Кадет Поттер (СИ)

— Вот, Розмерта, что содеял Блэк, — глухо продолжал министр когда нашёл в себе силы продолжать. — Блэка забрал оттуда патруль волшебной полиции, Петтигрю посмертно получил орден Мерлина первого класса — слабое утешение для его бедной матери. А Блэка упрятали в Азкабан.
Мадам Розмерта протяжно вздохнула и промокнула платком глаза.
— А правда, что он лишился рассудка?
— По-моему, нет, — ответил министр, растягивая слова явно подражая при этом отцу Драко Малфоя. — Могу одно сказать: поражение хозяина временно помутило его рассудок. Убийство Петтигрю и всех тех маглов, жестокое, бессмысленное, было действием отчаявшегося, загнанного в угол человека. Но недавно я был в Азкабане и разговаривал с ним. Все заключённые там явно безумны, сидят в темноте, что-то бормочут, а Блэк… он выглядит и говорит, как нормальный. Даже мурашки по коже. Вид у него человека, которому всё надоело. Увидел у меня газету, спросил, прочитал ли я её и не могу ли дать ему, сказал, что соскучился по кроссвордам. Дементоры круглые сутки дежурят у двери, а ему хоть бы что.
— Как по-вашему, господин министр, зачем он сбежал из тюрьмы? — поинтересовалась мадам Розмерта. — Уж не хочет ли он вернуть Вы-Знаете-Кому силы и примкнуть к нему?
— Думаю, что это его… э-э… конечная цель, — уклончиво ответил Фадж. — Но мы надеемся поймать Блэка раньше. Сами-Знаете-Кто сейчас один, но… дайте ему преданного и способного слугу… Подумать страшно, что будет…
За соседним столиком помолчали. Гарри слушал и всё больше понимал, что всё это спектакль, разыгранный специально для него. Вот только игра актёров насквозь фальшива, такое чувство, что сие действо рассчитано на инфантильного гипер-эмоционального ребёнка, неспособного даже к простейшему анализу и логическому мышлению.
— Нам пора в замок, Корнелиус, — заметила профессор МакГонагалл. — Вы ведь не хотите опоздать на ужин к директору.
— Что это было, Гарри? — изумлённо спросил Невилл, поражённый услышанным до глубины души.
— А это, друзья мои, был спектакль, рассчитанный на наивного сиротку и его друзей, то бишь нас с вами, — ответил Гарри и, оставив несколько монет на столе, направился к выходу.
— Постой, что ты имеешь в виду? — спросил слегка запыхавшийся Невилл, нагоняя друга.
— Ровно то, что я сказал, мы же вместе всё это слушали, но я узнал кое-что интересное, и мне надо это обдумать, — откликнулся Гарри и молча направился в сторону Хогвартса. «Значит, мой крёстный не безумен! Что ж, это интересно. Теперь я ещё сильнее хочу встретиться, а также надо выяснить, о какой такой газете говорил Фадж. Сдаётся мне, что именно она стала спусковым механизмом.»
Оказавшись в Хогвартсе, Гарри сразу же направился в библиотеку и поднял подшивку “Пророка” за текущий год. Нужная газета нашлась довольно быстро, благо выборка была сильно сокращена. Подхватив номер, передовица которого вещала о выигрыше семейства Уизли в лотерею и последовавшей за этим поездке в Египет, Гарри обратился к мадам Пинс с просьбой разрешить взять выпуск на несколько часов и, так как он, Гарри, ни разу не был замечен за каким-либо нарушением правил, библиотекарь не нашла причины отказать, только попросила вернуть не позднее завтрашнего вечера.
Спустя ещё десять минут Гарри уже стучал в кабинет Люпина и, получив разрешение войти, протянул удивлённому профессору газету.
— Эм… Гарри, я не…
— На первой полосе фото, именно эту газету крёстный получил лично из рук министра магии, когда тот инспектировал Азкабан. – Люпин вгляделся в фото.
— Будь я проклят, если на плече этого мальчика сидит не Питер, — охнул Люпин, всматриваясь в фото.
— Ну, вот мы и нашли причину, сподвигшую крёстного на побег. Эта крыса, как минимум, очень похожа на анимагическую форму Питера Петтигрю.
Комментарий к Глава двенадцатая «Спектакль»
Фрагмент разговора с минимальными изменениями взят из книги Гарри Поттер и узник Азкабана все авторские права принадлежат тёте Ро.
========== Глава тринадцатая «Провокация и соглашение» ==========
 
За отсутствием каких-либо знаковых событий зима пролетела в одно мгновение, и свои права заявил первый месяц весны, принеся с собой не только слякоть, но и куда более интересное событие, а именно оставшееся так и не замеченным второе нападение Сириуса Блэка на Хогвартс. Незамеченным оное происшествие осталось вследствие того, что этому поспособствовал Гарри. План созрел в тот день, когда крёстный таки не утерпел и выбрался посмотреть на крестника, когда тот в очередной раз с друзьями бежал вокруг озера и, если бы не предупреждение Люпина об анимагической форме Сириуса, ему бы удалось остаться незамеченным, а так Гарри сразу же догадался, что за собака греется на весеннем солнышке. А на следующий день мальчик был уже во всеоружии, а именно попросил одного из первоклашек выпросить пароли у сэра Кедогана на неделю вперёд. Однокурсник Денниса справился на пять с плюсом и получил честно заслуженные три галлеона. Дело оставалось лишь за крёстным, тот не подвёл и ровно через день снова появился, и именно тогда Гарри, вроде как случайно, обронил бумажку, доставая платок.
Той же ночью в гостиной Гриффиндора на ночной караул встал Гарри Поттер под мантией-невидимкой и с любимым пистолетом. Убивать крёстного он совершенно не хотел, а вот попробовать вправить мозг — это можно. Долго ждать не пришлось — портрет отъехал в сторону, пропуская довольно неопрятного на вид мужчину, который тут же схлопотал Петрификус и тихо сполз на пол.
— Ну здравствуй, крёстный! — тихо прошептала пустота. — Давай поступим следующим образом: ты отдаёшь мне палочку и иные виды колюще-режущего и огнестрельного оружия и послушно идёшь со мной, а я не выдаю тебя властям. Тут есть люди, очень заинтересованные в том, чтобы узнать, что же всё-таки случилось в ту ночь двенадцать лет назад. Если понял, моргни! — и Сириус Блэк моргнул и тихо, без закидонов, выполнил все требования крестника и проследовал до кабинета защиты от тёмных искусств.
Ремус Люпин не спал, да и уснёшь тут, когда посреди ночи материализовавшийся Патронус голосом Гарри Поттера сообщает, что этот самый Поттер ни много ни мало поймал Блэка и скоро приведёт оного в его кабинет. Как только в дверь постучали, Ремус покрепче сжал палочку и отпёр замок. На пороге появился лохматый и явно давно не знавший элементарной гигиены Сириус Блэк со связанными весьма причудливым образом руками, которые, помимо того, что были зафиксированы в запястьях, были пристёгнуты к добротного вида кожаному ремню, опоясывающему мужчину. Шёл Сириус неуверенно и, как оказалось, ноги его тоже были связаны так, чтобы препятствовать попытке побега, но не ходьбе. А за его спиной обнаружился держащий Сириуса на прицеле магловского пистолета Гарри.
— Профессор, его бы в порядок привести, а то разговаривать в таком виде как-то не очень, — раздался тихий голос третьекурсника. В общем, ещё полчаса потратили на то, чтобы привести пленника в божеский вид. Сириус не оказывал и малейшего сопротивления, только попросил прощения, но Гарри велел ему сначала привести себя в сносный вид, и мужчина, замолкнув, повиновался.
— Лихо ты его стреножил, — тихо произнёс Люпин, заперев за Блэком ванную.
— А по-другому с ним нельзя, — откликнулся Гарри. — Вы же сами видите, во что его превратили эти двенадцать лет. Он живёт только потому, что у него есть цель, если её отобрать — он погибнет и очень быстро. Именно поэтому он легко управляем, и нам это сейчас на руку.
 
Тем временем Сириус закончил приводить себя в относительно божеский вид и, как и было велено, постучал в дверь. А затем был чай и очень интересный разговор по душам, в котором Сириус, не мелочась, поклялся жизнью и магией, что Хранителем Тайны был именно Питер. А затем было самое интересное, ибо крёстный так и не смог пояснить, как он додумался оставить своего крестника полувеликану и рвануть за крысой. Все его попытки говорить не по делу Гарри властно и по-военному чётко пресекал, так что разговор получился недолгим и довольно познавательным. Именно из него Гарри узнал, что за две недели до нападения Дамблдор за каким-то хреном забрал у отца мантию-невидимку и теперь было ясно, кто её, так сказать, подарил, а точнее вернул законному владельцу.