумала. В нашей истории с Виком было все: ненависть, предательство, месть, прощение, но самое главное, в ней всегда присутствовала любовь… наша взаимная безграничная любовь друг к другу. Ненависть — это тупик, а любовь — путь в большое и светлое будущее. Уж я то это прекрасно вижу.
Конец